галлюцинации. Самые глубинные страхи. Самое тошнотворное, что он прячет даже от себя.

— И ты решил напоить Дориана этим? — я нахмурилась, чувствуя, как у меня внутри на секунду отступает тревога, уступая место интересу. — И что будет?

Рей посмотрел на меня так, как смотрят на человека, который очень медленно складывает два плюс два.

— Ему будет «весело» всю ночь. Да так, что это отобьёт ему охоту в будущем часто посещать твою спальню.

Я на секунду зависла.

— Ты хочешь… сломать его же страхами?

— Я хочу, чтобы у Дориана выработался рефлекс, — отрезал Рей. — Появляется мысль о твоей спальне — появляется тошнота, дрожь и ощущение, что за спиной стоит его собственный демон.

— Романтичненько, ничего не скажешь, — я улыбнулась, чувствуя, как во мне просыпается кровожадность. — А мне нравится.

— Не сомневался в этом, — хмыкнул страж, медленно изучая моё лицо.

Я шумно выдохнула и тихо пробормотала:

— В Веридане, похоже, психотерапия… очень практичная.

Рей не оценил. Наверное, не понял.

Он продолжил, будто читая инструкцию:

— Вино будет стоять на столике, вместе с конфетами и фруктами. Предложишь Дориану расслабиться… станцуешь, или что там ещё вы, женщины, в такие моменты предлагаете?

— Эм…

— Для тебя я приготовил антидот, — Рей не обратил даже внимания на моё сопение, продолжив. — Выпей его сейчас… На случай, если этот гадёныш предложит тебе разделить с ним вино.

— А если он откажется пить?

— Выпьет, — Маг усмехнулся. — Этот дегенерат жить не может без алкоголя.

Я сглотнула. К сожалению, это звучало правдоподобно. Ну, насколько я успела узнать Дориана.

— Хорошо, — кивнула я. — Допустим, у нас получится, и Дориан унесёт по волнам страшных снов. А что насчёт Балтуса? Боюсь, он припрётся в тайный проход.

Рей на секунду прикрыл глаза, как человек, которого вечно перебивают глупые девицы.

— Вот тут второй пункт.

Он поднял ладонь, и я заметила на его пальцах тонкие следы от магии — будто пепельные нити.

— Я расставил маячки, — тихо произнёс он. — На входе в твой потайной ход, в ответвлениях и у выхода за книжным шкафом. Если кто-то полезет туда… я узнаю.

— Прекрасно, — я скривилась. — Мы будем знать, что к нам идёт маньяк. А дальше?

Рей помолчал. Потом сказал так, будто ему физически неприятно произносить это вслух:

— Тогда тебе придётся немного… подыграть.

— Подыграть… — повторила я, и внутри у меня уже всё зазвенело тревогой. — В каком смысле?

— В прямом, — он бросил взгляд на ширму. — Если Балтус решит проверить ход, он может захотеть услышать, что брат «исполняет супружеский долг». Для таких, как он, это… развлечение.

Меня передёрнуло.

— Фу.

— Да, — коротко согласился Рей. — Поэтому Дориана сразу приберём под кровать.

Я моргнула.

— Под… кровать?

— Он будет спать мёртвым сном не меньше десяти часов, — ровно сказал Рей. — Пусть под кроватью наслаждается кошмарами и не мешает.

— Какой ты молодец, — с сарказмом выдохнула я. — А кто тогда будет создавать силуэт на кровати?! И пыхтеть...

Рей возвёл глаза к потолку, мысленно к кому-то обращаясь.

— Для этого у меня с собой оборотное зелье.

Я застыла.

— А?

— Оборотное, — повторил он так, будто это слово должно всё объяснить. — Я позаимствую у Дориана пару волосинок и приму зелье, приняв его облик.

Я уставилась на Рейвена, не веря.

— То есть… ты предлагаешь лечь со мной в постель в образе моего мужа, пока настоящий муж под кроватью, а чокнутый маньяк в потайном ходе слушает?

Между нами повисла тишина.

И не мудрено! Я так вообще была в шоке от предстоящей затеи, но… самой предложить было нечего.

Рей холодно уточнил:

— Да. Пока муж под кроватью, его братец-извращенец за стенкой, пока стража у двери стоит, считая, что всё идёт как должно. Да. Ещё что-то желаешь спросить?! У нас же времени полным полно!

Я закрыла глаза на секунду.

«Святые Чертоги… я отдала своё место в Раю хорошей девочке. Я — молодец! Пусть она отдыхает, перерождается в новую хорошую жизнь, а я… я справлюсь!»

— Ладно, — выдохнула я, открывая глаза. — А ширма? Она же…

— Мешает обзору, — кивнул Рей. — Именно. И это повышает наши шансы на успех.

Я издала нервный смешок.

— Ты сейчас говоришь так, будто мы репетируем спектакль.

— В какой-то степени, хотя мне никогда подобные жанры не нравились, — Рей поморщился. — Сейчас я встану и дезактивирую артефакт помех. Скажу, что письмо королю Веридана готово и выйду его отправить. Готовься к ужину. Приду ближе к выходу. Необходимо всё-таки поговорить с начальником стражи… забавно ты его спровадила.

Мне даже на секунду показалось, что Рейвен подарил мне скупой взгляд одобрения. Правда, он тут же сменился на бдительность.

— И кровь… — напомнил он, не давая мне уйти в панику. — Я ещё раз напомню, конечно, но и ты сама не забудь капнуть своей крови на простыню. Чуть-чуть. Утром никто не должен сомневаться, что Дориан лишил тебя девственности, и что брак подтверждён. Тогда отсчёт до аннулирования начнётся официально.

Я подняла на Рейвена глаза, недоумевая совсем по другой причине. Теме, которая сейчас вообще не была к месту, однако терзала мои мысли:

— Один вопрос.

— Какой? — сухо спросил он.

Я помедлила. Потом всё же выдохнула:

— Как… ты… вообще… — я запнулась, подбирая слова, — умудрился однажды… — к горлу подступила странная жара, и я разозлилась на себя за это, выпалив сразу: — Умудрился стать тем, кому я… доверилась в будущем?

Рей нахмурился, будто не понял. Или сделал вид.

Мысли сбивались в кучу. Этот вопрос, реально, терзал сознание. Как бы ни был хорош личный телохранитель Эрика, но… он бесячий! А в моём видении я отдавалась ему так, словно сама этого хотела. Так, словно он был моим домом. А на самом деле сейчас он… холодный, вредный, командующий и невыносимый! Как, скажите мне на милость, из этого получилась любовь?»

Рей снова взялся за перо, будто спасаясь привычной работой, и не поднимая глаз сказал:

— Меньше думай о будущем. Больше — о том, как пережить эту ночь. Начинаем! Три-два…

Я улыбнулась уголком губ — без радости.

Затем слух различил короткий щелчок.

Словно кто-то неумело щёлкнул пальцами.

Ощущение вакуума пропало.

Рейвен поднялся, и в одно мгновение в нём включился тот самый «Эр», чьи движения не вызывали вопросов у местной прислуги: ровная осанка, каменное лицо, отработанный поклон.

— Ваше Высочество, письмо для Его Величества готово, — произнёс он достаточно громко, чтобы Люси услышала, но достаточно сухо, чтобы это звучало как доклад.

Я кивнула — тоже по сценарию. Хотя было дико приказывать:

— Ступай.

— Будет исполнено.

Он вышел из комнаты так, словно мы действительно только что обсуждали скучную переписку