— Они вроде живые. Значит, это не Лик… — удивленно протянул Стайхон.

— Еще какие живые! И они явно прыгают к нам!

Мы резко развернулись и полетели к ребятам. Лик что-то колдовал над одной из грядок, надеюсь, не кротов воскрешал. Арея с воодушевлением перебирала травы, ну а Крис лежал и читал. Артефактора и вовсе видно не было.

— Лягушки, — прокричала я, спрыгивая с метлы.

— Нет, улитки, — задумчиво протянула Арея, не поворачиваясь нам. — Они тут обосновались, тут для них еды много.

— Да нет же, к нам прыгает орда лягушек, — пояснила я, пока Стайхон принимал свой человеческий облик.

— Сколько их? — лениво уточнил Крис, не отрываясь от книги.

— Примерно как лени в твоем организме, — сказала я и показала на зеленую волну, уже переливающуюся через грядки. С десяток первых разведчиков запрыгнули на сгнившую лейку и синхронно уставились на нас глазами-блюдцами.

— Не трогать! — Арея вскинула ладони. — Лягушки полезны. Они едят вредителей!

— Ага, сейчас они решат, что вредители, это мы, и проблема решится сама собой, — заметил Стайхон, ладонью вызывая огонь. — Но я постараюсь деликатно.

Деликатно у него вышел огненный круг сантиметров десять высотой — такая теплая прожарочка без корочки. Лягушки подпрыгнули, вдохнули теплый пар и… счастливо заквакали, выстроившись по окружности. Великолепно. Мы открыли им курорт.

— Лик! — окликнула я. — Прекрати оживлять кротов и сделай что-нибудь!

— Эй, я не… — Лик виновато прикрыл за собой ямку, где очень похоже кто-то шевельнулся. — Некромантия тут малоуместна. Они же живые. Разве что я попробую… мотивировать их изнутри.

— Ты сейчас что, собираешься вдохновлять лягушек на смерть? — Крис приподнял бровь.

— На уход, — обиделся Лик. — Подышу им могильным холодом, почувствуют тоску по болоту.

Он вытянул руки, подул. Из пальцев повеяло такой аккуратной кладбищенской студенью, что у меня сами собой затекли носки. Лягушки на секунду задумались, одна чихнула и… еще плотнее сгрудились у огненного кружка Стайхона. Отлично. У нас теперь круглая лягушачья баня.

— Ладно, — вздохнула я, — покажем силу бытовой магии. Отойдите.

Я вскочила на метлу, подлетела к почти разрушенному сарайчику, выхватила оттуда первое попавшееся, и этим предметом оказалась швабра, и взмыла на метле повыше. Да, ведьма со шваброй, дожили... Ладно. Мы же про эффективность.

Я щелкнула пальцами и попыталась заговорить инструмент, чтобы он отогнал, или в буквальном смысле слова «отмел» лягушек подальше. Но они попросту запрыгнули на несчастную швабру и прижали ее к земле. Эх, сейчас бы сюда котелок, я бы отгоняющий дым создала через зелье.

В этот момент часть лягушек как-то оказались друг на друге и перепрыгнули через барьер.

— Ой! — Арея подхватила одну, особо уважаемую, пухлую. — Нельзя же так, они стрессуют! — пропищала она, но при этом брезгливо ее поставила на землю, сморщившись.

— Они? — фыркнула я. — А мне кто антистресс оплатит, когда я ночью от квакофонии проснусь?

— Давайте без травм, — Арея провела ладонью над лягушкой, и та довольно икнула и перестала брыкаться.

Борьба продолжалась еще минут сорок. Лягушки не хотели сдаваться, а мы не хотели делать им больно, и даже когда одна из них запрыгнула Крису на голову, мы не ударили, а позволили ей сидеть на голове боевика и важно квакать.

Когда отряд лягушек был, наконец, изгнан, мы с грустью огляделись по сторонам. Все наши старания пропали даром, ведь мы выжгли, затопили и затоптали почти все.

— Ну… Зато тут можно разбить сад с нуля и создать тут все так, как нам надо, — попыталась найти в ситуации плюсы Арея.

— Да, и мне кажется, я даже знаю, кому за это стоит сказать спасибо, — прошипел дракон и побежал в замок.

— Ты к портретам? — Нагнали его мы.

— Да!

— Стайхон, давай только сначала успокоимся.

— Вы не понимаете! — со злостью прошипел дракон. — Я заплатил за свой диплом гораздо больше вас всех вместе взятых, и я не позволю этим наглым пародиям на искусство все испортить!

Он влетел вверх и попал в какую-то ругань этих самых представителей искусства.

— Я не думал, что, когда вы брали время подумать, вы уже в тот момент решили продолжить нам делать гадости. Значит, таков ваш ответ, Крис, давай сюда ацетон! — выкрикнул Стайхон.

— Стой! Окаянный, что ты творишь?! — заорала бабуля, прижимая к себе кошку.

— А что еще ждать от потомка завоевателей! — закричал рыцарь. — Эй, ты, хочешь стереть их, сначала сразись со мной!

— Да мне вообще все равно, кого стирать первым!

— Молодой человек, а может, вы успокоитесь? — попытались вразумить Стайхона три старичка, пока молодой парень прятался за своим конем, девушка за веером, и лишь мужчина в лохмотьях попросту куда-то опять ушел с картины. Видимо, от того, что он много молчал, у него всегда были на это силы.

— Я успокоюсь, когда вас сотру!

— Но вы обещали перемирие! — не унимались старички.

— До того, как вы натравили на нас орду лягушек!

— Что мы сделали? И как ты себе это представляешь? — высунулась из-за веера Кирсина.

— Ой, мы зря с вами переживали, — наигранно махнул рукой рыцарь. — Они никогда здесь академию не создадут, с такими-то выдающимися логическими рассуждениями.

В этот момент Стайхон наконец немного успокоился и перестал размахивать ацетоном.

— А правда, как бы они это сделали? — посмотрела на дракона Арея.

— Да я-то откуда знаю… — уже не так уверенно проговорил Стайхон. — Мы даже не знаем, кто они.

— Но перемещаются они только внутри замка и то по зеркалам. Не думаю, что у них есть власть над природой, — тоже задумалась я.

— Но если не они, тогда кто?

— Хороший вопрос, — вздохнула я, смотря в окно. — Может, сама природа противится нашей идее. А вообще, Арея права. Мы теперь можем делать на улице, что захотим. Только Стайхон сожги остатки зарослей, и мы будем размечать новые дорожки и прудики.

— То есть вы все им так легко поверили? — не успокоился дракон.

— Мы стараемся рассуждать здраво!

— Тогда как только придёте такими рассуждениями к ответу, кто наслал на нас лягушек, расскажете! — и Стайхон недовольно направился в свою комнату…

Глава 8

За эти несколько дней мы привели в порядок столько мелочей, сколько замок, кажется, не видел десятилетиями: трубы перестали подвывать по ночам, кухонные печи снова тянули без капризов, в гостиной, наконец, встала красивая мебель.

Но что-то в этом замке оставалось неизменным. Стайхон по-прежнему ворчал на портреты, а портреты шипели при виде Стайхона. Ничья сторона не сдала оборону.

Сегодня мы должны были, наконец, начать зонировать территорию — грубо говоря, делить замок на факультеты. Но сперва — то, что я обещала: уборка