ее идеи? Сколько раз давали понять, что она недостаточно хороша? И как так вышло, что не смотря на все это, в ее глазах продолжает гореть свет? Неужели я единственный, кто замечает этот свет?

Пока все бурно что-то обсуждают, я подъезжаю к ней на стуле и кладу руку поверх ее. Она вздрагивает и резко втягивает ртом воздух, тут же поворачивая ко мне голову. Наши взгляды сталкиваются. Да, вот он, этот свет. Искра, что тянется из самой глубины. Именно она и делает ее такой красивой. Эва Уоллис красива не из-за одежды или макияжа. Это не внешняя красота, а внутренняя. Она прекрасна, потому что ее душа умеет петь.

– Ты вкусно пахнешь. – вдруг произносит она шепотом, и я на мгновение замираю.

К таким комплиментам я не привык. Обычно говорят – «Да, вот так, мне нравится твой член в моей киске» или «Я никогда не испытывала такого оргазма, это было феерично». Еще иногда хвалят мои работы. Но ее слова…К тому же, она тут же смущается, когда осознает, что произнесла это вслух.

Я подаюсь ближе и едва не утыкаюсь носом в ее шею.

– Спасибо. – так же тихо произношу я. – Ты тоже. Ваниль?

Она слегка кивает, и я отстраняюсь, снова заглядывая в ее глаза. Напряжение все еще сжимает ее тело в тисках, но теперь она хотя бы свободней дышит. Хорошо.

Перевожу взгляд на Селин, которая выводит какие-то изображение на экран у стены, и поглаживаю большим пальцем ладонь Эвы.

– Когда у Селин месячные, она делает себе коктейль из мороженного с нутеллой и смотрит документалки про серийных убийц.

Брови Эвы взлетают вверх, а губы приоткрываются. Как же сладко она пахнет. Прям десерт.

Переварив мои слова, она медленно поворачивается ко мне. Невольно бросаю взгляд на ее рот.

Стоп.

Нет.

Не смотри туда.

Это запрещенная территория. Она влюблена в Клода, придурок.

Прочищаю горло и продолжаю:

– Клод начинает икать даже после двух бокалов вина, поэтому говорит всем, что не пьет.

На ее губах появляется слабая улыбка, а щеки розовеют.

Я ловлю удивленный взгляд Даны, потом Элис, Клода и даже Рины. Все, как один, тут же возвращаются к Селин. Странно. Не то чтобы они раньше не видели меня с девушкой.

Выждав пару минут, я снова наклоняюсь к Эве и шепчу ей на ухо:

– Как-то раз Элис перебрала на корпоративе и начала танцевать стриптиз прямо на столе посреди офиса. – Эва прикусывает нижнюю губу, пытаясь подавить улыбку.

Не смотри туда, Элиот, не нужно. Это ничем хорошим не кончится.

– После своего второго развода Рина набросилась на меня прямо в лифте. – синие глаза широко распахиваются, и она снова поворачивает ко мне голову.

Наши губы оказываются буквально в сантиметре друг от друга.

– Ты не подумай. – продолжаю я, сглотнув. – Я не возражал. В смысле, взгляни на Рину. Кто бы в здравом уме возражал?

Она вздрагивает всем телом от подавляемого смеха. Миленько. Ее плечи заметно расслабляются. Лицо приобретает здоровый оттенок. Хорошо. Очень хорошо. Перевожу взгляд на Дану. Подруга это чувствует и отрывает глаза от экрана, теперь наблюдая за нами.

– Три года назад Дана напилась и залезла на барную стойку в баре.

Я отстраняюсь, чтобы оценить реакцию Эвы.

«И что?» – как бы спрашивает она глазами.

Снова смотрю на свою подругу и ухмыльнувшись, выдаю:

– На ней не было белья.

Из Эвы вырывается смешок, который она тут же заглушает ладонью. Победа.

– Тебе есть, что добавить, Элиот? – раздраженно бросает Селин с другого конца стола. – Может, есть вопросы?

Не смотря на то, что все сейчас смотрят на меня, я продолжаю широко и довольно улыбаться.

– На самом деле, есть, да. Спасибо, что спросила. – произношу я так, будто не пропустил мимо ушей все совещание. – Мы закончили? А то я проголодался.

Клод закатывает глаза. Рина недовольно качает головой. Элис усмехается, а Дана плотно сжимает губы, дабы не рассмеяться.

Поворачиваюсь к Эве.

– Как насчет итальянской кухни?

– На сегодня все. – резко бросает Селин.

Я тут же поднимаюсь на ноги, таща за собой Эву. Она не возражает, и мы вместе вылетаем из кабинета, как пара голубков, которым не терпится уединиться.

– Элиот. – слышу ее голос, когда мы двигаемся по коридору в сторону лифта. – Подожди.

На этот раз я не останавливаюсь и даже не оборачиваюсь. Нам срочно нужно поговорить.

– Куда мы идем? – не унимается она, но руку вырвать не пытается.

Торможу у лифта и вызываю его. Только в этот момент Эва отнимает руку, и я поворачиваюсь к ней лицом.

– Я же сказал, детка, я голоден.

Эва хмурится. За ее спиной замечаю Стеллу с Диной, перешептывающихся между собой.

– Как ты можешь быть таким грубым?

Мои брови взлетают вверх.

– Ты о чем?

– Там на совещании. Ты был груб.

– Правда? – ухмыляюсь. – Я и не заметил.

– Она ведь твой начальник. И Клод тоже.

Ах, да. Эва ведь не знает, что меня с ними связывает что-то еще помимо работы.

– Я им нужен больше, чем они мне.

– И поэтому ты ведешь себя как… – она осекается, пытаясь подобрать слово.

– Мудак? – подсказываю, склонив голову набок.

Она осторожно кивает, словно не уверена, заденет ли меня это слово.

– Нет, Эва, я веду себя так, не потому что могу. – пожимаю плечами. – Просто я такой.

– Мудак. – тихо повторяет она, и я не сдерживаю смех.

До чего же она милая.

Стелла с Диной продолжают таращиться в нашу сторону, явно перемалывая косточки Эве.

– Да. Просто я мудак.

Теперь смеется Эва.

Мне нравится ее смех.

Стоп.

Что?

Створки лифта за моей спиной открываются.

– Идем? – спрашиваю я.

Она тут же становится серьезней.

– Не могу.

– Почему?

– Потому что работаю здесь. Я обещала. И в отличии от некоторых, не имею привычки уходить в начале рабочего дня.

Я хмурюсь. Не от ее слов, а от того, что нам срочно нужно поговорить, а она собирается проторчать здесь до вечера. Что если ей вдруг захочется излить душу Клоду?

– Но нам нужно поговорить.

– Поговорим вечером.

– Эва. – настаиваю я.

– Элиот. – отрезает она.

Черт возьми, а она сильнее, чем кажется. Я же буквально даю ей шанс сбежать, а она решает остаться, просто потому что пообещала?

– Хорошо. – выдыхаю я. – Заеду за тобой после работы.

На ее лице вдруг появляется уже знакомая мне паника.

– Ты уедешь на весь день?

Ах, вот в чем дело. Она была готова остаться здесь, но только не одна. Какая-то часть меня рада этому. Ликует от того, что эта девушка по какой-то причине видит во