производство, все строение размером с загородный дом. Каменные стены покрыты плющом, окна разбиты, а крыша веранды частично обрушилась. Внутри царит хаос: оборудование, покрытое толстым слоем пыли, лежит в беспорядке, полы усыпаны обломками стекла и кирпичей.

Но даже в этом запустении ощущается магия. Свет пробивается сквозь трещины в стенах, создавая причудливые узоры на полу. Пыль танцует в лучах солнца, словно маленькие искорки, пытаясь рассказать историю тех времён, когда здесь кипела жизнь.

— Это место хранит много секретов, — говорит Нико. — Ты ведь тоже это чувствуешь?

Киваю, не отрывая взгляда от разбитого окна, выходящего в сад. Кажется, что ветки тянутся к нам, просят о помощи. Интуиция говорит, что здесь есть нечто большее, чем просто заброшенный сад и разрушенный завод.

— Давай начнём с кухни, — предлагаю, кивнув в сторону двери, ведущею внутрь здания. — Может быть, там мы найдём что-то полезное.

Эта часть здания сохранилась лучше. Стены покрыты росписями, изображавшими сцены сбора урожая и приготовления нектара. Полки уставлены старинной посудой, а в центре комнаты стоит огромный каменный стол, на котором когда-то готовили волшебные зелья.

— Похоже, кто-то заботился об этом месте до самого конца, — замечает Нико, проводя рукой по столу.

— Интересно, что заставило их уйти?

— Сад высох. Но вообще, знающие люди говорят, что причина в том, что у земли не было хозяина, — он как-то неловко улыбается, — мой дед говорил, что сад — сирота. Вообще, он принадлежит городу, но вырастила его семья Криниани, муж и жена — Сандро и Анни. Для них сад был еще одним сыном, и когда старики ушли в вечный свет, их дети, как ни старались, не смогли удержать былое величие. Нектарник закрыли, и он так стоял годами, все больше дряхлея.

Подхожу к окну, выходящему в сад. Снаружи виднеется небольшой пруд, заросший кувшинками, и старая скамейка, на которой, казалось, ещё недавно кто-то сидел.

— Возможно, он потерял надежду, — улыбнувшись, не столько Нико, сколько старому саду, говорю я. — Но можно попробовать вернуть её обратно.

—Во всяком случае жить здесь можно. Нужно только немного привести в порядок.

— Ага, немного, — смеюсь, взмахнув рукой над старым столом, так что клубы пыли летят вверх. — Помочь не хочешь?

— Ну, раз уж ты сама заговорила. Я мог бы помогать тебе. Не каждый день, у меня ведь и на своем винограднике работы навалом, но заходить время от времени, чтобы помочь с чем-то требующим мужской силы, могу.

Секунду колеблюсь, выбирая, что ответить, и, наконец, говорю правду.

— Вообще, я была бы благодарна. Но мне нечем тебе заплатить.

— Могущественной ведьме, присланной самим торговым союзом, не зазорно и просто за спасибо помочь. А сможешь рассчитаться, как дела пойдут, так и хорошо. Нет, ну я не расстроюсь. Люб, я же просто так, по-соседски. Да и самому, честно говоря, очень уж интересно, что будет с садом. Если ты сможешь восстановить его, это будет благо для всего города.

У меня даже дух захватывает, представляя, сколько работы предстоит, и какая это ответственность. Но одновременно это захватывает. Как будто вот-вот и за спиной раскроются крылья.

— Спасибо, Нико. Я буду очень благодарна, если ты сможешь помочь.

— Ну так договорились, — лучезарно улыбается он, — забегу вечерком или завтра до обеда. Если что, мой виноградник дальше по дороге, где-то в получасе ходьбы.

Нико уходит и сразу становится как-то пусто. И немного страшно. Тишина старого завода окутывает, словно теплое одеяло. Шаги эхом отдаются в пустых коридорах, где когда-то кипела жизнь, а теперь лишь пыль да паутина властвуют над пространством. Стою посреди кухни — сердца этого места, где некогда рождались волшебные напитки, дарящие радость и вдохновение. Пол покрыт слоем грязи, а стены давно утратили свою яркость. Но в воздухе витает едва уловимый аромат фруктов и пряностей, напоминающий о былом величии.

Попрощавшись с Нико, прохожусь по кухне и нахожу в углу вполне сохранившуюся метлу. Каждый взмах приносит странное чувство удовлетворения, как будто стирается не только грязь, но и годы забвения. А ведь здесь уютно! Старые деревянные шкафы, массивный стол, покрытый царапинами и пятнами от многочисленных экспериментов, огромный медный котел, в котором, судя по размерам, можно не только варить суп, но и купаться. Провожу пальцем по металлическому краю, и он отвечает высокой, звонкой нотой.

— Кажется, здесь прячется магия.

И вдруг дверь скрипит, впуская тонкий луч света. В проеме появляется фигура — высокая, стройная девушка с длинными темными волосами, заплетенными в косу.

— Здравствуйте! — произносит она, слегка поклонившись. — Меня зовут Танука. Бабушка Гела просила передать вам привет... и вот это. — Она протягивает корзину, наполненную свежими фруктами, овощами и румяными лепешками с сыром. Аромат хлеба смешивается с запахом меда и пряностей, создавая неповторимое сочетание.

— Бабушка Гела? — переспросила Люба, принимая подарок. — Кажется, я ее знаю. Она была у портала?

Я вспоминаю красивую седовласую женщину с темной кожей, которая заступилась за меня.

— Да, именно она, — кивает Танука. — Наша семья уже много лет занимается фермерством. Бабушка всегда говорила, что однажды кто-то придет и вернет этому месту его былое великолепие. И вот вы здесь!

— Спасибо огромное! Ваше гостеприимство тронуло меня до глубины души, — слова кажутся высокопарными, но я говорю от сердца. Не уверена, что, свались я где-нибудь в нашем мире, меня бы приняли столь же любезно. Скорее бы в дурдом упекли.

— Бабушка приглашает вас в гости. Мы живем по левую сторону дороги, за оврагом. Тут совсем недалеко, заходите когда хотите. Бабушка говорит, что у нее есть кое-что важное рассказать... Что-то связанное с этим местом.

— Я обязательно приду. Спасибо за приглашение.

Мне кажется, Танука хочет сказать что-то еще, но в последний момент, передумав, убегает. Разбираю корзину и обнаруживаю на дне аккуратно сложенное чистое полотенце, набор постельного белья и легкую, очень длинную рубашку до колен из материала похожего на лен.

— Спасибо, бабушка Гела, — шепчу, вдыхая свежий аромат чистой ткани. Такие вещи говорят о человеке лучше любых слов. — Многие подумают о том, чтобы передать пирог, но кому хватит соображения и смелости положить туалетную бумагу? — ухмыляюсь я, обнаружив на дне сверток с зубной щеткой, мылом и прочими гигиеническими мелочами.

Травы и пряности

В горах Рагнахорн, где ветер шепчет легенды, а облака