спроса в мой кабинет и спальню и постараться поменьше тревожить меня. Надеюсь, вам не составит труда это запомнить. А теперь разрешите откланяться: мне нужно ещё поработать. — И муж снова взял в руки лист бумаги со стола, теперь уже другой.

Я встала, подхватив свою чашку, и поковыляла к двери.

— Ах да, забыл, — раздалось мне вслед. — Завтра, как только проснётесь, отвезу вас к целителю. Пусть осмотрит ногу, а заодно остальные ваши… повреждения.

— С-спасибо, — пробормотала я, открывая дверь. — И спокойной ночи, господин Норден.

— И вам того же.

Очутившись в коридоре, я прижалась спиной к стене и закрыла глаза. Казалось, будто только что избежала чего-то очень страшного. Постояв так немного, залпом допила жгучий отвар и тут же закашлялась. Ох, надеюсь, Адриэн не слышит, а то у него, наверное, скоро глаз дёргаться начнёт от моих проблем… Надо скорее отойти подальше.

Решив сразу отнести пустую чашку в кухню, я тихо прошла в сторону прихожей. Дверь в кухню оказалась открытой, и я увидела сидящую за столом спиной ко входу Нэйлию. Перед ней стоит чашка — очевидно, с тем же самым отваром, — но служанка не пьёт. Кажется, она полностью погружена в свои мысли. Я нарочито покашляла, привлекая внимание. Женщина, очнувшись от задумчивости, обернулась и тут же встала.

— Хотите ещё отвара, госпожа Норден? Или, может, приготовить вам ужин? От господина распоряжений не поступало, но если хотите…

— Нет-нет, благодарю вас, Нэйлия. — Я покачала головой, вспоминая просьбу мужа.

Вообще-то он мог и не говорить об этом: старших я всегда старалась уважать. Правда, это я. А Элианна, наверное, могла позволить себе иное поведение.

— Может, всё-таки ещё отвара? — Служанка кивнула на стоящий на плитке чайник: почти такой же, как в нашем мире.

— Спасибо, но я бы предпочла простой воды, — ответила я.

Нэйлия молча встала, достала из настенного шкафчика чистый стакан и поставила его на поднос. Потом потянулась и взяла со стола графин, который тоже устроила на подносе.

— Что-нибудь ещё? — спросила служанка.

— Нет, больше ничего не надо. Скажите, а вы живёте здесь? — прибавила я, подумав, что надо бы проявить заинтересованность.

— Во флигеле, госпожа. Когда господин Адриэн возвращается вечером, ухожу к себе, стараюсь его не тревожить присутствием. Сегодня сделала исключение по его просьбе, чтобы помочь вам.

Ответ служанки прозвучал сухо и безэмоционально, как отчёт. Она подхватила поднос и вышла из кухни, а я поняла, что разговор окончен, и поплелась следом. Нэйлия водрузила поднос на тумбу возле кровати и поинтересовалась:

— Я вам ещё нужна, госпожа? Помочь вам раздеться? Что-то принести?

— Нет-нет, спасибо. — Я в который раз покачала головой. — Справлюсь сама.

— В таком случае, спокойной ночи, госпожа, — ответила служанка и вышла.

Я стянула с кровати лоскутное покрывало. С наслаждением вдохнула аромат чистого белья, ненавязчиво пахнущего какими-то травами, потрогала матрас: удобный, такой же, как в комнате Элианны. Что ж, может, и лучше, что спать я буду одна, в собственной комнате, а не с едва знакомым мужиком. Мы и с Антоном-то не так часто засыпали в одной кровати. Я рвано вздохнула, стараясь отогнать воспоминания о бывшем.

У Антона теперь другая девчонка. И, выходит, мужу в другом мире я тоже не нужна. Да и вообще я здесь даже не я. Тщательно сдерживаемые слёзы наконец пробились наружу и потоками потекли по щекам. Я судорожно всхлипнула, ругая себя за глупость. Ведь ещё каких-то полчаса назад больше всего на свете боялась предстоящей брачной ночи, а теперь, когда опасность миновала, переживаю, что муж не собирается спать со мной, как это принято в браке.

Ну не дура ли? Мне бы радоваться, что он не будет меня трогать без лишней необходимости, а я реву. Однако предстоящая жизнь показалась ещё более безрадостной, чем я представляла до этого. Адриэн явно женился на Элианне из каких-то своих, одному ему известных соображений, но точно не по большой и светлой любви. Ему не нужно её завоёвывать или подчинять. А ведь я была готова стать ему хорошей, верной и послушной женой, раз уж другого выхода всё равно нет. Но оказывается, жить мы будем, как чужие люди, просто под одной крышей.

И чем я буду здесь заниматься? Ведь даже местного языка не знаю и не могу никого попросить учить меня: это будет странно, и на потерю памяти такое не спишешь. Наверное. Хотя я почти ничего не знаю об амнезии, и почитать о ней негде… Да и как объяснить, что я говорю и понимаю речь, но при этом не умею ни писать, ни читать? И даже говорить могу только, пока на пальце колечко. Признаваться в этом мужу пока страшновато: уж очень не хочется оказаться в местной психушке. И что мы имеем? Ни книжку почитать, ни письмо кому-нибудь написать… А вдруг кольцо однажды перестанет переводить?

Я подавила очередной горестный всхлип, прошла к комоду, вытирая слёзы руками, и отыскала там ночную сорочку. Быстро сбросила платье и переоделась. В комнате не особенно жарко, но довольно душно, и даже приоткрытое окно не спасает. Я прошлёпала к кровати и забралась под лёгкое и уютное одеяло. Едва голова коснулась подушки, как сразу стало легче, и слёзы как-то разом иссякли. Ладно, буду как Скарлетт О'Хара: обо всём подумаю завтра. Эта заезженная фраза всегда работает безотказно. Зато теперь могу с полным правом выспаться.

Глава 2

Адриэн

Как только девчонка вышла за дверь, я отложил копию протокола допроса свидетеля по недавнему делу — убийству в театре — и откинулся на спинку кресла, прикрыв уставшие глаза. Пожалуй, только сейчас до меня со всей неприглядной очевидностью начало доходить происходящее. Да, обдумывая план, я, конечно, предусматривал все возможные детали, но одно дело — представлять, как всё будет, и совсем другое — то, что получается на деле.

Виски сдавило болью, и я прижал к ним пальцы, пытаясь немного приглушить неприятные ощущения. Встал из кресла, прошёл к окну и распахнул створку пошире. Но даже свежий ночной воздух не принёс облегчения. Я тяжело вздохнул и вернулся к столу. Кажется, что-то всё же пошло не так.

Больше всего напрягает эта странная потеря памяти. Девчонку Азерис словно подменили. Я глотнул отвар и поморщился, вспоминая нашу первую встречу с Элианной. Мы с её отцом как раз обговорили детали предстоящего брака, и он позвал дочь, чтобы наконец познакомить со мной. Пока мы ждали, Бруно мрачно сообщил:

— Скорее бы мальчишку Дарриена поймали! Не успокоюсь, пока не увижу