чувствовала, как соседи наблюдали за маленькой семейной трагедией. Я старалась о них не думать. Только работа. Ничего больше.

Механически складывала коробки в багажник, заодно пересматривая, что мне выдали, а затем придется вернуться с местным офицером охраны. Видимо, вещи собирал не муж, а сестра: пара старых пиджаков, которые я подготовила для утилизации, невзрачные водолазки, посеревшее белье, туфли, которые я уже лет пять не носила, потому что они вышли из моды, а выкинуть было жалко.

Все новые брендовые вещи, сумки, обувь, украшения, сестра решила оставить себе. Я громко рассмеялась. Меня еще и обворовали. В собственном доме. Собственная сестра. Да как такое вообще возможно?!

Впрочем, самое ценное эта дурочка все же отдала. То ли не поняла, чем могла бы завладеть, то ли просто побрезговала брать старый, потертый портфель. В нем я хранила документы. А еще там лежали наличные деньги, которые вчера мы с мужем сняли с совместного счета, чтобы купить общую квартиру.

Апартаменты, где мы жили, Гена получил в наследство от бабушки. Квартира принадлежала только ему. После свадьбы мы договорились, что купим общую недвижимость. И вот когда нужная сумма средств для покупки квартиры была собрана и снята со счета, муженек решил меня опрокинуть. Только не рассчитывал, что сестра решит меня унизить, и вместо элегантных сумок выдаст портфель, которому на мусорке сто лет прогулы ставят.

Еще раз пересмотрела вещи. Кроме налички, там лежали все документы. В том числе и электронная купчая на мастерскую, цифровые печати, дипломы и другие мелочи. Закрыла багажник. Посмотрела на дом. В окне кухни появился силуэт мужа. И тут же отскочил в сторону. Трус! Боже! Какой же трус!

Стыд обжег щеки. Стыдно было за себя, за свой выбор, за три года совместной жизни. Хорошо, что хотя бы детей с ним не завела. Как бы я сейчас объясняла ребенку весь этот цирк?

Села за руль, достала телефон. Кружок удобно лег в руку и тут же снял блокировку. Нужно было где-то переночевать. Первой мыслью было попросить приюта у родителей. Набрала номер мамы. Она подняла трубку после первого гудка. Как будто ждала звонка.

― Мама…

Договорить не успела. Настойчивый и немного виноватый голос матери не дал этого сделать.

― Ты должна понять сестру! – даже не уточнив причину звонка, она бросилась защищать Вику. – Она молодая! Влюбилась! И Гена! Сашенька, ты же сама все понимаешь! Гена слишком хорош для тебя. Ну кто ты, а кто он? Он перспективный! У него успешная практика! А ты? Ты же сидишь в своей пыльной мастерской! А с Викушей они будут счастливы! Не устраивай скандал, дочка.

― Ты все знала? ― только смогла выдавить из себя.

― Сашенька, дочка! У них любовь. Настоящая. Понимаешь? ― послышался голос отца.

Я даже не нашлась что ответить. Сбросила звонок и уставилась в темноту ночного двора. По каменной дорожке шла парочка с собакой. Женщина что-то увлеченно рассказывала своему спутнику, тот время от времени кивал, мопс, в попоне с сигнальным маячком метил кусты. В этот момент вернулись эмоции. Чтобы не заорать от боли и обиды, закусила ребро ладони. Я не плакала. Но чувствовала, как яд злости и ненависти разливается по