догадался? — хмыкнул я. — Что я тут двадцать минут пытаюсь сказать⁈ Пушкин пропал. Дункан пропал. Теперь Лермонтов! Трое из двадцати за последний месяц.

— Пушкин мог пропасть по своим причинам, — заметил Антон, впервые открыв рот за весь рассказ. Его спокойный голос прозвучал неожиданно громко. — Он хотел убить Петра Первого. Петр мертв. Для Пушкина мотив исчез. Он мог просто пуститься в путешествие.

— Мог, — согласился я. — Но Лермонтов точно никуда не уходил. Его забрали. Вопрос, кто следующий?

Дима выпрямился.

— Надо оповестить всех, кого мы знаем.

— Я уже попросил разослать предупреждения всем, до кого можно дотянуться, — сказал я. — Но не все носят детальки Болванчика и не все отвечают на звонки. Нужно предупредить их лично. Валера согласился облететь тех, кто далеко.

Валера кивнул, не отрываясь от третьей порции котлет.

— Но сначала… Мне нужно знать, где сейчас Фанеров-старший. Как там его… Кажется Гриша? Он тоже из двадцати.

Все посмотрели на Фанерова. Тот моргнул.

— Блин, я совсем забыл это маленькую деталь в его биографии.

— Да, Женя… Так где он?

Фанеров достал телефон, глянул на экран и поднял глаза.

— Родители забрали меня на выходные. Вернее, хотели, но я отказался. Сегодня утром они с мамой уехали в Красноярск. Отец хотел навестить какого-то старого приятеля. Они в гостинице «Сибирская корона», вроде бы.

— И надолго они там?

— Еще пару дней. — Фанеров нахмурился. — Кузнецов, ты думаешь, что моему отцу что-то угрожает?

Я посмотрел ему в глаза. Врать не хотелось, но и недоговаривать тоже.

— Я думаю, каждый из двадцати воинов Владимира сейчас потенциальная цель. Твой отец один из них. Я хочу его предупредить и, если возможно, обеспечить ему охрану. Хотя бы временную.

Фанеров побледнел, но через секунду его лицо ожесточилось. Опять в нем что-то щелкнуло, от чего он вошел в боевой режим.

— Я сам поеду, — он начал вставать из-за стола.

— Сядь, — мягко, но твердо сказал я. — Ты не Маг Высших Сил. Против этой штуки ты пока мало что можешь. Без обид.

— Какие к черту обиды⁈ Это мой отец! — громче чем нужно сказал он, и соседние столы повернулись в нашу сторону.

— Именно поэтому не ты. — Я перевел взгляд на Валеру. — Красноярск. Гостиница «Сибирская корона». Георгий Анатольевич Фанеров и его жена Елена. Лора покажет точный маршрут. Если почувствуешь хоть что-то подозрительное, то забирай обоих и тащи на Сахалин. Только прошу, Валер, не дерись в центре города. Могут погибнуть люди.

Валера наконец-то отложил вилку. Вытер рот салфеткой с невозможной для его габаритов аккуратностью.

— Красноярск — это часа полтора, если не торопиться. — Он встал, и его тень накрыла половину стола. — Если торопиться, то минут пять.

— Торопись.

— Принято. Надеюсь, будет интересно. — Он подхватил со стола последнюю котлету, целиком запихнул в рот и зашагал к выходу. На полпути обернулся. — Эй, мелкий, — ткнул он пальцем в Фанерова. — Не дрейфь. Твой батя будет в порядке. Слово короля.

Фанеров открыл рот, чтобы что-то ответить, но Валера уже исчез за дверями. Через окно столовой было видно, как он вышел на улицу, снял очки, и от его тела полыхнула золотая вспышка. А через секунду он просто пропал — как будто его и не было. Снег там, где он стоял, мгновенно растаял — там остался только черный выжженный круг.

— Красиво он это делает, — тихо сказал Арнольд.

— Ага, — кивнул Дима. — Жалко только газон каждый раз.

Фанеров посмотрел по сторонам, быстро извинился и вышел из столовой. Думаю, не сложно догадаться, что он хочет сделать, но я не буду его останавливать. Все же, его магия достаточно уникальна. К тому же в нем сидит еще одно существо, которое вряд ли позволит ему умереть.

Я допил компот и посмотрел на жен.

— Маша, Света, — сказал я. — Нам надо на Сахалин.

— Когда? — Маша уже застегивала куртку.

— Сейчас.

— Прямо сейчас? — Света подняла бровь. — Мы даже не поужинали нормально.

— Перекусим в дороге. Мне нужно поговорить с Элем, и это не телефонный разговор. Плюс… — я понизил голос. — На острове Люся. Она тоже связана с двадцатью. И у нас дети, которых я не хочу оставлять без присмотра в такой ситуации.

Света перестала крутить крышку.

— Хорошо, — сказала она. — Поехали.

Маша была уже на ногах.

— Дима, — обратился я к другу. — Если Старостелецкий что-то найдет, звони немедленно. Если из Дикой Зоны полезет что-то черное и тридцатиметровое, тоже звони, а вы эвакуируйте институт. Я предупредил Горького. Можешь сообщить обо всем Мике. Пусть и ее отец будет в курсе.

— Понял, — кивнул Дима без тени улыбки. — А если прилетит что-то похуже?

— Посейдон везде, он сможет задержать. Звони мне и директору.

— А если Горький не поможет?

— Тогда беги, — без улыбки ответил я. — Сейчас серьезно. Если увидите что-то похожее на черный кристалл, не приближайтесь. Просто не приближайтесь. Он забирает людей и телепортируется. Мы даже не знаем, по какому принципу он выбирает жертв.

Дима кивнул. Антон рядом с ним тоже. Их лица стали серьезными, как никогда.

Я посмотрел на часы. Восьмой час вечера. До портала в поместье ехать минут сорок, если без пробок. Оттуда на Сахалин за мгновение.

* * *

Поместье Кузнецовых.

Сахалин.

Мир разложился обратно.

Долго не думая, мы поприветствовали гвардейцев. Я выслушал последние отчеты и, не услышав ничего нового, вызвал Данилу. Через десять минут мы уже ехали домой.

В поместье все было спокойно, и меня это успокоило. Чего это я так запаниковал, сам не пойму… На столе стоял поднос с чаем — видимо, Настя готовила кому-то вечерний перекус. Из кухни доносился звон посуды.

— Миша вернулся. Маша! Света! — Из коридора выскочила Настя. В фартуке, кроссовках, волосы забраны в хвост, на лице, выражение полной боевой готовности. — Вы откуда⁈ Мы вас не ждали до завтра!

— Планы изменились. — Я взял чашку чая и сделал глоток. Оказалось, что слишком сладко. — Где дети?

— Спят. Боря тоже спит. Все в порядке, я проверяла двадцать минут назад.

— Хорошо. Где Люся?

— В лазарете, где же еще? С утра и до вечера там сидит. Что-то варит, бормочет. Я ей обед носила.

Маша скинула куртку и пошла наверх проверить детей. Света присела на диван, расстегивая ножны. По ее лицу было видно, что она сильно устала, но, как это с ней обычно и бывает, виду девушка не подала.

— Настя, позвони Трофиму, — распорядился я. — Пусть усилит охрану периметра. Ночные патрули, двойной состав. Если кто-то из солдат увидит в небе, в лесу или вообще где угодно черный кристалл, не приближаться. Докладывать мне лично.

Настя не стала задавать