заражение, любую радиацию… Свиты болванов и парочки «Скаутов» нам в помощь более чем.

– Они еще остались? Хорошо, если так – вклинился Хомиц. – Идея, в целом, что надо… Я назначу тебя главным. Можешь приступать, как будешь готов. О ходе подготовительных мероприятий докладывай мне лично. Если нужно будет что – сообщай без задержек. Ну и главное: когда закончишь, сперва доложи мне… Все ясно?

– Так точно, сэр – ответил Юрекс, выпрямившись ровно.

– Тогда свободен… Ну, и с возвращением, сынок! – выдавил улыбку Хомиц. – А по поводу записи, не переживай. Обещаю лично во всем разобраться. Ответственные будут привлечены по всей строгости, даже не сомневайся.

Юрекс и не сомневался. Хомиц был теперь жизненно заинтересован решить вопрос с контрабандой как можно быстрее, чтобы соскочить с крючка. Юрекс делал все это без особой радости. Просто не видел для себя другого способа остаться в карантином отделе.

– Тебе нужен новый напарник-синт – внезапно выдал ему Хомиц на прощание.

Юрекс обернулся:

– Синт? Не хотелось бы… А что не так со старым-добрым Рене?

Хомиц пояснил:

– У Рене есть напарник. Это тоже синт… Их тут у нас теперь много будет. Такова программа Патруля на КСП… Есть договор с Хондо… Мы первые в Секторе Ориона по внедрению офицеров-синтов.

Юрекс немного напрягся, но нашелся быстро и даже немного пошутил:

– Я не против синтов… Но мне бы по проще, «бесполого», в идеале кого-то из Хантеров.

Хомиц криво улыбнулся, восприняв юмор подчиненного по-своему, и кивнул головой.

– О, Хантера ему подавай! … Ты и так у меня тут как снег на голову… Советую тебе побыстрее решить вопрос с «Ковчегом», чтобы оправдать свое переназначение сюда даже не в моих глазах, а перед высшим руководством.

– План есть. Дело за реализацией… Когда я подводил вас, сэр? – уверено выдал Юрекс.

– Ну да, ну да – с прищуром посмотрел тот в ответ. – Ступай.

Юрекс уже собирался покинуть кабинет «босса», но внезапно кое-что его задержало. Ему стало любопытно, и он остановился, немного не дойдя до двери.

– Сэр, а эти синты, они же, наверное, не из Патруля?

Хомиц обернулся и посмотрел на него с прищуром.

– А тебе какое дело до того, а? … Они проходят ускоренные 2-недельные курсы у нас в академии… Это ж тебе не бездельники вроде вас с Рене, чтобы 5 лет балду гонять, а продвинутые интеллектуалы. К тому же осознанные… Во!

На последнем восклицании он даже направил указательный палец руки строго вверх, чтобы добавить вес своим словам.

– Хм… Какой в этом смысл, если тут и обычных офицеров полно?

– А такой, что будешь много знать, сдохнешь молодым! Понял? … А, вообще, вы все сами виноваты. Летали на Эдэмию и беспредельничали там! Власти планеты терпели-терпели, и наконец взялись за вас! Вот и получайте теперь!

Юрекс удивился услышанному. Потом вспомнил и сделал довольное лицо, пояснив на радостях:

– Так когда это было, сэр! Это академка!

Хомиц однако не испытывал столь радостных эмоций.

– Ну, академка, не академка, а вы эдемской администрации во где все сидите! – сказал он, проведя рукой по шее, показывая, как все на самом деле серьезно.

– Так выходит, нас тут будут синтами заменять? – уже более серьезно и совсем без улыбки уточнил Юрекс.

Хомиц тоже немного успокоился. Встал из-за стола прошелся к окну, открывающему вид на проходной тоннель, и сказал:

– Ну, много нас тут на КСП очень… Уже скоро «Аламах» переплюнем по размеру. И каждому подавай жилье, условия труда, отпускные и медицинские. А еще дети… А станция не полимерная.

– А синты они что, лучше? – удивился Юрекс.

Хомиц кивнул головой.

– Конечно лучше. Они ж не спят. Апартаменты им не нужны. Поместил в бокс на зарядный блин и все. Утром, как огурчик. Детей не заведут, отпуск не попросят. Не состарятся, на пенсию не уйдут и не умрут.

Юрекс, дослушав все это, лишь вздохнул, покусал губы и повернулся, чтобы покинуть каюту босса, спросив напоследок:

– А на Эдэмии они зачем? Ведь там же роботы под запретом, кроме тех, что под эдемской администрацией.

А на Эдэмии, мой любознательный юный друг, синты вас беспредельщиков на охранной службе заменят, чтобы вы тут на КСП не накапливались, а уматывали далее по распределению, понятно?

– Понятно… Только под них надо инфраструктуру там… Зарядные боксы…

Хомиц улыбнулся, видимо будучи довольным растерянностью подчиненного.

– А не надо… У них есть импланты. Встраиваются внутрь, как желудок. Синты пьют спец-энергетики и таким образом заряжаются… Так-то!

Юрекс кивнул головой и совсем покинул каюту.

Пресный вечер

Собраться вечером в столовой и поговорить и сам Юрекс был не прочь, но разговор сразу не пошел. Его рассказ начинался слишком скомканно и отрывисто. Вместо интересных историй о приключениях на дальних рубежах Федерации он ударялся в подробные описания своих товарищей по миссии, как они жили сутками на крейсере, о чем беседовали, за что переживали. Дальше же, когда дело подходило к трудной политической обстановке в далекой системе, боевой работе, миссии, как она есть, начинались какие-то недомолвки и недосказы. Если нужно было красочно описать напряженный пролет через минное поле на космолете-невидимке или яростную высадку в док, Юрекс вообще уходил в несознанку, говорил скомканно или же просто отмалчивался, будто кто-то связывал его язык и не давал рассказывать. Ранее подобное за ним не наблюдалось. Сколько он сам себя помнил, никогда не лез за словом в карман. Хотя и долго рассказывать тоже не умел. Удел Юрекса в беседах был скорее кратко, зато красочно и емко отвечать на вопросы. Теперь же язык его сковала некая немота. Даже мысли путались и выдавали фразы невпопад. Те весьма успешные эпизоды штурма станции, высадки в док под огнем федератов, Юрекс не мог нормально пересказать. Отчасти спасали некоторые записи, оставленные после цензуры спец-отдела, но даже те стерео-кадры требовали пояснений, которые будто попрятались где-то в уме Юрекса, но стеснялись выйти и исторгнуться даже через мысленный нейро-канал общения.

Выручил немного собственный ИИ, который принялся вместо него пояснять и рассказывать происшедшее в рамках дозволенного. Но вышло у электронного рассказчика слишком сухо и скорее походило на доклад, сжатый исторический экскурс, чем на живой рассказ. Подобный стиль повествования через выставления вместо себя ИИ лишь усугубляло и без того нелучшее впечатления от него, как сослуживца, который отсутствовал пол года.