выжить? Пока я молила о смерти в лесу?.. Он был здесь. С ней.

Я чувствовала, как подступает злость. Злость на себя за то, что я еще пять минут назад верила в то, что я — единственная, кого он так хочет… За глупую мысль о том, что между нами может быть что-то особенное…

Память тут же услужливо напомнила мне про свечи, про глиф правды, про яд в еде… И я с трудом проглотила комок обиды на судьбу и злости на себя.

Моя безопасность, мой спаситель… Все это рухнуло в одну секунду. Я оказалась не единственной. Не особой. Просто… одной из. Той, кого нужно было спасти, чтобы вернуть на законное место.

— Магов! Живо! — кричал император, пока красавица, путаясь в рукавах, медлила у двери.

Я видела, что она не торопилась, давая мне в полной мере осознать, кто греет постель императора.

Глава 51

— Ты еще здесь? — резко произнес император. Ее лицо, которое до этого было самодовольным, вдруг побледнело. — Быстро выметайся отсюда!

Она наспех застегнула платье и бегом бросилась к двери, захлопнув ее за собой.

«Понятно, все с тобой понятно!» — пронеслось в голове. Слезы подступили к глазам, но я не дала им воли. Я не буду плакать при нем.

Его пальцы легли на мою щеку, пытаясь повернуть мое лицо к себе. Он хотел увидеть благодарность. Хотел увидеть облегчение.

Я резко дернула головой, уклоняясь от его прикосновения. Теперь его кожа казалась мне чужой. Холодной.

— Убери руку, — произнесла я. Голос звучал тихо, но в нем было столько льда, что даже маги, вбежавшие в комнату, замерли на пороге.

Я отвернулась от него, сползая с его рук на дрожащие ноги. Мне нужно было стоять. Чтобы быть дальше от него. Но силы изменили мне, и ноги подкосились.

— Давай я помогу, — послышался его голос, а император протянул руку.

Я посмотрела на его руку, а потом на его глаз.

— Нет! — выкрикнула я ему в лицо с такой яростью, которой от себя не ожидала. — Иди вон, своей любовнице помогай! А я справлюсь сама!

Превозмогая боль, я дошла до кресла и опустилась в него. Маги тут же подбежали ко мне, осторожно снимая повязку.

Один из них, седой старик в мантии цвета ночи, приложил ладони к моей ране. Из его пальцев потекло голубоватое сияние, похожее на жидкий лунный свет. Я почувствовала холод, проникающий глубоко под кожу, словно внутрь залили замороженную воду. Ткани стягивались, зудели, неприятно ныли, но острая боль уходила, сменяясь онемением. Второй маг склонился над флаконом, откупорил его и дал мне выпить.

— Это эссенция эльфийского шалфея, — бормотал он, пока я морщилась от горького вкуса. — Заживит обычную рану без шрамов.

— Здесь есть эльфы? — спросила я, оживившись.

— Были когда-то, — заметили маги, покосившись на императора. — Но теперь их нет…

Они продолжали обрабатывать рану.

— Вот присыпка из гномьих квасцов, — послышался голос. — Она остановит кровотечение.

— А гномы? — спросила я, понимая, что почти ничего не знаю об этом мире. — Они здесь тоже были?

— Да, еще пятьдесят лет назад, — заметили маги, покосившись на императора.

Один из них достал мазь. Густую, зеленую, похожую на сопли. И стал мазать мою рану.

— А это что? — спросила я.

— Это… орочье снадобье. Шаманы орков использовали его от ран, — вздохнул старый маг. — И да, орков тоже почти не осталось…

— Им повезло. Они не вкусные, — послышался смешок императора.

Глава 52

Пока маги хлопотали вокруг меня, накладывая новую белоснежную повязку, император стоял возле окна. Спиной ко мне. Но я чувствовала его присутствие затылком. Физически ощущала напряжение, исходящее от его фигуры, словно воздух вокруг него наэлектризовался. Я изредка бросала на него косые взгляды. Его плечи были напряжены, пальцы сжимали подоконник так, что камень, казалось, готов был треснуть.

— Готово, мадам, — послышался голос одного из магов.

Белая повязка украсила мое плечо. Боли не было.

— Я не мадам, — заметила я, а губы дрогнули в усмешке горечи. — Я уже не замужем.

— Ах, простите, ваше высочество, — заметили маги, давая мне выпить какое-то кислое, как лимонный сок, зелье. Я поморщилась, но допила всё.

— Это поможет заживлению. Вам очень повезло. Рана легкая, — ободряли меня маги. И тут же обратились к императору. — Мы всё сделали. Ее жизни и здоровью ничего не угрожает.

Император повернулся и кивнул. Они вышли, оставив нас в комнате вдвоем.

Тишина повисла густая, тяжелая. Запах его духов — пепел, нероли и что-то звериное — заполнил пространство, вытесняя аромат лечебных трав.

— Может, на кровать ляжешь? — произнес он. Голос был низким, вибрирующим.

— И не подумаю, — произнесла я, брезгливо глядя на роскошную кровать, где еще недавно была другая. — Брезгую другой женщиной.

В этот момент император повернулся. Медленно. Хищно. Тень от его фигуры вытянулась, потянулась ко мне через весь пол. Он сжал кулаки, и костяшки побелели.

— Да, она была здесь. — Он сделал шаг ко мне. Потом еще один. — Я не стану отрицать этот факт. Но ничего не было. Банально. Не успели.

Он остановился прямо передо мной. Так близко, что я чувствовала жар, идущий от его тела.

— Я хотел забыть тебя. Забыть навсегда! — Его голос сорвался на рык. — Потому что когда я смотрю на тебя, я чувствую, что схожу с ума от желания! И начинаю делать глупости. А императору нельзя делать глупости. Я хотел, чтобы хоть что-то помогло мне забыть тебя!

Его слова ударили меня под дых. Я почувствовала, как предательский жар разливается внизу живота. Метка на запястье пульсировала в такт его голосу, отзываясь болью и… удовольствием. Мне хотелось оттолкнуть его, но тело словно окаменело. Его близость опьяняла. В его глазах, в этом единственном видимом глазе, плескалась тьма, готовая поглотить меня. Я видела, как зрачок сужается, превращаясь в вертикальную щель. Дракон смотрел на меня. Голодный.

— Так иди к ней и продолжай меня «забывать», — произнесла я, но голос дрогнул. — Я никогда не стану твоей.

Император резко подался вперед. Он уперся руками в подлокотники моего кресла, заключая меня в ловушку из своих рук и тела. Я оказалась зажатой