маленьких, испуганных девчонок! Они клеймили их, камнями забрасывали! А я стояла и смотрела! Потому что сделать ничего не могла! Я была одна! Меня некому было поддержать!

Это я смотрела, как ревёт под одеялом Велиша! Это я обнимала Литеру, когда ей жить не хотелось!

— А что ж ты стояла? — не могу сдержать гневного рыка. — Как обычно, побоялась лезть на рожон? Лисья осторожность? Стояла и смотрела, потому что иначе тебе бы самой хвост прищемили?

А я не смог стоять! Я решил действовать!

Да как у тебя вообще поднялась рука отдать сестру за этого старого извращенца⁈

— Это не извращение, Эрхаша, — Лиска неожиданно смеётся, — это ваши любимые волчьи устои.

Ты погляди как мы заговорили! Выдать замуж девушку за нелюбимого — уже психотравма! А ничего, что волки так испокон веков делают? И делать будут! Это их устой, их мир! Они не могут по-другому!

Я — продукт вашей системы! Меня растили ведьмой, для того, чтобы я была такой. Одной из вас. Берегла вашу жизнь, вертелась в ней. Искала выходы. И ты, праведный волк, осмеливаешься упрекнуть меня в жестокости⁈ Да я только и делаю, что ищу возможность смягчить правила. Просто у кого-то не хватает мозгов воспользоваться теми возможностями, что я даю!

А ты, тот кто первый доказывал мне необходимость традиций, сейчас меня в чем-то упрекаешь?

— Какой-то несправедливый мир! — ужасаюсь искренне. — Его надо менять! И я меняю! Пока ты стоишь в стороне и лишний шаг сделать боишься!

— Зато ты шагаешь! — фыркает Лиска. — Грязными ботинками по всему, что я выстраивала долгие годы.

У моих волчат была свобода! Только им нужно было суметь ей воспользоваться. С умом суметь, Эрх. А выходка Лит лишила этой свободы нас всех.

Я наказала ее. Но, черт побери, наказала по-волчьи! Потому что иначе пришлось бы закручивать гайки всем!

Пожертвовать одной во благо многих — очень по-волчьи, правда?

А ты у нас весь такой супергерой! Красивый, храбрый, в развевающемся плаще! Причиняешь добро, насаждаешь справедливость! Совершил геройский поступок и умчался в закат! А дальше гори все синим пламенем! Разбираться с последствиями все равно не тебе!

Что будет дальше с семьёй — мои заботы.

А я не супергерой! Я обычная лисица! Мне положено грязь за благородными волками подбирать! Одной сделкой с совестью больше, одной меньше… У меня же вообще этой совести быть не должно!

— Лиса, — бормочу растерянно, — Лиска, маленькая, я не это хотел сказать…

Прерываюсь на полуслове, потому что грудь резко сдавливает, а дыхание перехватывает. Лиска магией пользуется редко, но очень эффективно.

— Заткнись, — бросает девушка и я вижу в ее глазах бешенство. — Заткнись, Эрх! Ты никогда не понимаешь, что ты говоришь! Ты никогда не замечаешь ничего дальше собственного носа! Но все равно идёшь и совершаешь «подвиги»!!

Грудь сдавливает ещё сильнее. Я закашливаюсь.

— Лиса, прекрати! — молю. В то, что Лиска меня убьет, не верю, но выработанные на войне рефлексы кричат, что нужно спасаться. — Мелисса, я плачу тебе деньги!

Последний аргумент был решающим. Магия отступает и я обессиленно падаю на диван.

— Хоть какая-то от тебя польза — деньги, — презрительно фыркает Мелисса.

Становится по-настоящему больно. Так вот кто я в этом клане. Денежный мешок при мудрой вожачке и ведьме.

— От тебя пользы вообще нет, — не могу сдержать эмоции. — Ведьма — пережиток прошлого. Тебя же дети боятся! Поэтому меня так и полюбили. Я даю им свободу. Я их люблю и они это чувствуют!

— Любишь? — Лиса смотрит на меня ехидно. — Хорошая у тебя любовь. Одного люблю и дам все, что хочет. А второго не люблю, поэтому живи по традициям. При чем любимчики у тебя зависят от положения луны и желания твоей левой пятки.

А я может и не люблю их так пламенно, но я знаю слово «ответственность». Я ответственна за всех этих существ! Ни за одного, ни за двух. А за целый клан!

И я всегда действую исходя из их интересов. Всем не угодишь, нужно выбирать наименьшее зло. И я его выбирала.

Одиннадцать лет все были счастливы! Одиннадцать лет волки не знали проблем за моей спиной!

А потом пришел ты! И какой результат? Жизнь Литеры разрушил, Велиша плачет, у нее в голове полный бардак. Как Вел теперь жить в волчьем коллективе, если она разочаровалась в нем ещё крошкой? Как ей принять эту жизнь⁈ Ты будешь эту проблему решать⁈

Токр отошёл от семьи и проводит кучу времени с тобой. Пока не надоел тебе. А что я буду делать, если надоест?

От тебя одни проблемы, Эрх! Мы жили долгие годы без твоих денег! И были счастливы!

А потом пришел ты и в семье раздор! Куча загубленных жизней. Бабушка Лит так просто не отдаст, это теперь для нее дело чести и вопрос авторитета в семье. Что с ней будет? Останется старой девой? Самое страшное, что можно придумать для волчицы!

С Вел не слезут, пока она не извинится за свое поведение прилюдно. Ей придется предать сестру, предать себя. И семилетней девочке с этим нужно будет как-то жить.

И это только начало, Эрхан. Два месяца ты с нами. А что будет дальше?

От тебя одни неприятности, Эрхан!

А когда приходит время их разгребать — тебя никогда нет рядом! Потому что ты честный, благородный, в белом пальто уже мчишься устранять очередную локальную несправедливость. Масштабно же смотреть не умеешь!

Ты тешишь свое самолюбие, Эрх! Тебе нравится быть героем. А я не герой, — Лиска пристально смотрит мне в глаза и я вижу в ее взгляде бездну боли, — я просто лисица, которая в этом безумном мире пытается сохранить равновесие.

Мелисса разворачивается и выходит из кабинета. Резко, гордо, зло.

Растерянно смотрю лисице вслед.

У нас с Мелиссой всегда были недопонимания, но до таких скандалов не доходило ни разу.

В груди клокочет от несправедливости происходящего. Да, я заслужил недовольство. Я сделал сегодня много глупых вещей — оставил Мелиссу одну разбираться с семьёй, дал алкоголь Токру. Я готов нести за них ответственность.

Но зачем так много несправедливых упрёков? Я же и правда хочу помочь ее клану. Сделать Зоркоглазых счастливыми, как делал бы свою семью. Но что не так? В чем моя ошибка⁈

Закуриваю на ходу и иду в кабинет Ратима, где должны собраться мои друзья на совещание.

В коридоре вижу прислонившуюся к стене Лиску с сигаретой в руках.

Меня переполняет нежность к этой тоненькой, хрупкой девчонке со стальным характером.

Хочется подойти, обнять, прижать к груди.