недостаточно. Возможно, стоит ещё позадавать наводящие вопросы Михаилу или пообщаться с Леей.

Однако общий концепт уже начал вырисовываться.

Конечно же, ждать тысяча какого-то эхо не нужно. Наша цель — заякорить кусок Города вне Города, в зависшей позиции. То есть повторить то, что случилось с Несбывшейся, но в более безопасным способом и с пониманием сути процесса.

Заякорить этот кусок до того, как у меня потечёт крыша. С психикой нужно быть аккуратнее, и, если на нашем осколке будет слишком большое эхо — к чёрту его, нужно искать другие. Тогда всё усложняется. Но то, что нарисовала Красноглазка было всё ещё куском Города, а не набором абстракций. Значит, до опасных уровней эхо там далеко.

Далее, вопрос самого «якорения». Что здесь было главным, а что — просто обстоятельством? То, что в этот момент был разумный житель Города? То, что Саша при этом хотела вернуться домой? Или дело вообще не в ней, а в том, что она вытащила с собой нечто могущественное?

В последнем случае у нас проблемы. Шанс повторить опыт Саши, конечно, есть. Но гораздо больший шанс, судя по статистике, поехать крышей или вернуться новым Литавром. Оно мне надо?

— Есть причина, по которой ты смогла сохранить психику там, не так ли?

Саша кивнула.

— Поделишься с другом?

Удивительно, но алкоголь хоть и дурманил мне разум, но я не уходил от главной темы. Раньше бы точно в голову начали бы лезть лишние мысли и я бы уже думал совсем не о деле. Вероятно, работал новый навык. Может быть даже с акцессией.

Хотя нужно отдать должное и самой Саше. Она была достаточно прямолинейна и сама не уклонялась от разговора. К тому же в её манере общения отсутствовала постоянная провокация позами и жестами как у Луричевой. Симпатию она вызывала сейчас скорее разумом.

— Ты использовала свой навык изменения восприятия, — предположил я, и Саша хлопнула в ладонями.

— В точку! Индекс восприятия. Почти как индекс эхо у некоторых. Но здесь есть нюанс. Насколько я знаю, это общее для всех индексов.

— Что?

— Нельзя просто повысить или снизить значения. Я не могу отключить все чувства. Их сила восприятия перейдёт на другие. Понял принцип?

— То есть если ты уберёшь всё кроме слуха, то у тебя будет сверхслух?

— Именно! Слышал о пробуждённом, который сошёл с ума, съев яблоко?

Я кивнул.

— И менять его я могу мысленно с некоторых пор. Поэтому я чувствовала Город, где угодно и управляла своим восприятием, меняя разные виды восприятия в индексе.

Да, всё как я и думал.

— Спасибо, — кивнул я, переваривая информацию. — Кстати, ты характеристиками, случаем, не делишься?

— Хочешь мой индекс? — усмехнулась Саша. — Это плохая идея.

— Почему? Обычно ты говоришь «будет весело».

— Потому что будет не весело. Это очень опасная характеристика. Ей очень легко себя убить.

— То есть ты уже не хочешь избавиться от начальника?

— Мой садизм не заходит так далеко. Но я подумаю. Итак, что ты будешь делать дальше, Полярис?

— Я не стану лезть так глубоко в эхо и остановлю свой осколок раньше. Вопрос в том, как остановилась Несбывшаяся и почему вернулась к Городу.

Саша пожала плечами.

— Может, нужно поставить в геометрическом центре саркофаг с божеством из другого мира?

— Звучит логично, — снова пожала плечами Саша и улыбнулась. — Но они на низком эхо точно не водятся.

— Ничего, я очень хорошо поищу. Вдруг найдётся?

— Что, даже не скажешь где?

— Тогда будет уже не так весело. Так что придётся тебе поверить мне на слово, что с этим проблем не возникнет. В любом случае, мы ничем не рискуем в случае провала. До конца этого круга ещё почти два года.

— Хорошо. Мне бы не хотелось, чтобы из-за тебя Город стал частью Хаоса, а Хеттарий и такие как он каждый день заходили в гости на чай.

— Что ж, в таком случае, спасибо за беседу…

— Нет. Ты не понял. Мы поедем вместе. Мне нужно место в первом ряду, как я и сказала.

Что-то я слишком много девушек в последнее время вожу к себе на дачу…

— Как скажешь. Но тогда будешь работать вместе со всеми, а не отлынивать. Это часть уговора.

— Ну, это честно, — кивнула Саша.

— А вообще… скажи, а как так получается, что вроде бы все за Город, но при этом у нас так много вражды внутри? Первая сходка, вторая, третья, а ты вот вообще сама по себе. Иначе сообщила бы обо мне наверх Вечным.

— Каждый сам думает, как спасать Город и зачем, исходя из личных целей и ценностей. Для кого-то это песочница, для кого-то рай, для кого-то награда. Вот что для тебя Город?

— Дом, который нужно оберегать и развивать, — ответил я.

— Вот как. А для меня… — она встала и подошла к окну, оставив у мойки опустевшую кружку. — Может быть тоже дом. Хотя после Несбывшейся у меня больше нет дома. Я единственный оставшийся её житель. Остальные были стёрты. Родители, соседи, одноклассники, все дети сценария… Я думаю, всё дело в том, что каждый видит идеальный мир по своему, а Город пытается быть хорошим для всех. В чём твоя цель, Полярис?

— Просто хочу сам решать, как мне жить. В нулевом у нас отбирали такое право, а здесь есть сила, и с ней я никому не позволю у меня отобрать мою жизнь.

— То есть ты просто не хочешь полагаться на других, но делать то же самое, что и первые две сходки? Вот и ответ на вопрос о раздробленности.

— А чего добиваешься ты? — стало любопытно мне.

Она усмехнулась.

— За последнюю сотню с кругов, со времён Несбывшейся, Город приобрёл только портовый район. Если бы ты знал, как мне всё это надоело… одно и тоже, день за днём. Мы должны развиваться и проходить кризисы лучше. Никто не был там, за гранью здравого смысла, и не понимает, насколько этот мир хрупкий. Поэтому я за любые изменения, которые не угробят мой дом.

— Хорошо, ты увидишь изменения. И даже с первых рядов, как ты хочешь. Для этого тебе придётся стать частью моего маленького клуба по интересам.

— Я знала, что ты так скажешь. Ну, кто-то же должен за вами присматривать?..