Все они изображали какие-то события или, если быть точнее, какую-то катастрофу. Я решил это с того, что на одном были изображены какие-то тучи, в которых угадывались какие-то жуткие образы клыкастых рож. Именно что угадывались, потому что вроде туча и туча, а приглядишься, а туча смотрит на тебя в ответ.

На других были изображения людей, причём не просто людей, а вообще всех двуногих разных рас (я тут и гномов, и эльфов узнал, уверен, что другие расы здесь тоже были изображены). Что они делали, одному богу известно. То ли хоровод водили, то ли бежали, то ли участвовали в пьяной драке, а над ними парили драконы, поливая округу огнём.

Один из барельефов уже показывал совершенно другую картину. Здесь люди, опять же разных рас, стояли на коленях, молясь каким-то рыцарям, стоявшим строем с обнажёнными мечами, причём размером так конкретно больше самих людей. То ли молились на них, то ли молили их о чём-то, а те просто взирали сверху вниз, решая, помогать или нет. Был барельеф, где рыцарь прижимал ладонь к сердцу, из-под которой лучился какой-то свет.

Хотелось бы понять, к чему это, но барельефы, которые должны были объяснить происходящее дальше, были разрушены. Ну просто откололись от старости и рассыпались или кто-то, может, их намеренно уничтожил, хрен знает.

Оставался только барельеф за троном. Наверное, самый масштабный и красочный.

В самом низу были высечены такие страшные демонические рожи, что даже мне показалось, что эти твари палятся прямо в данный момент на меня. Выше них были изображены молящиеся люди, которые тянулись к рыцарям, стоящим на горе над всеми, обнажив мечи, словно стражи. Самый главный стоял над всеми, высоко поднимая меч, испускающий яркий свет. Вокруг них летали драконы, а над всеми, словно готовый заключить в свои тёплые объятия, навис какой-то…

Какое-то…

Я даже слов не мог подобрать, чтобы просто самому себе описать, что я вижу. Короче, хреноподобное чудовище, которое будто хотело сомкнуть свои ладони на всех их.

Что тут пытались изобразить, я не до конца понял, но чисто, подключив фантазию, предположу, что были какие-то демоны, которые гнобили людей. Были и драконы, которые занимались тем же самым. Люди позвали на помощь рыцарей, которые всем надавали по щам и уберегли мир от страшного зла. Но главный босс качалки до сих пор был рядом, нависал над ними, и только бравые рыцари были последним эшелоном обороны между жизнью и смертью.

Кто-то спросит, а при чём тут драконы?

А я не знаю. Они тут просто изображены. Может, пояснение было на барельефах, которые были разрушены, но теперь этого было не узнать. Как и не понять, что это были за рыцари такие, были ли они связаны с небесными всадницами и при чём тут вот тот чёрт наверху.

Наверное, моя версия про то, что были люди и демоны, от которых избранные рыцари защищали, была ближе всего к правде. Хотя тоже, на последнем барельефе непонятно, почему тогда эти тучи-демоны снизу, типа как побеждённые, потому что на них стоят люди, а тот местный вариант Ктулху сверху? И драконы, они здесь просто для красоты или тоже как часть истории?

Но потом я опустил взгляд и увидел высеченные на камне слова.

«Мы будем помнить кровь, что проливали защитники. Мы будем верить в истины, что защищали хранительницы. Мы будем…»

А дальше всё было опять сбито, причём уже точно намеренно. И вместо пафосных слов кто-то просто и лаконично высек на камне: «Это ложь. Нас предали». По идее, это был их лозунг, с которым кто-то не согласился, но кто эти защитники и хранительницы, кто предал, что предал, что именно ложь… Вот любят же все нагнать интриги, а ответа не дать, типа сами догадайтесь.

А я догадываться не хотел, я хотел просто выбраться отсюда.

Но вот за спиной раздался едва заметный скрип металла, и мне уже вообще ничего не хотелось.

Я подпрыгнул на месте, перестав дышать, да так и замер, прислушиваясь.

Единственный металлический звук, который мог кто-то здесь издать, был скелет. Но ведь скелеты не могут двигаться, верно? У них ни мышц нет, ни сухожилий… сказал бы кто-то, кто не видел драконов. А я видел и могу сказать, что ждать от местного мира можно любого подвоха.

Хотя я, может, просто себя накручиваю, и доспехи на скелете просто чуть-чуть сдвинулись. В конце концов, тут же факелы зажглись, температура изменилась, да и, может, просто сквозняк какой-нибудь…

Я осторожно обошёл трон и замер напротив скелета в доспехах, разглядывая его. Ну, вроде сидит как сидел до этого. Просто труп, просто на троне, просто…

Поднял череп и посмотрел на меня пустыми глазницами.

— Здрасте… — выдохнул я.

В ответ скелет медленно поднял руку с шлемом и надел его себе на череп.

Я с испуга едва сам себя не уронил. Такого сюрприза я не хотел, такого сюрприза мне было не нужно. Но моё мнение никого не интересовало, особенно покойного стража этого места, который с хрустом сжал рукоять меча и начал медленно подниматься. Захрустели кости, заскрежетал металл, и воин вытянулся передо мной во весь рост.

Тут даже думать не надо — сейчас будет босс-файт, да только у меня из оружия огниво, которым я могу ему в глазницы поискрить, а у того пусть и ржавый, но меч, который будет очень нехорошо смотреться в моей грудной клетке.

Что я сделал в этой ситуации? Ну, естественно, то, что пришло в голову первым.

Я подскочил к скелету, который ещё не успел раздуплиться полностью, оторвал у него череп вместе со шлемом. Не знаю, нахрена я это сделал, но эта идея показалась мне самой гениальной, которая могла только посетить мой перепуганный уставший мозг в этот момент.

Не ожидая такой наглости, скелет тут же сделал шаг вперёд, замахнувшись мечом, но запнулся и с грохотом рухнул на землю, разлетевшись на куски доспехов и костей. А череп я швырнул в стену, заставив тот разлететься на мелкие кусочки, как глиняный горшок.

Ну, вот, собственно, босс-файт и закончился.

Мне кажется, все сражения именно так и должны были происходить всегда. Пришёл, увидел, всё испортил.

Ну, кризис мы этот пережили, а задерживаться желания больше здесь у меня не было. Я лишь повторно осмотрел то, что осталось от старожила, но, не найдя ничего интересного или полезного, сорвал со стены факел и поплёлся исследовать остальную часть пещеры.

Теперь мавзолей не представлял для меня никакого интереса,