случае отступать поздно. Брайс заметил меня и поднял взгляд, давясь теперь уже беззвучными рыданиями. Нос и щеки у него были красные, глаза мокрые и припухшие.

— Почему вы не на церемонии? — ляпнула я первое, что пришло на ум.

Пришло, надо сказать, неудачно. Я бы сама на такой вопрос ответила с легкостью: «Почему? Пошла вон отсюда — вот почему!» Отличный ответ, исчерпывающий.

Однако журналист вдруг выплюнул со злостью:

— Видеть их не могу, всю эту мерзкую семейку! — Вытер слезы со щек и тихо добавил: — И ее. Мертвую, в гробу — тоже не могу…

Я подошла ближе и уселась рядом. Очевидно, «мерзкая семейка» — это Вестоверы. Насчет Гарета вопросов нет, к нему мало кто хорошо относится. А с мэром Брайс не ладит по личным причинам. Но вроде бы Персиваль неплохой человек, не зря Домра влюбилась. Да и горе у них всех сейчас общее.

— Что же они ужасного натворили? — аккуратно спросила я.

— Много чего. — Его губы искривила злая усмешка. — Думаю, он ее и убил.

— Гарет?

Брата Мэгги я не вычеркивала из подозреваемых, у него имелся денежно-обиженный мотив. Но Брайс лишь фыркнул:

— Да где ему, кишка тонка. Думаю, папочка ее и убил.

Ого, новости… За эти дни я опросила многих, и никто еще не подозревал в убийстве мэра Вестовера. Я и сама, если честно, не очень его подозреваю. Взять и убить родную дочь?..

— Не может быть! — воскликнула я.

— В полиции так же считают. И вообще все. Кто заподозрит уважаемого человека и добропорядочного гражданина в убийстве, еще и собственной дочери?

— А вы, выходит, заподозрили. Почему?

— Потому что знаю: он ни разу не добропорядочный! — Брайс усмехнулся злее.

— А какой? — Я вся превратилась в слух.

— Хитрый и изворотливый. С налогами мудрит, взятки берет. Имущество свое понемногу переписывал на дочь, отправив ее куда подальше, в другое королевство. И возвращаться не велел.

— Как не велел?

— Прямым текстом! Запретил. Она по дому скучала, бедняжка… А ослушаться отца не решалась.

— Мне рассказывали, что ей просто захотелось уехать учиться.

— Вранье. У нее там толком ни друзей, ни знакомых. Ну, кроме меня, конечно. Всего один раз какую-то старую приятельницу встретила, обрадовалась. А та от нее шарахнулась как от чумы.

— Допустим, мэр действительно мухлевал с финансами. Но убивать-то ему зачем?

— Мэгги — девушка очень неглупая. Не зря он старался держать ее подальше отсюда. На приеме она ходила грустная. Я пытался ее разговорить, но она отмахнулась: семейные, мол, дела. Следовало быть настойчивее! Но тут эта помолвка, гости, суета. Решил, что расспрошу после. Только никакого «после» не было…

Он снова всхлипнул, Бэллочка заскреблась мне в грудь. Незаметно шикнув на нее, я поинтересовалась:

— А полицейским вы рассказали?

— Естественно. А толку? Они, когда слова «мэр» и «махинации» слышат в одном предложении, сразу бледнеют и ничего больше не слышат. Небось, уверены, что я хочу отвести от себя подозрения и очернить «уважаемого» человека.

— Они подозревают вас?

— А то. Едва поженились, а я уже вдовец и единственный наследник. Сам бы на их месте подозревал. Да только мне ее счета и недвижимость ни к чему, ни копейки не возьму.

— Так уж и ни копейки! — не поверила я.

Брайс отчаянно замотал головой. Возможно, и не врет. Я вспомнила, как он торговался за комнату в общежитии. Тогда сразу подумала: богатые наследники так себя не ведут.

— Однако за бабулин домик вы мэру заломили немалую цену.

— Разболтали?

Я энергично закивала. Да, разболтали. Что ты теперь скажешь?

— Ну да, заломил. А если вдруг согласятся, еще выше заломлю. Ничего им от моей Мэгги не достанется, я все ее имущество отдам на благотворительность. Ей бы это понравилось.

Я совсем не знала Мэгги, чтобы предполагать, что бы ей понравилось, а что нет, но на всякий случай снова покивала.

— Ладно… — Брайс поднялся с земли. — Пойду я, пожалуй, на церемонию. Неправильно это будет — не попрощаться.

Он пошел на похороны, а я — искать другой выход с кладбища. Интересный, однако, персонаж этот вдовец. У меня и в мыслях не было всерьез подозревать мэра… Брайс — журналист и определенно пишет о преступлениях. Вероятно, к его словам стоит прислушаться. Однако он крайне нелестно отзывался о Дариусе Блэке! Тоже мне, специалист. Или Брайс вправду понимает в расследованиях гораздо больше, чем я? И даже больше, чем гениальный книжный сыщик. Пф-ф-ф, какая ерунда. Зато это легко выяснить. Найти его статьи и почитать. Уж я-то с моими опытом и квалификацией пойму, как он разбирается в криминалистике, профессионально или нет.

Вдохновленная этой мыслью, я отыскала запасные ворота и отправилась с кладбища прямо в городскую библиотеку. Шансов на успех было немного, все-таки статьи Брайс публиковал не у нас, а в соседнем королевстве. Но мало ли, вдруг среди подшивок обнаружится пара-тройка нужных газет.

В библиотеке было пусто, за стойкой скучала пышная дамочка в свитере с вязаными розами. Разумеется, кто пойдет за книгами, когда в городке такие похороны? Этот человек явно должен отличаться нестандартным мышлением. Как я, например.

— День добрый, — постаралась я изобразить милую улыбку.

В конце концов, сейчас мне нужно уговорить эту даму рыскать в пыльных архивах.

Она улыбнулась весьма приветливо. Наверное, скучно ей было тут сидеть в одиночку. Что ж, тем лучше. Я поторопилась изложить свою просьбу:

— Мне бы очень, очень хотелось почитать статьи господина Брайса Райта. Уж не знаю, есть ли они у вас. Все-таки зарубежные издания…

— Брайса Райта? — просияла библиотекарь. — Конечно, у нас они есть.

Потом понизила голос, словно нас мог кто-то подслушать, и доверительным шепотом сообщила:

— Вы не представляете, каких трудов мне стоило уговорить хозяина подписаться на «Модный гримуар». Жду каждый месяц. А колонку Брайса читаю в первую очередь, статьи у него потрясающие.

Я посмотрела на нее озадаченно. Ни за что бы не подумала, что такую внешне легкомысленную девицу может интересовать серьезная журналистика. Да и название для солидного издания неподходящее — «Модный гримуар».

А она продолжала щебетать:

— Так хорошо пишет, все легко и понятно, с шуточками-прибауточками. А уж темы выбирает жутко интересные!

Библиотекарь шлепнула на стойку стопку глянцевых журналов. На обложках красовалось упомянутое ею название — «Модный гримуар». Нет, тут какая-то ошибка… Путаница. Досадное недоразумение.

— Вы имеете в виду другого Брайса? — несмело предположила я.

— Как это другого? Он один! Брайс Райт, кавалер нашей бедной Мэгги. То есть уже не кавалер, а вдовец. Я ведь сначала обрадовалась, когда узнала, что он приехал в наш городок, автограф хотела взять… — Она грустно