– Энто можно, – поменял тон Баженов, – сдается мне, что здеся следует нам пример с англичан взять. Народец оне конечно никудышный, но о двух вещах у них не зазорно уму-разуму поучиться – торговле правильной и устройстве государственном, когда власть у людей торговых, уважаемых. Хотя тута оне ничего сами и не измышляли, – хмыкнул он, – господин Великий Новгород испокон веков жил таким укладом, а князя призывал токмо по надобности, супостата воевать. Вот и нам надобно к закону предков наших возвернуться и вере истинной, древлеправославной, и очистится тогда Русь от самозванцев и засилья иноземного!

– Дело говоришь, мы о том же думу думали! – огладил бороду Яков недобро улыбнувшись и, как хищник, почуявший запах добычи, принялся разбивать позицию оппонента, не собираясь уступать тому ни толики влияния, – Токмо на кой ляд в таком разе нам ты со своим убогим сидельцем из Холмогор. Казачки также испокон веку живут общинным умом, совет наш ты видал. Самозванца в столице мы и сами скинуть смогём, а твои шашни с богомерзкими протестантами могут опосля и боком выйти!

Но на Баженова отповедь Якова Борисовича не произвела абсолютно никакого впечатления и он совершенно спокойно парировал:

– Да не дурней тебя, Яков Борисович, знаком с казачьим укладом, у нас в Архангельске и войско своё и атаман имеются. Токмо не подходит их уклад для управления державой, так – шум да склоки. И ты энто не хуже меня знаешь, иначе и разговор бы зачинать не стал. Да и на казаках однако народ не заканчивается, а мужику всё одно царь нужон. Так что никуды ты не денисся без меня и моёва, как ты изволил молвить, убогого сидельца. Нам в энтом деле такой в самый раз, чем хуже, тем лучше – вякать лишнего не станет!

– Складно складываешь, – также спокойно отреагировал Твердышев, –есть токмо одна закавыка – зовется император Скандинавии Иван. Ох, и ушлый мОлодец, я тебе скажу, Фёдор Кириллович – палец дашь, вместе с головой отхватит. Встречались мы с ним давненько, когда он ещё графом Крымским величался, и даже дела торговые ведём по сию пору с его доверенным в Новороссии бароном Черновым, машины паровые по его прожектам производим!

– Так в чём здеся закавыка, – с удивлением развел руками Баженов, – и кака така забота у императора Скандинавии о делах наших русских?

– Видать не про всё англичане твои ведают али тебе не про всё сказывают, – с удовлетворением поддел Баженова Яков Борисович, – он ведь не токмо император Скандинавии, он и великий князь Константинопольский и великий князь Новороссии и прочая и прочая. Под ним теперича Малороссия и Крым, Кубань и область Войска Донского, а ещё он энтим летом султана турецкого изничтожил и кресты православные в Царьград вернул. А тута, в Перми, евойный посланник находится, подполковник Пугачёв, из донских казаков. Сказывает сей посланник, что император Иван шибко расстроен смутой на Руси и также желает извести самозванца петербургского, чтобы опосля провести Земский собор, как испокон веку делалось, и выбрать царя законного. Об энтом же вещает старец игумен Филарет, с которым Пугачёв ведёт беседы задушевные. А вот теперича ты ответь мне на вопрос – кого выберут на Земском соборе? Твою немчуру али защитника Руси от турка и поляка, победителя хана Крымского и славного воина христова, который свершил то, что всем Европам на давалось?

Глава 3

Письмо Пугачёва порадовало и удивило одновременно. Во-первых, ополчение одержало, не без его помощи, убедительную победу в сражении под Снежинском, обеспечивающую выход на оперативный простор, а во-вторых, оказалось, что первую скрипку среди повстанцев играют мои старые знакомые из Оренбурга – братья Твердышевы. Вот уж чего невозможно себе было даже представить, так это братьев-капиталистов во главе повстанцев-казаков. Сюрреализм, да и только. Подробностями Емельян Иванович пока не владел, но в общих словах причину произошедшего можно было выразить на примере коровы из бомболюка в фильме про особенности национальной охоты – «жить захочешь и не так раскорячишься». По идее, наличие во главе ополчения лично знакомых мне людей и действующих торговых партнеров, должно было облегчить налаживание контактов, но это теория, а как всё произойдет на практике, одному богу известно. К тому же, первая реакция братьев на его появление оказалась совсем не благожелательной.

Ладно, война маневр подскажет, главное, что первый этап прошел удачно. Дальше Пугачёв и сам разберется, не маленький, а мы в это время попробуем зайти с другой стороны, с помощью Троянского коня. Хотя Кирилла Михайловича Разумовского такая характеристика его роли в этом деле наверняка бы не обрадовала. Да, в ответном письме из Петербурга пришло подтверждение, что его автор Разумовский, хотя мне и пришлось для этого немало поворочать извилинами. Встречались мы с Кириллом Михайловичем всего несколько раз и то мимоходом, поэтому я с трудом вспомнил детали разговора Екатерины Алексеевны с ним на совете по поводу реакции крупных землевладельцев на указ о земле. Она тогда посоветовала ему воспользоваться английским опытом обработки земли, а ещё обратиться при необходимости в Вольное экономическое общество за консультацией. Вот вторую часть этого совета я и попросил изложить в ответном письме для подтверждения личности автора. Ответы совпали.

Остальное содержание письма оказалось стандартным. Примкнул к узурпатору от безысходности, ни в чем предосудительном замечен не был, осознал всю глубину падения (в основном окружающих лиц), готов искупить кровью (желательно чужой) и помочь в восстановлении законности и правопорядка, а также служить верой и правдой новому государю. Как говорят в Европе – король умер, да здравствует король! А если ещё не умер, то готов оказать содействие. И всё это открытым текстом, только без указания имени и фамилии.

***

– Вот же гаденыш, – сплюнул Добрый, ознакомившись с письмом Разумовского, – но гаденыш теоретически полезный, если это, конечно, не подстава. И какой у нас план Командир?

– План простой – думать, думать и ещё раз думать. Время пока есть, нужно дождаться ответа из Берлина, чтобы закрыть вопросы по Бранденбургу, и гостя из Любека. Поэтому до середины марта мы точно в Кёнигсберге. Твоя задача подготовить парней к работе в городе – скрытое ношение оружия, по нескольку комплектов цивильной одежды петербургского фасона, посоветуйся с фон Гиппелем по этому вопросу, карты города и остальные необходимые мелочи!

– Уже работаем по всем направлениям, – кивнул Добрый и спросил, – а что с агентурой Шешковского, планируешь привлекать?

– Конечно, грех игнорировать такие возможности, но у них будет своя задача. Гарантировать их стопроцентную лояльность