музыкальным композициям, вдобавок к звуку, предстояло найти своё визуальное оформление.

Кому из этих творческих личностей пришло в голову привлечь к съемкам Мэй-Мэй, неизвестно. Главное, что в трех из шести клипов (и в видеоряде к бонус-треку) эта ворона присутствует. Ну и да, немножко покреативила с содержимым.

Для себя же (в том числе).

Я о них расскажу, ведь киборги уже начали запускать показ этих клипов. По одному, с перерывами, чтобы народ распробовал и продолжения ждал с нетерпением.

И взаимодействия двух исполнителей ждали, только уже в другом формате. В полноэкранном!

Отзывы на «Скайнет» выйдут — самое раннее — поутру. Нет, кто-то и вечером, и в ночи после премьеры может накатать рецензию, но то единичные «совы». Отклик в массе адекватнее всего будет уже завтра собирать и анализировать.

В офисе Бай Хэ, правда, засели добровольцы. Хотят мониторить отзывы в режиме реального времени. Флаг им в руки, герои получат прибавку. Но эта ворона не готова нервы почем зря трепать.

Лучше уж вместе: итоги продаж билетов первого дня, отзывы «первопроходцев», рецензии критиков. Дальше смотреть по динамике, особо показательны будут первые выходные. Кассовые сборы первых выходных — своего рода лакмусовая бумажка для кинофильма.

А пока я расслаблюсь, повспоминаю клипы. Они же важны в рамках раскрутки дуэта киборгов!

Один такой… своеобразный, не без юмора. С лучшими воспоминаниями о прекрасном, зубодробительно дорогом отеле в Гонконге.

По сценарию Жуй снова играет моего родителя. Кевин — его «потерянного» друга, но такого, знаете, раздолбайского раздолбая. Он кутит, швыряется деньгами, в «быковатой» манере гоняет на каком-то эксклюзивном «Ламборгини».

Вокруг него постоянно крутятся девочки, молодые, красивые, сменные. В смысле, одна сменяет другую. А «мой» папка в одно жало воспитывает дочь, собаку (Дуду, твой выход!). Он поет и танцует, но без особого успеха у публики.

Впервые мы их сталкиваем в отеле, где обретается друг-раздолбай, а отец-одиночка заходит узнать о вакансии в ресторане. С дочкой: они вместе шли по улице, когда малая заметила объявление о вакансии на двери, и показала его папке.

Вот там, в роскошном холле с огроменной красавицей-монстерой сталкиваются «папка» и его давний друг.

Дальше друг-богатей-раздолбай дает работу «папке». А сам уменьшает размах и частоту гулянок. Вместо этого «наверстывает упущенное» в дружбе. Пытается задружиться с дочкой товарища. Выгуливает Дуду, хотя вернее — она его. Очень комичный кадр, на самом деле.

Конечно, воспитанную девочку с песочной шкурой пришлось убедительно просить так себя повести.

Песня, как нетрудно догадаться, о дружбе.

Клип — о вновь обретенной дружбе. Правильной мужской дружбе, что делает лучше обоих.

Друг-богатей вместо «сменок» выбирает скромную девушку-медика, которая помогла дочке друга (я как бы простыла). По доброте душевной, а не за деньги, как он привык.

«Папка» добивается успеха, зарабатывает нам на новый дом.

Кульминация: тот же отель, множество обалдевших посетителей смотрят, как два друга тащат через весь холл, выложенный натуральным камнем, нечто длинное, замотанное в черные мешки, а сверху ещё и по кругу в нескольких местах замотанное серебристым скотчем.

Вы что подумали бы? Я, например, думала о дружбе. Ведь настоящий друг — это тот, кто без лишних вопросов поможет тебе вынести тело. И спрятать так, чтобы его не нашли. Неточная цитата, выпала из памяти фраза, но смысл — тот.

На последних же кадрах это нечто в мешках и скотче заносят в новый дом «папки». Не без труда ставят вертикально, разматывают… А там — красавица-монстера, на которую я залипала в самом начале.

(Предположительно — это за кадром, но на вопросы фанатов и прессы, ежели таковые возникнут, мы так и станем отвечать — растение купили, а не выкрали. Или сотрудники отеля не допустили бы «вынос тела»).

Я радуюсь, Дуду одобрительно обнюхивает, дружбаны снова обмениваются крепким рукопожатием.

На фоне звучит жизнеутверждающее: «Истинная дружба, как тень в полдень. Никуда не исчезает, даже если кажется незаметной».

Я считаю, отлично получилось. Бодро, весело. Слегка, но без перебора, мажорно. С огоньком и оптимизмом. И с Дуду.

Отличный комплект, я считаю!

Во втором клипе, снятом на более грустную, даже меланхоличную (местами) песню, засветился и мой брат Ли Чжун. Правда, в несколько неприглядной роли…

Любят китайцы тягучие песни со смыслом. Такие, чтобы душа развернулась, а сворачиваться обратно необязательно.

В качестве локации для этой съемки мы использовали ресторанчик друга Кевина. Тот, где вкуснейшие креветочные вонтоны. Панцири креветок, от одной только мысли мурашки по коже, этой вороне вроде как жизнь спасли.

В уличной, как бы «открывной» его части (той, что на выдачу для вечно спешащих гонконгцев) устроился на месте повара Кевин Лю. Сам хозяин до дрожи боялся камер, и засветиться хоть разочек в кадре отказался наотрез.

Я — для разнообразия — на сей раз изображала его дочь. Мыла и просушивала на камеру зеленый лук — вручную, вот этими самыми ручками.

На улице чумазый пацан (Ли Чжун) с тяжелым взглядом просил денежку. Для мамы, на лекарства. Все его обходили, делая вид, что камень огибают.

Пока повар (Кевин) не вышел из ресторанчика. С пакетиком, в котором просвечивали две закрытых миски: в одной сухие ингредиенты, в другой бульон. Протянул пакет мальчишке.

— Больным обязательно нужно есть горячее. Отнеси маме.

Слова, разумеется, не разобрать. Но мы решили пустить субтитры к немногочисленным репликам, чтобы не потерять и крупицы смысла.

Повар, а Кевин тут тоже ни разу не гламурно выглядит, скорее, устало, достал бумажник. Вытянул из него все наличные. Отдал пацану. Тот с оторопью принял. Затем умчал быстрее ветра.

Дальше идут годы, девочка постепенно растет. Повар в меру сил помогает всем вокруг. Старушке, отсчитывающей мелочь, но монеток всё равно не хватает до полной стоимости, отдает лапшу просто так. Выбегает на улицу, чтобы помочь встать с дороги поскользнувшемуся на луже студенту.

В студенте можно узнать (с трудом, там много «омолаживающего» грима) Жуй Синя.

И так — много крохотных, но значимых добрых дел.

В день, когда дочку-меня заменяет взрослая актриса (дочка выросла), Кевин, которому щедро «приперчили» голову сединой, вдруг оседает за прилавком.

Больница, снимки, диагноз, сложные взгляды докторов. И счет: очень-очень большой, совершенно неподъемный для девушки.

Она готовится выставить на продажу их маленький ресторанчик. Потому что иных вариантов нет. Отец так и не сделал за жизнь достаточных накоплений.

А на следующий день находит на больничной тумбочке возле кровати отца исправленный счет.

«Оплачено», — значится в нем.

Дочка не верит, бежит уточнять. Ей показывают на спину уходящего по коридору доктора. Говорят: «Это доктор Чан заплатил».

Камера берет крупный план Жуй Синя в белом халате. Он улыбается. Светлой лучистой улыбкой. Глаза тоже светятся. Быстрая обратная перемотка: он-студент, он-школьник, он — чумазый пацан с тяжелым взглядом, одинокий и растерянный в потоке людей. Отдельным кадром — две пластиковых миски в пакете и