(чито у вас стряслося)

– Ну? – сказал Витя. – Теперь-то вы мне верите? Дичь творится.

Даже Рита промолчала. А дедуля так и стоял в своем комбинезоне со съехавшей лямкой.

Витя спрятал телефон в карман и пошел к крану. Открыл воду, и, пока шел к шлангу, из него уже полилось.

Голова была совсем пустая. Он пил и пил, чувствуя, как распухает желудок. Умылся. А когда хотел передать шланг в вольер, услышал рычание и вопль Риты.

Линия Криса 4

Крис вдруг понял, что на его лице бродит дурацкая ухмылка. Смеяться ему не хотелось. Да и вообще, куда-то пропала эта злость, которая выжигала его паяльником изнутри.

Правда, теперь паяльник будто бы прикладывали к его коже, при каждом движении. Шуля с Пиявкой и Бабичем уехали уже давно, его сторожили – скажем так – Рэмбо, Губошлеп и Тумба.

Лена несколько раз поднимала тему, что пацанов следует отпустить. Тим сидел молча, он как будто со всем смирился. Да, он попробовал убежать еще раз, а потом попытался доказать, что просто хотел отойти и пописать, но его отколотили. Так, несильно, чтоб обозначить ему еще раз правила. Не так уж сильно пинали, а он сразу захныкал и опять стал говорить, что все понял и сделает что угодно, лишь бы перестали бить.

– Ты спросить должен был! – орала ему в лицо Тумба. В отсутствие Пиявки и Шули она взяла бразды правления на себя. – Тупые уроды… А ты тоже сиди спокойно! – говорила она Лене. – А то, может, с тобой видос какой записать?

– Как бы потом с тобой не записали, – отвечала Лена.

Тумба переменилась в лице, но на эту реплику ничего не ответила. Однако флюиды ненависти в сторону Ленки только усилились.

Вот и сейчас Тумба ходила, как сторожевой пес, взад-вперед, и у нее явно чесались руки. Крис подумал: если сунется – он не посмотрит, что девчонка. Надо будет – ей тоже ухо откусит. Или палец… или нос.

– Че лыбишься? – гаркнула Тумба. – Как же ты меня бесишь…

Крис ничего не ответил. Руки у него, как и у Тима, были связаны. Он вдруг подумал, как легко одно решение, одно действие может изменить жизнь. Сейчас бы они могли с Тимом сидеть и играть во что-то на компьютере. Могли бы смотреть киношку… Да что угодно могли бы делать.

А теперь Крис не был уверен, что они останутся с Тимом друзьями, когда все это закончится.

Чирикали птички на дереве. Голубое небо… Часов пять сейчас уже, судя по тому, что солнце клонится к закату.

Наверное, мама сейчас с ума сходит, куда они пропали оба. Позвонила маме Тима… потому что обычно Крис всегда отвечал сразу же, если она писала. Тиму так и вовсе предписывалось звонить матери, притом с включенной камерой. В общем, Крис не удивился бы, если сейчас мама уже дошла до участкового.

Между тем он даже не знал, где его айфон. Точно не в кармане. Может, выпал, когда его волочили на веревке. А может, мобильник забрал кто-то из этих уродов. Мобильник был староват, конечно, но все-таки еще работал исправно, да и камера там хорошая.

С другой стороны, а что, если это и не закончится вовсе? Или закончится так, как никто из них не планировал?

Тумба взяла из древнего «ЗиЛа» бутылки с той самой желтой жидкостью, закрыла дверцу. После она, как носорог, ткнулась в холодильник плечом, чуть напряглась – и перевернула его плашмя, дверцей вверх. Снова открыла ее, и теперь «ЗиЛ» походил на раззявленную пасть бегемота.

Крис напрягся, а Тим посмотрел на него исподлобья.

– Нефиг время терять. Лучше вам друг против друга выйти, вот что я придумала, – сказала Тумба, потрясая двумя полуторалитровками. – Только правила будут особенные. Короче, нужно просто затолкать и закрыть в холодильнике противника. А победителя я сразу отпущу.

– Согласен, – быстро сказал Тим.

– Только давайте без поддавков, ребята, – ухмыльнулась Тумба. – Вы ведь не знаете, что будет с тем, кого закроют внутри.

Губошлеп и Рэмбо засмеялись. Лена сказала:

– А че это ты раскомандовалась? Нужно дождаться ребят, я думаю.

– Да кому интересно, что ты там думаешь? – огрызнулась Тумба. – Сиди и не отсвечивай. А то я тебя саму в этот холодос щас запихну, усекла?

Лена промолчала. Крис сглотнул кислую слюну. Что там эта чокнутая придумала? Но если им нужно будет драться, бороться, то им развяжут руки. А большего и не надо.

Кажется, эта психопатка Тумба всерьез на него взъелась. И не нужно быть гением, чтоб понять причину: ее «красавчика» Бабича попортили. Интересно, что теперь будет с его ухом и смогут ли его пришить обратно? Наверное, это невозможно. Да, есть такие истории, когда пришивают даже пальцы. Но это совсем другое.

А еще Крис вспомнил случай: буквально недавно читал новости про то, что в Питере какой-то мужик показал другому челу средний палец, а тот укусил за него – и после этого у мужика развилась гангрена и он умер. Это выглядело как небылица, но факт оставался фактом.

Что, если Бабич умрет от подобного заражения?

Губошлеп подбежал к Крису и развязал ему руки. Рэмбо сделал то же самое с Тимом. Тот встал, отряхнул шорты и попрыгал на месте, как будто боксер, разминающийся перед боем. Крис поморщился. Кажется, сейчас Тим не играл роль и действительно собирался драться по-настоящему. Крису в самом деле захотелось выбить дурь из этого мамкиного предателя.

Тумба подошла к Тиму и вылила ему за шиворот и на одежду жидкость из первой бутылки. Тот не сопротивлялся, лишь моргнул пару раз, когда она вытряхивала на него последние капельки.

– Нет! Такого уговора не было! – запротестовал Крис. Губошлеп тут же схватил его сзади за руки. Крис попытался боднуть его затылком в лицо, но не попал.

– Да успокойся ты, – сказала Тумба. – Уговоров у нас никаких и нет, просто такие правила.

Крис решил ударить эту толстуху в живот с ноги, оперевшись на Губошлепа, когда она подойдет к нему. Но тот запустил пальцы в одну из его ран, и Крис завопил.

– Отпустите меня, выродки!

Подул ветер, и ноздри Криса уловили сладковатый запах. Он вдруг замер, как будто в облегчении: это не то, что он думал. Не моча.

Однако, когда Тумба принялась плескать на него жидкость из второй бутылки, его сковал ужас.

Эта дура сошла с ума. Или она специально хочет их запугать? Но какие вообще на то причины?