меньше, чем вчера, и лежали они в другом порядке. Ветер растаскивал лёгкие обломки по дну долины. Они не светились и не проявляли признаков жизни, но Гедимин всё равно решил, пока не рассветёт, за ними не спускаться.

«Выпаривать нечего. Гравий не оттаял,» — сармат оглянулся на цех и струи горячего воздуха, растянутые вдоль крыши. «Не вовремя я сделал рудосборник. Надо было раньше, пока не похолодало. Разве что, как Вепуат вчера, оттаивать гравий плазмой.»

Боком к ветру Гедимин вышел к лаборатории. Трап был втянут — видимо, ветер норовил его открутить. Едва шлюзовая камера открылась внутрь, сармат увидел литейную станцию, рядом с ней на столе — ящик с чёрным песком, а над ним — изучающего кристаллы Кенена Гварзу. За сдвинутой переборкой соседнего отсека раздавался негромкий голос Вепуата. Прислушаться Гедимин не успел — к нему повернулся Гварза.

— Чертежи сделал? Миску, флягу?

Сармат кивнул. Размеры ёмкостей и толщину стенок пришлось даже пересчитывать… но об этом он рассказывать не стал.

— Занимай литейню, — велел Гварза, сдвигая кожух над тиглями. — На первый десяток образцов у тебя сырья хватит. С материалом для крышек определился?

— Дерево и жёлтый гзеш, — Гедимин кивнул на ящик с деревянными обрезками одинаковой формы — вечером с ними пришлось повозиться, сармат успел отвыкнуть от свойств местной древесины. — Со стерилизацией проблем не будет.

Гварза довольно хмыкнул.

— Вот можешь же работать, когда не тратишь время на всякий бред. Вепуат! Хватит там маячить. Иди собирай руду, у тебя хорошо получается.

…Чёрный песок плавился медленно; более лёгкоплавкая стеклянная скорлупа в малом тигле ещё даже не нагрелась — не было смысла «кипятить» её раньше времени. Гедимин, проверив термодатчики, отошёл от литейной станции и перебрался за стол. Там, кроме заготовок под бутылочные крышки, лежал кусок плотного жёлтого камня — ещё не начатый объёмный макет. Гедимин, с тоской оглянувшись на литейную станцию, взял его в руки. «Хорошо всё-таки, когда что-то работает без тебя. Задал условия — и оно всё сделает…»

В отсек вошёл Вепуат. Шагов Гедимин не услышал — только треск его «оперения», а потом — щелчки и недовольное хрюканье «трилобитов». Вепуат, растянув вдоль стены защитное поле, рассаживал существ по перекладинам. Здесь были все четверо — Сокол, две его самки и Шнурок с обрывком шнура на «лапах»-крючьях.

— Оттаяли и мотались по бараку, — пояснил Вепуат, оглянувшись на Гедимина. — А там и без них тесно. Как у нас всё-таки много филков… Ещё пара месяцев — и будет нужен новый барак.

— А, вот ты где ходил, — пробормотал Гедимин, стараясь не щуриться. Уходил Вепуат вроде бы на сбор руды, руды при нём очевидно не было, Гедимину было досадно.

— Если что, руда в печах, — быстро сказал разведчик, что-то прочитав в глазах сармата. — Загрузил сразу, чего её таскать туда-сюда? Там всё работает, все три печи…

— Что с четвёртой? — перебил Гедимин, забыв о так и не начатом макете. — Повреждена?

Вепуат быстро оглянулся на соседний отсек и плотно задвинул переборку.

— Думаю её занять, — громко прошептал он, просительно глядя на Гедимина. — Переплавить кое-что… ну, и ученики пусть учатся.

Гедимин мигнул.

— Позовёшь Скогнов? Их не сдует? Айзек говорил, уже были проблемы. Защитный купол надо им…

Вепуат замотал головой и снова оглянулся на соседний отсек.

— Скогны потерпят до завтра. Им я ничего не сказал. Есть что-нибудь для огненного портала? Я свои запасы спалил.

— Хочешь позвать Сэта? — можно было не спрашивать, но Гедимин всё же не удержался от уточнения. Вепуат ухмыльнулся.

— А им удобно. Они сейчас у себя в городе, в закрытом помещении. И перейдут своими порталами из закрытого в закрытое. Ветер им ничем не помешает. А что сейчас никто из стражей по холму не бегает, то даже к лучшему. Надоели они, если честно…

Гедимин наклонил голову.

— Если Сэта согласятся — работайте. Я там очень нужен?

…Сармат сел на каменную приступку и пристроил камень на прикрытое защитным полем колено. Выдвинутые из скафандра пластины работали как фиксаторы — заготовка держалась плотно. Гедимин, примерившись, тронул камень лучевым резаком. «Очередной бак с патрубками и портом загрузки. Он же — порт выгрузки…»

В коридоре сверкнули жёлтые искры, тут же утонувшие в густом дыму — отходы, даже пропитанные ворванью, не столько горели, сколько чадили. Искры сверкнули снова. Гедимин срезал ещё немного камня. Однородный тектон, в отличие от естественного минерала, хотя бы не раскалывался по слоям…

Вепуат вышел из коридора через четверть часа, перемазанный жиром и сажей и очень озадаченный. Гедимин хотел напомнить ему о технике безопасности, но осёкся и только указал на ком ветоши. Вепуат рассеянно кивнул, протянул к тряпкам руку и так и застыл на пару секунд.

— Никакой реакции, — сказал он, растерянно глядя на Гедимина. — Вообще. Всё до золы сгорело, а никто не появился. Даже руку не высунул.

— Не ждали, что ты выйдешь на связь, — предположил сармат. — Ты раньше предупреждал их…

— Да не всегда, — Вепуат качнул головой. — Там у них что-то вроде диспетчерской, костёр, который не гасят. И обычно они быстро реагируют. А сегодня… Может, им правда ветер мешает?

Гедимин пожал плечами. «Я вот Текк’тов жду. Они вообще ползают под землёй. И работают там же. Но сегодня не придут. Потому что ветер. Что говорить про Сэта…»

— Загружай печь, — сказал он вслух. — Погода улучшится — все придут.

… — Heta! — крикнул Айзек. Гедимин опустил излучатель и перевёл взгляд на посветлевшую тёмно-синюю пластину и блестящее кольцо, из красного ставшее бордовым.

— Ячейки не заполнены, можно ещё заряжать, — сказал он, сверившись с анализатором. Айзек, покачав головой, подобрал кольцо из красного «стекла» и протянул его Гварзе.

— Тут сильный естественный фон. Пока лежит, от него дозарядится — начнёт излучать, — сказал он. — Накопитель тебе разгрузили? Реактор вне опасности? Вот и хорошо.

Экран прибора затянуло рябью — хранитель «высунулся» из активной зоны и что-то изучал в отсеке управления. Гварза, мельком взглянув на свой дозиметр, едва заметно вздрогнул и подался назад.

— Оно прямо сейчас начнёт дозаряжаться, — пробормотал он, неприязненно щурясь. — Идём, пока не начало!

…В лабораторном отсеке шуршали «трилобиты». Вепуат рылся в ящиках стола.

— Ничего не понимаю, — услышал Гедимин его растерянный шёпот.

— Что потерял? — сармат