Содружестве танцевальная пара, поэтому сделал нам предложение, от которого мы не могли отказаться. Он попросил меня научить его жён и наложниц тем танцам, которые популярны в Галактике. А Мехмету, — она опять повернулась ко мне, — король предложил поделиться искусством рукопашного боя со своими нукерами. Конечно, Мехмет не такой великий боец, как многие здесь присутствующие, но кое-что во время сражения во дворце он продемонстрировал, и королевские гвардейцы это заметили. Полгода мы провели в королевстве. Это время, скажу вам, показалось мне настоящей сказкой. А потом король отпустил нас, и вот мы здесь, в этом зале, на славной Балуке…»

Сказать, что рассказанное моей спутницей произвело настоящий фурор, означало не сказать ничего.

— Отличный ход, моя дорогая Лири, — похвалил Молли подошедший к нам по окончании конференции дон Диего. — Уже сегодня о вас будет говорить вся планета. И, кстати, я теперь совершенно уверен, что ни один из линейки судей даже помыслить не сможет, чтобы хоть как-то вас ущемить на турнире… Мехмет! Ты позволишь на время украсть у тебя твою… хм, прекрасная была шутка… твою почти что супругу?

Я посмотрел на Молли и молча пожал плечами. Мол, кто я такой, чтобы запрещать уважаемой зонье Стефани свободно общаться с богатыми представительными мужчинами?

Дон Диего подхватил мою спутницу под локоток, и они отошли в сторонку.

А через секунду кто-то тронул меня сзади за руку.

Я развернулся. Перед мной стояла та самая пухленькая «японочка», что чуть не упала в обморок во время рассказа Молли о моём почти состоявшемся «посвящении в евнухи».

«Пошли», — указала она мне глазами на скрывающуюся за кулисами дверцу.

«Это Хитоми. Официальная супруга главы клана Кристо, — сообщил подселенец. — И по совместительству двоюродная сестра Сэбуро Кано, представителя корпорации „Васаби Кано“ здесь, на Балуке, „четвёртого сына“ хозяина корпорации господина Кичиро».

Все эти сведения я в то же мгновение переправил в ид-карту подруге.

«Иди. И будь осторожнее», — прилетело в ответ.

И я пошёл. Разбрасываться подобными приглашениями, стопудово, не стоило…

Глава 11

В дверцу за сценой «японочка» проскользнула первой. Я нырнул туда вслед за ней. По коридорам Бельведер-холла она семенила недолго. Всего через три поворота женщина неожиданно резко остановилась, мгновенно развернулась ко мне и, не успел я и «Мама!» сказать, втолкнула в какую-то прикрытую занавесочкой нишу.

— Ну, наконец-то! — выдохнула она хрипловатым контральто и буквально прижала меня к стене своей… эээ… весьма впечатляющей грудью.

В нише было темно, но — спасибо особому зрению — в потёмках я видел отлично. Причём, даже если бы этой способностью не обладал, то всё равно бы сумел и почувствовать, и увидеть то самое, чем меня зафиксировали у стены… Особенно когда дама быстрым и ловким движением скинула с плеч… ну, будем считать, что шаль, в которую куталась, прикрывая на публике своё выдающееся декольте. Хрен знает, надутое пластическими хирургами или природное — в данном конкретном случае это вообще ни на что не влияло. Вот прямо вообще-вообще…

— Ты даже не представляешь, как я ждала тебя, Мэт! — бормотала «японочка» жарким шёпотом, шаря пальчиками у меня по рубахе, нащупывая пуговицы. — Целый год! Целый год без тебя! Я уже думала, что умру…

Рубаха на мне, наконец, расстегнулась, и тёпленькие ладошки Хитоми Кристо, законной супруги «одноимённого» местного дона бодренько «заползли» мне за спину, прижимая меня к горячим грудям уже так, что я еле дышал и… Да уж! Так бесцеремонно меня ещё ни одна дама не добивалась. Как правило, всё происходило наоборот…

От наваждения я очнулся лишь секунд через десять. С трудом оторвал от себя эту озабоченную и промычал что-то невразумительное, призванное объяснить, что, мол, «да, я тоже рад тебя видеть и тоже хочу того-этого, но здесь и сейчас, извини, не время, не место, так что давай отложим и всё такое».

Если дама и удивилась такому афронту, то её удивление улетело в пространство на удивление быстро.

— Мэт! Но это же я, твоя Томи! Ты что, не видел моей записки?.. А, понимаю. Её нашла эта сучка Стефа́ни. Ты её что, до сих пор так боишься?

Я отчаянно закивал. «Японочка» засмеялась:

— Труси-и-ишка!.. Но я тебя понимаю. Ладно! Мы сделаем по-другому, — она эротично провела язычком по губам и негромко продолжила. — Когда твоя сучка свалит к очередному любовнику… да хоть бы даже к моему мужу, как год назад, я той же ночью приду к тебе и… О! Это будет прямо пикантно — снова наставить придурку Панди рога, пока он дерёт твою шлюху-партнёршу.

На этом месте она игриво хихикнула, потом снова прижалась ко мне и сунула что-то в штаны. Прямо как стриптизёру. Как в разных дурацких фильмах показывают…

— Пока, Мэт, — она поднялась на цыпочки, смачно поцеловала меня на посошок, подхватила упавшую «шаль» и выскользнула из ниши.

— Охренеть… ёпсель-мопсель, — пробормотал я, смахнув пот со лба.

«Кэп, ты в порядке?» — голос Гарти звучал озабоченно.

«В порядке ли я?.. Вот даже уже и не знаю. А ещё больше не знаю, что с этим делать?»

«Как по мне, эту тему надо раскручивать, — заявил подселенец. — Дама она, полагаю, полезная. В плане информации, безусловно. Муж — важный дон, кузен — важный джап. И в плане гормонов, хе-хе, всё при ней…»

«Тебе-то откуда знать про её гормоны?» — перебил я искина.

«А через запах. В её духах такой букет феромонов, что даже я ощутил. И если б не твой бронегель, тебе снесло бы башку на первой секунде».

«То есть, ты хочешь сказать, она это всё специально?»

«Конечно. А как же иначе? Она хочет… ммм… кое-что от тебя, ты кое-что от неё. Нормальная рабочая ситуация».

«Ты думаешь?» — почесал я в затылке, затем опустил руку к ремню и вытащил из штанов то, что Хитоми туда засунула.

Как и предполагалось, это была обычная денежная купюра достоинством… двести дитов. Нехило, однако. Годовая зарплата клерка в большой корпорации. И это, как я понимаю, только аванс. Причём, несмотря на то, что сказал искин, я почему-то не был уверен, что кроме «большой и чистой любви» этой дамочке от меня нужно что-то другое. Что-то не связанное с банальнейшим «трах-тибидух». Уж слишком напористо она добивалась… вот этого самого. Как от породистого, но туповатого жеребца, которого если использовать, то только для случки…

Когда я вернулся