Ли сказал истинную правду, но Сяо Чжао не поверил, решив, что его разыгрывают.

– А что за дело?

Лао Ли все рассказал и дал посмотреть черновик. Сяо Чжао не осознал всей важности дела, но, почуяв, что Лао Ли ведет себя как-то необычно, спросил:

– А каким образом вы познакомились с начальником?

– Каким образом? Начальник еще не был начальником, когда я уже тут служил. Потом он пришел, но почему-то не уволил меня.

«Нашел кого дурачить! – подумал Сяо Чжао и многозначительно кашлянул. – Все триста чиновников в руках госпожи начальницы. Так бы тебя и оставили ни с того ни с сего! Этот малый, оказывается, себе на уме».

– А начальник не обещал тебе повышения?

– Да с какой стати? – Сяо Чжао был очень назойлив, но у Лао Ли нс хватило духу прекратить разговор.

– Не ругала меня твоя жена за вчерашнее?

– Ну что ты! Она просто в восторге, – Лао Ли сам удивился, что может так говорить.

Сяо Чжао еще больше встревожился. Да, Лао Ли не дурак и на язык остер. К тому же с начальством на короткой ноге. Надо его задобрить. И Сяо Чжао сказал:

– Сегодня вечером, Лао Ли, я даю ответный обед, но чтобы непременно была и твоя супруга. Я приглашу еще нескольких дам. Только смотри не подведи!

Лао Ли очень не любил принимать гостей, но еще большим мученьем были для него ответные визиты. Однако ненависть к Сяо Чжао заставила его быстро согласиться.

«Посмей только, негодяй, еще раз сделать мне пакость! Я тебе покажу!» – думал Лао Ли.

Когда он сказал об этом жене, та вытаращила глаза от удивления. Она ждала взбучки: так осрамиться, не отведав при этом ни одного заморского кушанья. Из-за этого муж и ушел сегодня так рано. Почему же сейчас он не сказал ей ни одного грубого слова? Непонятно. Но все же госпожа Ли успокоилась. Однако снова идти в ресторан, да еще по приглашению Сяо Чжао – это уже слишком. Она едва не расплакалась. Наверняка муж решил ее наказать! Ведь она опять опозорится, и он за все сразу с ней рассчитается.

О чем бы Лао Ли ни говорил, всегда казалось, будто он недоволен, хотя у него и в мыслях ничего подобного не было. Поэтому часто возникали недоразумения.

– Не могу я опять идти к этим людям! Мало, что ли, они вчера надо мною глумились?.. – Госпожа Ли побледнела от гнева.

– Именно поэтому и нужно идти. Посмотрим, кто кому утрет нос сегодня!

– Уж, конечно, не тебе утрут нос!

– Раз я сказал, значит, надо идти. Там будут еще женщины!

– Ни за что не пойду. Не пойду, и все!

Лао Ли знал, что без скандала не обойдется. Но какой смысл ссориться, да еще с Сяо Чжао? Впрочем, как хочет, пусть не идет! В этот момент раздался голос сынишки:

– Ма, пойдем. Опять нам дадут большой кусок мяса. А я принесу домой вилку, с ней очень хорошо играть!

Воспользовавшись этим, Лао Ли разрешил спор:

– Хорошо! Ин пойдет, Лин пойдет и мама тоже!

Жена промолчала.

– Я буду в пять. Приготовься к этому времени.

Она опять ничего не сказала.

Возвращаясь со службы, Лао Ли думал: жена наверняка не оделась, не причесалась и руки у нее в муке. Однако еще издали он увидел у ворот госпожу Ма-старшую с детишками, уже принаряженными.

– Госпожа, вчера вечером я не… – Лао Ли не мог найти подходящих слов для извинения.

– Ничего, – старая женщина, казалось, все поняла. – Сегодня опять на обед?

– Да. – Лао Ли обнял дочку. – Не знаю, какой в этом смысл.

– Не говорите так! Сейчас люди все время проводят на службе, в гости ходят редко. А что в этом хорошего? Мой сын… – Госпожа Ма-старшая не стала продолжать, лишь вздохнула.

Госпожа Ли тоже принарядилась. На ней был зеленый халат на меху, которого муж никогда не видел, приталенный и длина в самый раз, если, конечно, не придираться строго.

– Это мне сестра Ма дала, – пояснила жена. – Не нравится – надену тот, в котором была вчера.

– А почему ты новый не сшила? Ведь мы купили материю!

По тону мужа госпожа Ли поняла, что можно остаться в этом халате, а на вопрос не обязательно отвечать, все равно в двух словах не объяснишь.

Волосы ее были аккуратно причесаны и блестели, губы – подкрашены. Она напудрилась, подвела брови и выглядела, по крайней мере, года на два моложе. И аромат исходил от нее какой-то непривычный.

– Это госпожа Ма-младшая прихорашивала меня целых полдня. – Госпожа Ли, видимо, была очень довольна собой.

«Пожалуй, перемена в настроении жены тоже связана с этой женщиной, – подумал Лао Ли. – Ведь еще утром она наотрез отказалась идти, а сейчас даже рада».

– Госпожа Ма, присмотрите, пожалуйста, за домом, и вы, сестра, тоже. – Госпожа Ли говорила не только вежливо, но и красиво. Наверное, и здесь не обошлось без влияния молодой соседки.

«Обитель согласия», куда пригласил Сяо Чжао, была в нескольких шагах от дома, и они пошли пешком. Но Ин все же умудрился испачкать туфельки. Он шел и пинал обломок черепицы, пока не заметил отец, а потом украдкой спрятал черепицу в карман.

2

Неудивительно, что господину У приспичило завести наложницу. На госпожу У страшно было смотреть: спина длинная, как у тигра, талия, как у медведя. Она, как и муж, вполне могла сойти за боксера, если бы не маленькие изуродованные ножки. С такими ножками не сделаешь ни одного эффектного приема… Что в высоту, что в ширину она была одинакова – огромная туша с пампушкой вместо головы, такой белой, будто ее несколько дней продержали в извести. Ноздри, веки и уши красные, бровей и волос почти не осталось. Глаза – два кружочка, ноздри будто нарисованы неумелой детской рукой, остальное пространство совершенно свободно, и, чтобы определить расстояние между глазами и ухом, нужно затратить немалые усилия. Говорила госпожа У очень вежливо.

Чтобы не смотреть на жену, господин У созерцал собственные кулаки – стукни он кого-нибудь, ему стало бы веселее.

Жена господина Цю была женщиной образованной, но не очень привлекательной. Верхние зубы находили на нижнюю губу. И без того редкие волосы были коротко острижены. Сухая как вобла, плоская как доска – хоть гвоздями приколачивай! Но господин Цю относился к жене с большим уважением. Стоило ей сказать что-нибудь, и он обводил взглядом присутствующих, желая выяснить произведенное впечатление. А уж если она острила, он не только внимательно смотрел на каждого, но ждал, пока все рассмеются, и лишь