В местном аналоге шампанского вместо привычных, поднимающихся к поверхности, пузырьков сновали хаотичным образом золотистые искорки. Я еле одёрнула себя в последнюю секунду, чтобы не макнуть палец в вино. Интересно же: щекотать они будут или разбегаться?

Пригубила, но никакого дополнительного действия у искорок не оказалось, просто очень приятное на вкус вино, и даже язык не щиплет. Зато когда спустя пару секунд музыканты сменили мелодию, она показалась мне настолько заводной, что каблучки под платьем сами непроизвольно начали отбивать такт.

— А это тоже магия? — С каждым новым глотком в голове прояснялось, печаль по не найденному жениху куда-то улетучилась, а люди вокруг вдруг стали такими симпатичными! — Огненная, наверное, раз искорки золотые?

— Магия, но не стихийная, — подтвердил Трис. — Новинка этого сезона, «Вкус счастья», весь Шенлин от него в восторге. Каждая бутылка чем-то заговорена, только производитель крепко хранит свои секреты. Это ведь с ваших виноградников, Арранис? Может, хотя бы нам приоткроете эту тайну?

— Никакой особой тайны нет, — нехотя ответил граф. — Заклинание отличного настроения: действует всего десять-пятнадцать минут, и то не на всех.

— Шикарная вещь! — согласилась я, восторженно улыбаясь во весь рот. Нет, действительно, какое граф замечательное вино придумал! — Вы непременно должны со мной выпить — с вашей кислой миной это ровно то, что доктор прописал! Ой, я хотела сказать, что вам бы тоже не помешало расслабиться… Боги, там точно больше ничего не подмешано, что язык развязывает?..

— Ничего. И нет, спасибо, сам я это не пью.

— Боитесь, что от улыбки лицо треснет?

— Мисса Эхения… — начал закипать граф.

— Или зубы кривые?

— Боги, на вас оно действует странным образом: вы становитесь ещё более несносной…

— Тогда просто слабо́?

— Ну, знаете!..

Я ткнула Триса в бок, он тоже успел попробовать бодрящую новинку и подыграл мне на полном серьёзе, глаза только вовсю смеялись:

— Точно, Арранис: слабо́.

Взбешённый подначкой от короля, хмурый граф залпом выпил бокал искристого и победно уставился на нас обоих. Впрочем, через пару секунд лицо его разгладилось, взгляд смягчился, и я уже почти увидела дёрнувшийся уголок рта! Но Арранис тут же отвернулся.

— Прошу меня извинить! — выпалил он и спешно ретировался в зал.

— Не-не-не, стойте! А поговорить? Когда я ещё увижу деловую звезду Шенлина в прекрасном настроении?.. Нет, Трис, ты видел? На что только не пойдёт кавалер, чтобы не потерять лицо перед дамой! Даже на позорное бегство!

— Пусть идёт, Жженя, — улыбнулся Трис. — Надеюсь, когда моя компания тебе тоже надоест, ты избавишься от меня более деликатным способом.

— Думаешь, это было грубо? Кажется, оно действительно ещё язык развязывает…

— Думаю, небольшая эмоциональная встряска графу не помешает. Так я тебя ещё не утомил?

— Шутишь! Вот с тобой как раз интересно. Нет, не потому что ты король, вот только не подумай сейчас, что я подлизываюсь… Ты как раз нормальный, — вздохнула я. — Глаза не пучишь, если я что не так скажу, лицо не кривишь, если что не по уставу. Не по этикету, в смысле. Не, поначалу пучил, конечно, и тоже немного деревянный был…

— Тяжело тебе в нашем мире пришлось, Жженя? — понимающе спросил Трис.

И я как-то сразу поняла, что речь вовсе не о дальних странах, в которых я якобы прожила последние пару десятков лет…

— Выпей ещё искристого, Женя, — мягко предложил король, тщательно выговорив моё имя. И ведь у него получилось: без жужжания и шепелявости, с какими оно давалось остальным.

Но я отставила бокал в сторону.

— Как ты понял? — настороженно спросила я.

— И, пожалуйста, не смотри такими льдинками. Давай присядем. — Трис мягко увёл меня от гостей на дальние диванчики.

Со стороны это наверняка смотрелось очень двусмысленно, но мне было плевать. Как он меня так быстро вычислил?.. Я помню, что иномирцев здесь не сжигают, но и относятся к ним иначе: как к людям второго сорта.

— Глупости какие, — рассмеялся Трис.

Последнее я, оказывается, подумала вслух. Всё-таки в заклинание отличного настроения явно что-то ещё подмешали.

— В Арсандисе для всех есть место. Другое дело, что иномиряне сами зачастую не хотят принимать Арсандис. Они не могут вернуться в свои миры, но всё равно пытаются жить по своим законам и сами отгораживаются, оттого и отношение к ним порой неоднозначное.

— Мне тут очень нравится, — вздохнула я. — Я, наоборот, хочу остаться. А что, так заметно, что я не от мира сего?

— Не думаю, что кроме меня это кто-то смог понять, так что не переживай, — успокоил Трис. — Отец мне рассказывал, что Каас-Ортансы здесь в своё время тоже задали жару, так что ни у кого не возникнет сомнений в твоём происхождении. Тем более семейная печать герцогов на твоей ауре так и сияет, это ведь не подделать. Подозреваю, ты не иномирянка в прямом смысле этого слова, просто в один момент случилось расслоение души и тела, а после воссоединения ты принесла в свой родной