Магистр. – И потом, какая разница, хочешь ты или нет? Тебе нужен Венец Демиурга, и у тебя есть условия, которые ты должен выполнить для его получения. Валяй, выполняй. Не хочешь, я найду кого-нибудь другого. Не справишься – я найду кого-нибудь другого. Не найду кого-нибудь другого – выйду на тропу войны сам. И кто окажется проигравшим в конечном итоге? Система в любом случае устоит, а ты останешься без Венца.

– Ты даже не спросил, зачем он мне нужен.

– Мне нет нужды это спрашивать, – заявил Магистр. – Я и так знаю.

– Да?

– Мне много лет, – сказал он. – Я в системных мирах с самого начала, и, поверь мне, я видел очень многое. В некотором смысле, я даже видел все. Венец Демиурга – это инструмент, позволяющий вносить правки в Систему А ты – молодой наглый игрок из мира, который был поглощен Системой совсем недавно, и тебя прямо-таки распирает от вопиющей несправедливости произошедшего. И поэтому у тебя есть только два пути: ты можешь стремиться все разрушить, и ты можешь стремиться все исправить. Но если бы ты хотел все разрушить, тебя бы здесь не было, ты бы просто свернул Армандо шею, чтобы он не смог меня предупредить, и отошел бы в сторону, позволяя Пожирателю Миров обедать игроками и дальше. Значит, ты хочешь все исправить, и я даже не буду спрашивать, как. Хотя нет, я таки спрошу. Как?

– Таннен, – сказал я.

– Это название какого-то лекарства от блох? – попытался угадать Магистр. . – А, нет, подожди, я вспомнил... Ты в курсе, что это им не помогло? Что в конечном итоге они получили в два раза сильнее, чем в первый раз?

– В курсе, – сказал я. – Поэтому я постараюсь учесть их ошибки.

– Безумству храбрых поем мы что-то, – сказал Магистр. – Что ж, попробуй, это может получиться забавно. Однако, я должен тебе сообщить, что наступил момент истины. Принимай квест, и тогда мы продолжим этот разговор. Или выметайся отсюда к чертовой матери.

Раз уж он поставил вопрос таким образом, пришлось квест принять. Выбора все равно не было, для задуманного мне был нужен Венец Демиурга, а Магистр был единственным живым существом, которое могло навести меня на его след.

– Хороший выбор, – сказал Магистр. – Теперь мы побеседуем более обстоятельно. У меня сложилось впечатление, что ты знаешь о новой угрозе куда больше, чем говоришь. И гораздо больше, чем Армандо.

– Да, – не стал отрицать я. – Пожиратель Миров и искин, уничтоживший вашу изначальную планету – это одно и то же… существо.

– А ты меня не лечишь? – поинтересовался Магистр. – Не придумываешь эту историю на ходу, чтобы у меня появилась личная вовлеченность? Не хочешь пробудить во мне мотив мести и прочую эмоциональную шнягу?

– Нет, – сказал я. – Я играю честно.

– Если бы все играли честно, играть было бы чертовски скучно, – заявил Магистр. – Но лично тебе я верю. Значит, искин, который каким-то образом пережил пришествие Системы, научился выживать в чуждой для него среде и жрать ее естественных обитателей. Занятно. Какой расой он был создан?

– Коллоквианцами.

– А, такие невысокие и тихие серые ребята, – сказал Магистр. – Не ожидал от них, но игра полна сюрпризов.

– Они теперь высокие, – сказал я. – И довольно свирепые.

– И это свидетельствует о том, что прокачка побеждает эволюцию, – сказал Магистр. – Вот вы, например, считаете, что произошли от мартышек. Попробуй себе представить, как бы вы выглядели, если бы не мартышки не эволюционировали, а качались.

– Ты бывал на Земле, – сказал я. – Еще до того, как все это началось.

– Бывал. И прожил там определенное время. Не самое плохое время в моей долгой жизни, должен я заметить. Хотя и не самое приятное.

– Но как?

– У меня свои пути.

– Но это означает, что Система пришла на Землю уже давно, – сказал я. В принципе, об этой теории мне поведала Селена, и Магистр ее только что подтвердил. – Вместе со своими наноботами, Вычислителями и инфополем. Почему же активация игры и зомбиапокалипсис произошли совсем недавно?

– Тебе интересно, с чем связана задержка? – спросил Магистр. – Что ж, это действительно любопытно, и станет темой для отдельной нашей беседы, после того, как ты вернешься, выполним мое задание. Пусть это станет для тебя дополнительным стимулом.

– Мне не нужны дополнительные стимулы.

– И все же, будет именно так, – отрезал Магистр. – Я отвечу на твои вопросы, но после того, как ты спасешь нас всех и остановишь Пожирателя Миров. Ты можешь либо сделать это, либо умереть в неведении. Выбор за тобой.

– Ладно, – сказал я. – Но учти, если ты попытаешься меня надуть, я не буду делать скидку на то, что ты старый, первый и вот это вот все.

– Если бы меня угощали мороженым каждый раз, когда я слышу угрозу в свой адрес, то я бы уже давным-давно помер от переохлаждения, – заметил Магистр. – Однако, к твоей угрозе я склонен отнестись со всей серьезностью. Клянусь Системой, что когда ты вернешься, я отвечу на все твои вопросы и недосказанности между нами не останется.

Система подтвердила его слова.

Но это мог быть всего лишь очередной фокус старого лиса, уж я-то знал, что Система его не видит, или видит, но очень избирательно и лишь тогда, когда он сам этого хочет. И дело было явно не в затертых логах, тут имел место какой-то новый для меня вид жульничества.

Хотя, парень обладал Венцом Демиурга. Кто знает, какие правки с его помощью он умудрился внести в системный код?

А может быть, он до сих пор им владеет.

– Расскажи мне про Венец, – попросил я. – Кому ты его отдал? Можно без особых подробностей, так, чтобы я понял основное.

– Если без особых подробностей, то я отдал его правителю одного из самых могущественных королевств в системных мирах, – сказал Магистр. – Не объясняя, что это, но наказав хранить, как зеницу ока, и у меня