легких, как и его отец, и похоронен в Киеве на Лукьяновском кладбище рядом со своей матерью и другими родственниками.

Фактически отцом для Сергея Павловича, вырастившим и воспитавшим его с девятилетнего возраста, стал отчим Григорий Михайлович Баланин. Между ними быстро установились дружеские отношения. Григорий Михайлович внимательно и ласково относился к мальчику. Еще перед женитьбой он сказал Марии Николаевне: «Если я люблю тебя, я буду любить и твоего ребенка. Твой сын будет моим сыном и я сделаю для него все, что смогу». Григорий Михайлович был человеком слова — он уделял воспитанию Сережи много внимания и душевного тепла. В свою очередь мальчик очень приветливо воспринял появление Григория Михайловича в семье, называл его папой и некоторые письма даже подписывал фамилией Баланин.

Письмо Сережи Королева отчиму в Токаревку. Киев, 26 апреля 1917 г.

На рождественские каникулы 1917 г. Мария Николаевна уехала к Григорию Михайловичу в город Токаревку Тамбовской губернии, где он в то время заведовал элеватором. Сережа пишет письмо, обращаясь уже к маме и папе:

«Милые мама и папа! Я был еще немножко болен. Но теперь я собираюсь в гимназию, уже послезавтра я пойду учиться. Температура установилась обыкновенная, 36,9 на 8 день. Праздники я провел весело, очень весело. Деньги получил, очень благодарю. Но случилось несчастье: тети Оли брат (Яша) заболел тифом и она уехала. Только не пиши об этом, что я сказал тебе эту весть. Дядя Юра расстроился и все тоже. Но праздники провели весело, очень весело. Я получил на Новый Год новые подарки — картинки для склеивания, слоника, 30 штук марок иностранных и меня поздравляли. Извини, что не смог писать, не успел. 6 января 1917 года. Целую крепко, очень крепко и папу, и маму. Ваш Сережа Баланин».

На праздник Пасхи Мария Николаевна вновь поехала в Токаревку к мужу. Сохранилась пасхальная открытка, датированная 7 апреля 1917 г., посланная десятилетним Сережей родителям.

«Милые папа и мама! Я здоров, выхожу, 30 марта я исповедовался. Поздравляю вас с праздником Св. Пасхи и шлю „Христос Воскресе“. Целую крепко, крепко. Ваш Сережа КБ». (Королев-Баланин. — Н. К.).

В апреле 1917 г. Мария Николаевна готовится к экзаменам на Киевских Высших женских курсах. 29 апреля она должна сдавать экзамен по психологии профессору А. Н. Гилярову и двум его ассистентам. Сережа пишет об этом в письме Григорию Михайловичу в Токаревку. Он проявляет трогательную заботу о маме, прося папу не сердиться на нее, если она экзаменов не выдержит.

«Милый папа! Я и мама здоровы. Я тебя очень прошу сделать мне трапецию. Мама готовится к экзаменам и поэтому мы выедем числа 15‐го — 16‐го. Я хочу написать тебе стихотворение.

В КУЗНИЦЕ

Падает молот тяжелый,

Искры летают снопом,

С песней веселой

Плуг мы на славу куем.

Бейте же крепко, покрепче,

Здесь не жалейте труда.

Пахарю будет полегче,

Вознаградит всех земля.

Я занимаюсь художеством и рисую красивые картинки. Я и тебе нарисовал картинку и написал к ней стишок. Пиши чаще, а то мама и я скучаем. Только, пожалуйста, если мама не выдержит экзаменов, то ты не сердись. Я уже буду скоро в первом классе и приеду к тебе первоклассником. Прости, что мало написал. Целую крепко, крепко. Сережа Баланин».

В мае 1917 г. Мария Николаевна сдала экзамены, а Сережа окончил старший приготовительный класс гимназии и стал первоклассником.

В середине мая Сережа с мамой приехали из Киева в Токаревку. Жили они с Григорием Михайловичем на окраине города, рядом находилось поле. Там колосилась рожь, ставшая вскоре такой высокой, что десятилетнего мальчика в ней было не найти. Сережа любил бегать туда прятаться. Но особенно нравились ему большие мельницы, превращавшие зерно в муку.

В начале августа 1917 г. Григория Михайловича перевели в Одессу с назначением старшим инженером Одесского отделения Юго-Западной железной дороги. Мария Николаевна с сыном вернулась в Киев и подала прошение директору Высших женских курсов об увольнении от занимаемой ею в канцелярии должности. 21 августа она получила уведомление о том, что ее просьба удовлетворена. Теперь, когда формальности улажены, можно было готовиться к отъезду.

И вскоре поезд увез семью Баланиных на юг.

Глава четвертая

Прикосновение к небу

ОДЕССА (1917–1924)

В августе 1917 г. начался новый период в жизни отца. Некоторое время семья жила на Канатной улице, а затем поселилась в порту, на Платоновом молу. Позади дома находилось здание таможни, а дальше, на возвышении, располагался город. Жили в трехкомнатной казенной квартире на втором этаже двухэтажного дома. Часть вещей привезли с собой, а потом купили мебель, которая сохранилась доныне и теперь находится в моей квартире и на даче: шесть мягких массивных стульев, два больших кресла и огромный, покрытый красным сукном, двухтумбовый письменный стол с большим креслом перед ним. Окна квартиры и балкон выходили на море. Правда, это было не открытое море, а акватория порта, но за волноломом виднелась бесконечная морская даль. Из окон интересно было наблюдать за судами, которые заходили в порт и выходили из него.

Неподалеку от дома находилась электростанция, которой позднее, с 1922 по 1925 год, заведовал Григорий Михайлович Баланин, а рядом с электростанцией — высокая труба. Однажды во время обеда Сергей обратился к маме с просьбой дать ему две крепких простыни. «Зачем?» — удивилась она. Он ответил, что хочет забраться по скобам трубы наверх, привязать простыни к рукам и ногам, взмахнуть и полететь. У нее «упало» сердце. «Это невозможно, ты разобьешься!» А в ответ услышала: «Почему невозможно? Птицы ведь летают?!» Ей стоило большого труда отговорить от безрассудного поступка своего десятилетнего сына, объяснив ему, что у птиц жесткие крылья и они ими управляют, а у него будут лишь мягкие простыни, которыми он взмахнет, камнем упадет на землю и разобьется. Сын внял доводам матери, но полет птиц продолжал вызывать у него особый интерес. Он мог подолгу смотреть, как они летают. Мальчику хотелось постигнуть тайну полета, и в глубине души он затаил мечту полететь когда-нибудь самому.

В сентябре 1917 г. Сережа пошел учиться в 1‐й класс 3‐й мужской гимназии. Павел Яковлевич Королев в то время работал преподавателем женской гимназии в Киеве и прислал в Одессу удостоверение от 19 октября 1917 г., согласно которому Сергей, как сын преподавателя, освобождался от платы за учебу.

«УДОСТОВЕРЕНИЕ

Дано сие, за надлежащей подписью и приложением казенной печати гимназии, в том, что Павел Яковлевич Королев действительно состоит штатным преподавателем женской гимназии Первого общества Преподавателей в г. Киеве, бывшей М. К. Батцель.

Удостоверение это выдано для предоставления в Педагогический Совет 3‐й Одесской гимназии на предмет освобождения сына П. Я. Королева