Это был достаточно. откровенный танец, если я могу так выразиться, потому что он позволял мужчине прижимать к себе партнершу. И пусть абсолютно близкому контакту мешал живот, но я чувствовала прикосновения Анвэйма буквально каждой клеточкой своего тела.

— Что он говорил тебе? — прошептал Анвэйм на ухо, когда я повернулась к нему спиной в очередной фигуре танца.

— Пустяки, — откликнулась я. — Чем ты обеспокоен?

— Он наваит, — ответил мужчина, и я вновь развернулась к нему лицом.

Разве такое возможно? Он ведь наследник.

— Что не мешает ему быть наваитом, — кивнул Анвэйм. — Поэтому я не могу допустить его власти. Поэтому я не могу пойти сейчас против ордена, ведь мой собственный брат занимает слишком высокое положение. Кто-нибудь из лордов решит, что его кандидатура лучше кандидатуры самодура-эрлорда, который начал казнить высшую власть Ардахейма из-за темной фаворитки.

Я кивнула, понимая мотивы Анвэйма. Быть правителем совсем нелегко, на нем лежит огромная ответственность, и с одной стороны — его желания, с другой — знать, а с третьей — просто народ. Ради спокойствия и счастья простого народа он не мог допустить к власти наваитов, которые только и хотели, что закрыть границы, даже ценой войны и множества жизней, но если он не будет соблюдать баланс между тремя гранями, то рискует закончить плохо.

На плахе.

Или с ядом в тарелке.

Или отречением, в лучшем случае.

Если Артейм его кузен по отцу, то также обладает немалой силой, поэтому кто-то вполне может решить, что неплохое решение заменить одного брата на другого. Но это в случае, если у Анвэйма не будет иного наследника. Если у него будет сын, который займет власть после него, то очередь на престол Артейма сдвинется. Он уже не будет первым прямым наследником, что в некоторой степени развязывает руки Анвэйму.

— Так ты ответишь мне, что ты делаешь на балу? — решил сменить тему его светлость.

— Выполняю настоятельную просьбу твоей бабушки.

— Подробнее.

— Она рекомендовала завоевать тебя и начать надо с утверждения моей личности при дворе Ардахейма, — не стала лукавить я, вызвав удивление Анвэйма.

Он явно повеселел.

— Света, нельзя же быть такой прямолинейной. Мне было бы интереснее, если бы я не знал этого, а ты бы просто продолжала свои действия.

А теперь пришла очередь снизить градус его самодовольства.

— Эрлорд, вы сделали поспешные выводы. Я лишь сказала о том, что рекомендовала эрледи. Сама же я готова выполнить лишь вторую часть плана: утвердиться как личность при дворе Ардахейма. А вас я оставлю вашим прекрасным невестам. И разумеется самой восхитительной из них — леди Иоланте. — Выражение лица эрлорда стало задумчивым.

— Вы расстроены?

— Расстроен? Как можно. Я вновь тобой восхищен. До этого дня противиться настоятельным рекомендациям эрледи хватало духу только у меня.

Я негромко рассмеялась, после чего Анвэйм приблизился слишком близко. Долго злиться на него было практически невозможно.

— Хотя на этот раз, признаться, мне даже немного жаль.

Музыка закончилась, магия тоже. Отведя меня к моему месту, он развернулся и зашагал к трону. Мне оставалось смотреть ему вслед и думать о том, почему он такая черствая ледышка!

Глава 9

Легкие, невесомые прикосновения к груди. Я выгибаюсь, тяжело дыша. Ветер ласкает оголенную кожу, а теплая морская вода холодит пальцы на ступнях.

Мы лежим на песке, луна светит не ярко, скрывая нас. Мужчина водит пальцами по разгоряченному телу, я таюсь в его объятьях, хочу прижаться ближе, стать с ним единым целым, вдыхать аромат его кожи…

— Аир…

Проснулась резко, чувствуя бешеное сердцебиение. Это что сейчас… было? Продолжение снов истинных в эротическом контексте?

О мой бог, надеюсь, эти сны хотя бы не на двоих…

— Леди, — спросила Авина, входя в спальню, — с вами все в порядке?

— М-м? — я подняла на неё взгляд и прикрыла глаза, пытаясь справиться со смущением.

О боги, какой кошмар! Откинув одеяло, я поднялась с кровати. Ноги утонули в ворсе ковра, но при этом вспомнилось, как во сне волну ласкали щиколотки. Так, срочно забываем об этом!

— Помоги собраться. Сегодня у меня много дел.

Выполнять обязанность Великой леди мне было временно не с руки по известным причинам, поэтому дворец, как и вся терра, нуждалась в хорошем управленце. Поэтому до обеда я проводила собеседования, изучала местные аналоги резюме и пыталась понять, какой из претендентов подходит больше. Помогали мне дворецкий и придворный маг — последний был правой рукой лорда де Шалиса и оказывал значительную помощь. Также он принес мне клятву верности, которую до этого приносил моему “отцу”.

Когда количество претендентов иссякло (ко мне на собеседование попадали только лучшие, уже прошедшие отбор у придворного мага), я облегченно выдохнула. Но при этом мне было приятно заниматься чем-то важным, быть озабоченной не только здоровьем ребенка, но и делами, требующими моего безотлагательного вмешательства. Это позволяло немного расслабиться и отвлечься от душевных переживаний.

После обеда я немного отдохнула и решила посетить библиотеку. Санхель сторожил у дверей вместе с другими стражниками. Рыфенок бегал возле моих ног.

— Проводи в библиотеку, — попросила стража.

Санхель кивнул. Привычным маршрутом мы поднялись на последний этаж, где стражник остался стоять у двери, а я прошла по зеленой дорожке и огляделась. Сегодня меня интересовали не книги, далеко не они.

— Ты здесь? — спросила в пустоту, ожидая своего эфемерного друга.

Рыфенок фыркнул и прошелся вдоль стеллажей. Я прислушалась к звукам, после чего услышала агрессивное рычание. Побежав на звук, я застыла у дальней стены, удивленно приоткрыв рот: Вэйм, значительно увеличившийся в размерах, рычал в пустоту угла. Его лапы были полусогнуты, словно он в любой момент готовился к атаке.

— Вэйм? — позвала я рыфенка, но тот не откликнулся, и в следующий момент эфемерный дух приобрел сероватые формы.

Это и послужило спусковым крючком. Вэйм прыгнул, но пролетел сквозь привидение. Ударившись мордочкой о стену, он вновь спружинил на лапы и зарычал. Я подбежала к нему и осторожно дотронулась до холки зверя: я боялась, что в таком состоянии он может укусить и меня, но рыфенок неожиданно притих.

— Тише, это друг, — проговорила я и погладила котенка.

Тот сразу же уменьшился в размерах, но при этом продолжал поглядывать на привидение с долей скептицизма, мол, если что — я наготове.

— Спасибо, — прошептала я рыфенку и, встав, развернулась к привидению. — Привет.

Разумеется, мне никто не ответил. Значит, привидение вижу не только я, но и рыфенок. Или он чувствует, а не видит? Интересный вопрос.

Сейчас черты её лица не были столь ужасны, как при первом знакомстве, но все