я костёр жечь не буду. Меня там не настолько уважают. Скажи Вепуату про них! Хорошо?

Гедимин ошалело мигнул. «Он вообще о чём?»

— Какой костёр? — он едва успел поймать убегающего стража за край одежды. Шов затрещал. Хассинельг отряхнулся и махнул посохом, едва не задев сармата.

— К Сэта. Говорить про торговлю. Про тот тёртый жир, что им нужен. Ты не знаешь, что ли? Вепуат не сказал?

…Вепуат, развернув крылья, в два прыжка слетел на дно ущелья и остановился там. Когда Гедимин нагнал его, он смотрел на мигающее запястье и криво ухмылялся.

— Пришли! — прошептал он, кивнув на двери «мастерской». — И из Синви, и из Сэви. Бедный Хассек! Нашли пассажирский транспорт, яд-дро Сатурна…

Из-за двери донеслось верещание — несколько Скогнов говорили разом, вокруг них взвизгивали потревоженные Бронны. Вепуат, хрюкнув в респиратор, отодвинул дверную створку и поманил Гедимина за собой. Тот досадливо сощурился, но подчинился.

…Гедимин сел на пол и отодвинулся так далеко к стене, как мог — но шлем упёрся в потолок, и пришлось прекратить «отступление». За его плечо юркнул Хассинельг и остался там, выглядывая наружу сквозь навершие посоха. Вокруг поддона, принесённого Вепуатом и засыпанного топливом, столпились Скогны.

Они пришли вдвадцатером — по десять старейшин (или, может, вождей или цеховых мастеров) из каждого города. Что они между собой выясняли, Гедимин не понимал — кость-переводчик не справлялась с таким потоком верещания. Вепуат, присевший у поддона, держался спокойно и только дёргал плечом, когда на него слишком напирали. Горючая смесь медленно тлела.

— Ты их рано привёл, — прошептал Гедимин, обращаясь к Хассинельгу. — Надо было им договориться у себя в городе. О чём спор-то?

— Не спрашивай, — вздохнул страж. — Мне торговля не даётся.

Реакция у Скогнов была отменная. Едва первые искры в толще горючей смеси из жёлтых стали красными, карлики, как по команде, отступили на пару метров.

— Скогны из Синви и Сэви приветствуют народ Шакхи! — громко сказал Вепуат, и костёр, опав, поднялся выше прежнего.

— Шакха приветствует жреца Пламени, — сдержанно ответил «дежурный по порталу». — Рука Шакхи и хранитель её жара просят подождать их.

«Жрец-то зачем?» — Гедимин недовольно сощурился. Сэта, частично принявшие гуманоидную форму, возвышались над толпой Скогнов на целый метр, едва не упираясь в потолок. Их взгляды сошлись на Вепуате. Карлики с приглушённым писком придвинулись ближе, не обращая внимания на жар костра.

— Сила Пламени да не иссякнет! — донеслось из огня. Сэта, покосившись на низкорослых чужаков, обступивших костёр, сложили когтистые лапы на груди. С когтей сыпались искры, и горючая смесь под ними неровно вспыхивала.

— Это правда, что вы ищете смазочный жир, что делают в городах Скогнов? — спросил Вепуат. — Скогны привезут его, но — пора говорить о цене.

— Шакха благодарит жрецов Пламени, — отозвался «хранитель жара». — Большой горшок, полный хорошо сделанного жира. Или даже два. Карликам нужен кейек? Пусть будет так. Один крупный осколок за каждый горшок. Или три маленьких.

От верещания Скогнов у Гедимина зазвенело в ушах.

— По таким ценам пусть с вами торгуют Джагулы! — сердито пискнул абориген в шапке с плавниками. — Жир меняется по весу — один к одному, и ни каплей больше.

Хассинельг протяжно вздохнул Гедимину в наушник.

— Началось…

…Через пару минут сармат не выдержал и опустил височные пластины. Верещание не заглохло, но теперь он не понимал смысла — и неприятный гул в голове постепенно затих. Оставалось только следить за Вепуатом — его крылья раскачивались в такт нарастанию накала, и он уже давно держал «арктус» наготове. По ощущениям Гедимина, торг должен был закончиться дракой ещё пять минут назад. «Столько шуму из-за смазки для подъёмников,» — думал он, досадливо щурясь. «Интересно, договорятся? Или в торговый день продолжат?»

Красный огонь погас, выплюнув в вытяжку столб густого дыма. Скогны с пронзительным визгом шарахнулись от него, на ходу сбиваясь в две плотные кучки. Вепуат встряхнулся и с грохотом уложил крылья на броню. Гедимин покосился на Хассинельга, поднимающегося на ноги, и неохотно притронулся к виску.

— Что, ушли ни с чем?

Вепуат изумлённо мигнул.

— Ты что, вообще не слушал? А-а… Ну да, тебе тут сложновато. Три веса жира за вес кейека. Из Синви и Сэви привезут по горшку. Тоготцам просили не говорить — ну, и ты не говори, — он криво ухмыльнулся. — Надеюсь, они в день Земли не устроят нам драку.

— И так будет с каждым видом товаров? — Гедимин оглянулся на галдящих Скогнов, наседающих на Хассинельга, и покачал головой. — Грызня на два часа? Понятно, почему они раньше не торговали…

Вепуат сочувственно хмыкнул.

— Это ещё ничего, Гедимин. Эти в принципе умеют договариваться. Ты других не видел!

…«Гражданская сирена» булькала прямо под окнами горячего цеха. Пока Гедимин складывал чертежи и выбирался из ангара, Вепуат уже открыл шлюзы для приехавших кочевников. Джагулы выкатывались из-под панциря «живого холма» и ныряли в тепло. Одеваться по-зимнему им, похоже, было лень. Гедимин покосился на термометр, случайно попавший в поток холодного воздуха из шлюза, и выразительно хмыкнул. От стены ангара за чужаками пристально следили филки-патрульные. На рукаве одного из них болтался здоровенный раздутый нарост. Гедимин, заметив его краем глаза, пригляделся и удивлённо мигнул — это был генератор защитного поля, снятый с тяжёлого скафандра. Он был сделан по размеру Старшего сармата; на тощей руке филка еле-еле удалось его закрепить, и всё равно он выглядел чужеродно. «Чей это?» — Гедимин оглянулся туда, где недавно стоял бронеход. «Кто-то уехал на Землю, а прибор оставил? Хм… Вполне разумно. Своих генераторов у филков нет. Сделал бы, но…»

— Уррх! — шумно выдохнул Джагул, убирая руки от озябших ушей. В проколотых перепонках поблескивали бусины «с искрой». Гедимин машинально отметил, что место для прикрепления выбирали тщательно — движениям ушей украшения не мешали.

— Что у младшего? Рогатый наруч? — Джагул ткнул когтистым пальцем в сторону патруля. Филк, отойдя от «парковки» сааг-туула, выдвинул сопла генератора и водил ими вдоль бока зверя, уплотняя преграду между ним и зданием цеха.

— Это ключ от стены! — другой Джагул на ходу ткнул его в плечо. — Рогатый ключ! У младшего? Что тут было? Никого не убили?

Гедимин мигнул.

— Хозяин ключа в отъезде, а стену стеречь надо, — отозвался Вепуат, пропуская «учеников» в цех. — Гедимин, занимай печь, я