и собирались на первый урок. Сад дышал, поместье жило, мир вращался — огромный, сложный, полный загадок.А мы стояли в беседке, и я была счастлива.

— Идём, — сказала я. — У меня через час урок.

— А у меня — разговор с Орсоном. Он хочет, чтобы я помог ему с картами подземелий.

— Ты же помнишь их наизусть.

— Он говорит, что хочет «задокументировать для потомков». — Тристан усмехнулся. — По-моему, ему просто нравится со мной разговаривать.

— Кому бы не нравилось? Ты отличный собеседник. И не скажешь, что камень.Он фыркнул и взял меня за руку. Мы пошли к дому — по дорожке, усыпанной лепестками роз, мимо старого колодца, который когда-то привёл нас в подземный ход, мимо скамеек, на которых сидели ещё предки Элен.У дверей я обернулась. Старая горгулья на крыше беседки смотрела на нас. И я могла поклясться — её голова чуть-чуть повернулась. Совсем немного. Ровно настолько, чтобы проследить за нами взглядом.

— Ты видел? — спросила я.— Видел, — ответил Тристан. — Магия рода возрождается.Мы вошли в дом. За спиной остался сад, полный солнца и роз. Впереди ждали ученики, заботы, уроки, споры с Мартой о меню на ужин и долгие вечера в библиотеке. Обычная жизнь. Наша жизнь.И где-то глубоко в камне беседки золотистые прожилки всё ещё светились. Сокровища рода были с нами. Вокруг и внутри нас.