давно, а сегодня я убедилась, что для тебя важнее не внешняя оболочка, спасибо, что не оставил в беде того, кому трудно за себя постоять. Ты помогаешь в правом деле своему другу, я слышала, береги себя, пожалуйста. Береги себя, прошу!

Милана положила свою ругу на грудь Родина, он положил поверх ее руки свою.

Он смотрел на нее, не отрываясь.

– Я презираю себя за те два дня пути, Милана.

– Я знаю. Родин, прекрати себя закапывать. Такое отношение к себе пользу не принесет ни тебе, ни мне. Сам же понимаешь.

Родин помахал головой, восхищаясь ее мудрым речам.

– Спасибо, что приняла мой подарок!

– Он теплый, я чувствую тепло от камня. Спасибо, это очень красивый кулон.

– Это драконий камень, его чувствуют драконы и их истинные пары, он сохраняет силы, дает здоровье.

– Мне снится твой дракон, Родин. Каждую ночь он летает в небе и поет мне песню.

Родин встал на колени и обнял Милану за ноги, утыкаясь носом ей в колени.

Милана положила руки ему на голову.

– Хватит себя мучить и меня, приезжай, Родин! Я буду ждать.

Родин поднялся и обнял Милану. Крепко, болезненно даже, будто она сейчас исчезнет.

Он взял ее руки в свои.

– Через пять дней бой между темными и светлыми эльфами. Светлых больше, мы одержим победу, я приду к тебе! – сказал Родин и стал целовать ее пальцы.

– Буду ждать!

Тут эльф оживился.

– Милана! Меня зовут Ториан Атарэссе, я король светлых эльфов, ты моя суженая! Я тоже приду!

Милана хлопала глазами, посмотрела на Грега, Видара.

Грег был суров. Видар вообще еле сдерживал волка.

– Мы пошли домой! Легкого вам боя! – Видар взял Милу за руку.

Они пошли на выход.

Пройдя несколько метров, Грег взял Милану на руки и понес до леса. Он тяжело дышал. Рядом шел недовольный Видар.

– Так, мальчики! Рассказывайте, что у вас на уме, в сердце.

Мужчины молчали. Милана подождала немного и начала сползать с рук.

Грег схватил ее крепче.

– Подожди, моя хорошая, подберу слова, – сказал, вздыхая, Грег.

– Да что случилось? Мы будто сейчас прощаться будем на веки вечные.

– Никогда, Милана, я не буду с тобой прощаться, никогда, – опасаясь чего-то, произнес Грег.

– Мила, даже говорить не надо так, – вставил Видар. – Милана, ты суженая эльфа, он не отстанет, и он король, ты уедешь с ним, там тепло всегда, красиво, будешь королевой, а мы простые оборотни, – выпалил Видар.

– Мы поймем, если ты захочешь этого и уйдешь, – обреченно сказал Грег.

Милана начала хохотать, да так заливисто, искренне и громко, что лес стал ей отзываться. Тем более они уже подошли почти к нему.

– Вот ненормальные! А я-то думала, что случилось? Грег, поставь меня, поставь, сказала.

Грег поставил жену на землю. Она отсмеялась, встала прямо, руки уперев в бока. Она стояла в своем темно-зеленом платье ведьмы, красивая и злая. Грудь поднималась от тяжелого дыхания.

Мужчины двинулись к ней.

– Стоять!

Они замерли.

– Тоже слова подбираю, – рычала Милана уже.

Для Грега и Видара, оборотней, которые поставили метку своей самке, Милана была всем: смыслом, надеждой, верой, любовью.

– Это, – Милана указала на лес, – мой дом, мой лес. Вы мои мужья. Вы единственные в этом мире, кто принял меня не за мордашку. Я с вами не только останусь, я за вами готова в ебеня идти. Я ведьма! Я не королева! И если ушастый – мой суженый, он будет жить с ведьмой, с вами, простыми оборотнями. А не мы с королем.

Мужчины стояли и улыбались, будто увидели впервые солнце.

– Если ты уйдешь, мы поймем! – передразнивала Мила Грега, – ни хрена себе заявочка! Скотина ты, косолапая! Поймет он! Хер вам, никуда не денусь! Терпите теперь всю жизнь!

Милана выхватила сумку у Видара и начала лупить Грега. Мила била со всей силы, а Грег стоял и улыбался, казалось, он заплачет сейчас от счастья.

– УУУУ! – Милана выдохлась.

Она раскраснелась, волосы растрепались, кожа увлажнилась.

– Я сдохну, если ты уйдешь, – сказал Видар и поднял ее под попу.

– Нет, мы сдохнем, это точно, – согласился Грег.

– Агнесса мне говорила, ведьмы умеют любить, как никто другой! «Я очень хочу, чтобы вы это знали и чувствовали», – сказала Милана и обхватила Видара ногами за талию.

Волк зарычал и набросился поцелуем на ее губы. Целовал, признаваясь в любви своим поцелуем снова и снова.

– Мила, прости меня, моя хорошая, прости, – бубнил Грег.

Мила повернулась к Грегу и засмеялась.

– Иди ко мне, мишка мой, – и протянула руки.

Видар отдал Милу Грегу. Грег прижал ее к себе:

– Люблю! – рычал Грег.

– И я тебя люблю, Грег! Тебя люблю, Видар! А ушастый и дракон пусть к нам приходят, а не мы к ним, у нас уже семья. И вообще, почему вы решили, что мы с эльфом пара?

Грег стал целовать ее лицо: быстрыми нежными поцелуями.

Дома они искупали Милану, она помыла мужчин. После секса крепко уснули.

25. О прошлом…о паре..

Когда оборотни с Миланой вышли из таверны, Родин запустил руки в волосы и сел за стол, опуская голову на руку, прикрыв глаза:

– Она простила меня, спасибо, боги!

– А теперь рассказывай, за что ты вымаливаешь у нее прощение? Клиан, дружище, сходи погуляй по лавочкам местным полчаса, нам кое-что перетереть надо, – сказал Ториан своему помощнику-эльфу.

Родин поднял взгляд на своего друга. Родин закончил Академию, ректором которой был родной брат Ториана. Родин по окончании Академии прибыл в королевство эльфов для обучения мужчин-эльфов владеть острым оружием. Эльфы – прирожденные стрелки, а вот мечи, катаны, секиры – этому всему обучал их дракон. Вот тогда Ториан и взял Родина под крыло, а потом дракон показал свой характер: смелость, выносливость, отвагу. Когда Родин сказал, что Арману ведьма пообещала истинную пару, Ториан был за него рад. Вот только Родин был и рад, что встретит любовь и огорчен, что будет побратимом с братом. Они с братом были не дружны, хотя не воевали между собой, а просто поддерживали вынужденные родственные отношения. Родин на трон не претендовал, Армана это устраивало. Когда темные эльфы вышли из пещер, светлые предложили им существовать вместе, как в далекие времена. Темных это не устроило, и они начали нападать, разрушили Академию, сожгли эльфийский храм. Был объявлен бой, победитель которого будет провозглашен королем всех эльфийских земель: и темных и светлых. Родин без раздумий встал вместе с Торианом защищать его народ.

– Ториан, чуть больше месяца назад мы пошли через магический лес в Храм Жрецов. Нас сопровождали