браке меня угораздило купить квартиру в ипотеку. И доказать, что это только моя недвижимость, а бывший не вложил ни копейки, стоило мне полгода жизни.

— Полицию вызывали? — сначала слышится зычный голос полицейского, а потом появляется и он сам.

Мужчина невысокого роста и щуплого телосложения поднимается по лестнице, явно не сообразив, что можно было просто воспользоваться лифтом.

— А… вы один? — спрашиваю осторожно.

Такой щуплый с Земцовым не справится.

Чувствую себя, словно в ловушке. Моя глупая затея не выльется ни во что хорошее, и если я смогу выйти сухой из воды, это будет самым настоящим чудом.

— Ну, разумеется, я ж тут напротив живу, а отделение в другом конце города находится. Если понадобится наряд, придётся подождать немного, — говорит так легко, будто пришёл за хлебом в магазин, а не преступника обезвреживать.

Хотя, какой Гриша преступник?

Он ведь не сделал ничего.

«Но мог сделать», — язвит внутренний голос. Эти мысли придают мне сил и уверенности в том, что я всё сделала правильно.

— А наручники… наручники у вас есть? — спрашиваю с надеждой в голосе. — И пистолет…

— Девушка, большинство вопросов можно решить мирным путём. А вы фильмов пересмотрели, похоже, — отчитывает меня участковый, словно маленькую.

Смотрю на него с недоверием. Если бы в жизни всё было так безоблачно, то новостные каналы не постили бы каждый час информацию о новом происшествии.

— Там мужик её, — кивает на дверь сосед Оли. — Руку на девушку поднять пытался, я видел, — врёт не стесняясь.

Понимаю, что из добрых побуждений, но…

— Эй, ты там! Чего несёшь? — Гриша впервые за последние десять минут подаёт голос.

Значит, ещё не сиганул с балкона.

Аж отлегло…

— Срок вам светит, уважаемый, — сосед продолжает подначивать Гришу.

Участковый ему поддакивает, перечисляет статьи и положенное по каждой из них наказание.

Будто издеваются…

И мне бы уже уйти отсюда, потому что страшно представить, как бесится сейчас стоящий за дверью Земцов.

Только его выпустить надо для начала, а как это сделать, я не представляю. Если открою квартиру, он выйдет и мокрого места от меня не оставит. Участковый с ним не справится, а сосед моей подруги не факт, что вообще полезет за постороннюю девушку заступаться. Может, он только на словах помочь готов?

— Квартиру открывайте, разберёмся, — в поток моих мыслей вероломно вторгается недовольный голос участкового. — А то у меня котлеты дома остывают, и оливье спиногрызы сейчас смашут подчистую.

— Открывать? — уточняю испуганно.

Ну, всё. Мне конец.

— Да-да, дамочка, а то я сейчас ложный вызов оформлю и вас на пятнадцать суток заберу, — угрожает.

Становится страшно, хоть и верится в угрозу полицейского с трудом.

Вынимаю из сумочки ключи, которые успела спрятать, пока ждала участкового. Дрожащими пальцами вставляю непослушный кусок металла в замочную скважину.

Открываю дверь и…

В прихожей — никого. Пусто. Чисто, всё на своих местах лежит.

Будто и не было здесь Земцова.

Глава 3

— И куда он делся? — хмуро спрашивает участковый.

Как ни в чём не бывало, вынимает из-за пояса пистолет и крадучись входит в квартиру.

А говорил, что безоружен. Вот и верь после этого людям.

— Через балкон ушёл, — сообщает спустя пять минут. — Дверь нараспашку, и простыни висят.

Боже… Третий этаж!

Ну, вот куда его понесло?

И во всём я виновата.

А если Гриша сломал себе что-нибудь?

Есть и другой вариант: теперь мужчина меня внизу караулит, чтобы отомстить за пережитое унижение.

Вот это я вляпалась!

— Так, ты говорила, что к подруге пришла, а где ж Оля-то? — и снова мне все карты сосед путает.

А я и забыла, как ляпнула, что именно она за участковым побежала.

И участковый теперь смотрит с подозрением, оружие прятать не спешит.

В итоге приходится звонить Оле, объясняться с ней, с участковым, с соседом этим. И домой я возвращаюсь лишь к утру, чтобы поспать пару тройку часов и ехать на работу.

Кофейню никто вместо меня ведь не откроет. Да и люблю я свою работу, моё детище, моя отдушина.

В относительном спокойствии проходят две следующие недели. История с Гришей постепенно выветривается из моей головы. Да и других проблем хватает, например, временно у меня поселяется подруга. Тая с мужем разводится, поэтому я приглашаю её у себя пожить.

К тому же, новый год на носу, приходится обновить меню, да и кафе украсить не помешает. Сама тоже стараюсь выглядеть соответствующе: прикупила себе новое красное платье и новогодний колпак, чтобы праздничное настроение гостям кофейни своим образом создавать.

Правда, приходится выслушивать сомнительного рода комплименты от всяких мужчин в духе «вот это буфера!» или «я бы такой вдул». Наверное, эти парнокопытные альфа-самцами себя ощущают, когда говорят подобное. И особенно они своим долгом считают задевать именно пышечек. Будто пышечка специально сидит и объёмы себе наращивает, чтобы выглядеть как можно более пошло.

Я даже пыталась одно время скромно одеваться: свободные брюки, юбки до пола, но толку? У меня, похоже, на лбу написано, что под балахонами скрывается пятый размер груди, объёмные бёдра и относительно тонкая талия.

В общем, я забила, и теперь выгляжу так, как хочу.

И вообще, в жизни главное жизнью наслаждаться. Не в том плане, что воротить, что в голову взбредёт и идти по головам к своей цели. А в том, чтобы от каждой секундочки удовольствие получать. И каждому вздоху радоваться.

Вот какая у меня философия.

Так, рассуждая о сути бытия, я подъезжаю к работе. Заезжаю на территорию парковки и не могу найти своё место.

Это ещё что за новости?

И машин раза в три больше, хотя обычно половина парковки пустует.

Притормаживаю возле поста охраны.

— Семёныч, утро доброе, — здороваюсь с пожилым мужчиной. — А что это тут творится с утра пораньше? — киваю на парковку.

У меня «Матиз», но даже с его габаритами здесь не втиснуться.

— У спортсменов ремонт на их парковке, вот, все к нам перебрались. Временно, — поясняет охранник.

— У каких спортсменов? — хмуро уточняю.

Для меня упоминание представителей данного рода деятельности с некоторых пор стало личным триггером.

— Так у этих, — делает взмах рукой в сторону здания наискосок от места, где я снимаю помещение под кофейню. — Фасад на другую улицу выходит, а там вывеска в полстены, ты разве не видела? Спортивная школа на двух этажах — втором и третьем, а внизу фитнес-шмитнес, или как там по-современному называют?

— Мм, ясно, — медленно киваю в ответ.

Ох, не нравится мне всё это. Под ложечкой сосать начинает от дурного предчувствия.

Возвращаюсь в машину как раз в