– Да ты что, мелкая?! Это же Инь Ян! Инь Ян! Да я в семнадцатом году на чемпионат к нему ездил, мы с тимой лям призовых подняли там! Да он же батя современных ММО! Нет, погоди, каким боком он тебе родственник? Ты что, прикалываешься?

– Нет, – чихнула я, накрывшись покрывалом. – Он мой… дядюшка. Дорог мне, как двадцать миллионов долларов. Я сейчас у него дома, и есть подозрения, что его прибил кто-то из семейства Инь. Нароешь что-нибудь?

– Капец я крут! Меня отмазала от копов племянница кумира! Уа-а-а! – кричал бедолага на той стороне. Я чуть отодвинула трубку от уха и дождалась конца ликования. Отдышавшись, Саныч торжественно поклялся: – Через десять минут у тебя будут эти сведения!

– Супер, – мило улыбнулась. – Я всегда знала, что ты – гений.

В тот момент, когда Саныч уже повесил трубку, мобильник выпорхнул из моих рук и обиженный голос громко произнес в динамик:

– Она мне не племянница!

Увы, его уже никто не слышал. Да и не услышал бы, мне так кажется. Если подумать, то в первый день, когда я слышала всевозможные комментарии и не могла понять, откуда идет бубнеж, его слышала только я. Сначала все списала на белочку, но теперь ясно, что это был дядюшка. Думаю, другие не могут его слышать. Не в прозрачном состоянии точно.

Нащупав возле телефона призрачную руку, я подождала пару секунд, пока парень стал немного видимым, а потом с улыбкой сказала:

– Дядюшка, лучше пусть Саныч считает меня твоей племянницей, чем узнает, что мы женаты. Это будет очень сложно объяснить, согласен?

– Не согласен, – пробурчал под нос призрак, возвращая телефон.

Я сменила покрывало на шубку, взяла Инь Яна под ручку и потащила в коридор.

– Не грусти. Давай лучше посмотрим, есть ли у тебя большая бочка!

Бедный призрак развевался за моей спиной, как флаг, который я активно тащила обратно на первый этаж, но вырваться не попытался. Он вздохнул и несчастным голосом спросил:

– Какая бочка?

– Большая! – выдохнула я, освещая его жизнь огнем своих глаз. Смутно Инь Ян почувствовал, что его амплуа злого призрака не выдерживает никакой конкуренции.

– В саду на заднем дворе посмотри. У меня раньше был садовник… – вздохнул парень. После того, как он стал призраком, никакой садовник не будет в силах спасти растения вокруг обители злого духа.

– Свой садовник? Дядюшка очень крут! – Я показала президенту большой палец и взяла курс на восток.

Погодка сегодня была великолепная, градусов пятнадцать. Светило солнышко, и легкие облака чинно плыли по небу. От предстоящей авантюры раскраснелись щеки, но я не была уверена, что все сработает. Если что-то пойдет не так, то буду импровизировать.

Бочка и правда обнаружилась рядом с небольшим сараем. Литров на пятьдесят, металлическая. Похоже, раньше она была канистрой. Надпись на боку уже не различить, но, наверное, там было когда-то удобрение.

– Пару месяцев назад была в Бостоне, – пыхтела я, обняв бочку и неся ее обратно ко входу в особняк. – Так там местные бомжи всему меня научили. Обычно они там таким образом грелись, но мы немного покреативим. – Поставив бочку перед парадным входом, я посмотрела на заинтересованно кружащего позади призрака и протянула ему свой мобильник: – Держи. Я сейчас за топливом сбегаю, а ты пока закажи, чего захочется. Потом все это для тебя сожгу. Если будешь заказывать пиццу, возьми и на меня. С грибами! Ага?

Похлопав дядюшку по плечу и сунув в полупрозрачные руки мобильник, я развернулась и побежала обратно на второй этаж особняка. Там в комнате среди вещей должна быть фляжка. Порывшись в рюкзаке, нашла свой допинг, но пить не стала, это для дела нужно. Потом побежала на первый этаж в комнату президента и выгребла из шкафа большую охапку вещей.

Энтузиазм хлестал через край, мне было очень интересно отправить вещи в загробный мир. В жизни я много чем занималась, но таким точно впервые. Очень увлекательно!

Выбежав из дома, со счастливой улыбкой засунула вещи в бочку и посмотрела на президента сияющими глазами, в то время как он смотрел на меня с крайне сложным выражением лица. Его губы двигались, будто он что-то хотел сказать, но не решался. Я, как очень тактичный человек, конечно же, не стала на это указывать, предпочитая дождаться, когда он созреет для беседы. Вместо этого я спросила о том, что интересовало сейчас гораздо больше.

– Дядюшка, скажи, пожалуйста, а у тебя вертолет есть? Хочу сжечь вертолет!

Смутно мертвый президент корпорации почувствовал, что скоро станет богаче самого короля преисподней.

Видели когда-нибудь, как злой дух закрывает лицо рукой и тяжко вздыхает? В следующий момент он подлетел ко мне и крепко обнял. Я не поняла зачем, но обняла дядюшку в ответ. Почему? Потому что все любят обнимашки!

– Мультик, – вздохнул он, – пожалуйста, скажи, а почему тебе шлет привет мексиканский ОБН?

Разве мы не говорили про вертолет? Почему речь вдруг зашла о моей последней командировке?

– А как ты узнал? – насторожилась я. Точно помню, что неделю назад легавым из отдела по борьбе с наркотиками свой номер я не давала. У меня вообще другой мобильник для того материка спрятан.

– Тебе сестра звонила. Девять раз. А потом прислала сообщение. В уведомлениях видно часть текста, так что… – ледяная рука погладила меня по волосам, а в призрачном голосе чувствовалась доля страдания. Есть подозрение, что это себя президент сейчас жалеет. Ты уже умер, не поздно ли оплакивать начал?

Я тут же запаниковала. Если ОБН связались с сестрой, то какие-то подробности контракта с мексиканцами она уже может знать. Ой, что-то мне нехорошо…

– Дядюшка, а ты пиццу заказал? Если нет, то поторопись. И это… тебе мобильник не нужен? Давай я тебе свой сожгу, ага? Ну все, давай, я пойду еще вещей принесу.

И смылась.

Похоже, Алина уже знает часть предыстории о том, почему контракт с мексиканцами получился на сумму втрое больше, чем планировалось. Такой уж я человек, который не боится ни картеля, ни призраков, ни проливного дождя, зато жутко трусит перед ликом разгневанной сестры. Она ж мне и мать, и отец, и отдел кадров. А не косячить у меня не получается. Так и живем.

В комнате президента открыла какой-то ящик в комоде и сгребла все вещи, которые