с первой встречи у мужчины не осталось никаких иллюзий, делающих образ женщины в его глазах непогрешимым?

Да что там говорить? Таир видел меня с похмелья и с размазанным макияжем! И вообще, он постоянно развлекается за мой счет. Нет, все. Между нами пропасть. Только и остается радоваться тому, что и у него самого глаз нет-нет, да и дернется. Это тоже достижение. Если его три сестры не смогли довести до нервного тика, то Алсу Каримова придет к ним на помощь и исправит ситуацию.

Но то, что между нами ничего не может быть, совсем не означает, что я откажусь от маленькой победы. Нарыков должен заплатить за мои испорченные нервы! Он обязан прекратить отпираться и наконец признать, что потерял от меня голову!

Я же вижу, что он меня хочет с самого первого взгляда! Поэтому и цеплялся ко мне тогда в баре, сто пудов! А Таир пытается уверять меня в обратном. Газлайтинг какой-то. Еще не хватает, чтобы я перестала доверять себе и своей чуйке.

Да уж какая там чуйка?

Прямо сейчас Таир наглаживает мою задницу, которую мы с тренером оформляли столько лет! И это уж точно не потому, что Нарыков сам не свой до фатина.

— И кто сказал, что не по правилам — это хорошо? Видишь, сразу сколько сложностей? А ведь если бы ты меня послушал… — прищуриваюсь я.

— Ты меня со своим Артурчиком не путаешь? Наверное, он-то играл по твоим правилам…

— Да! Именно!

— И чем кончилось? Ты его бросила? Много ему успело обломиться? — хмыкает Таир, притягивая меня к себе, хотя мне и так казалось, что между нами не осталось воздуха.

Артурчику обломилось намного меньше, чем он того хотел.

За полгода дальше поцелуев я его не пустила, хотя ухаживал красиво, но я прям чувствовала, что от него потом не отвяжешься. С него сталось бы потом по пьяной лавочке обсасывать с кем ни попадя самое интимное.

— Это не твое дело, — фыркаю, не желая сдавать, что и эта стратегия дает сбои. — Умерь свою ревность.

— К Артурчику я точно ревновать не буду. Сейчас меня интересует кое-что другое.

И, демонстрируя, что именно интересует невыносимого гада, его рука скользит вверх, оглаживая изгибы.

Не будет ревновать? Да? Ишь ты! Это мы еще посмотрим!

Но это потом.

Сейчас и меня Артур волновал меньше всего. А вот то, что Таир так и не рассказал, почему он вчера хотел меня поцеловать, но не поцеловал, — непорядок!

— Давай приступим к главному блюду, — намекаю я, что пора бы и расколоться. — Ты же не забыл, ради чего мы здесь.

— Как скажешь. — В кои-то веки принял разумное решение Нарыков. — Даже спорить не стану.

Только я не успеваю порадоваться, что добилась от Таира послушания, потому что вместо того, чтобы тут начать исповедоваться, он подхватывает меня на руки.

— Ты что делаешь? — шиплю я, когда меня проносят мимо накрытого стола к лестнице.

— Устраиваю экскурсию, — нагло отвечают мне.

— Я еще не видела столовую!

— Ее мы тоже обязательно посмотрим, но начнем со спальни.

— Так не делается! — возмущаюсь я.

— И ты еще говоришь, что у меня скудная фантазия, — Бесстыдник спокойно преодолевает два пролета, не думая спускать меня с рук.

Я верчу головой, чтобы оценить, куда меня принесли.

Спальня.

Одна сплошная спальня.

Очевидно, что гостевые комнаты не предусмотрены и тут. У дальней стены за не до конца закрытой дверцей угадывается встроенная гардеробная, напротив располагается ванная, а прямо по курсу приветливо распахнуты панорамные двери на балкон. Плазма на стене, проигрыватель для винила в углу и ноутбук на кресле-мешке. Все. Возмутительный минимализм.

Здесь определенно нужно зеркало в полный рост и туалетный столик, а то даже косметичку поставить некуда. Вон на той стене масса места для полок, на которые можно расставить сумочки. А в том углу можно оставить как есть. Там отлично уместится коврик для йоги. А те жуткие гантели только портят вид.

Но самой впечатляющей и приковывающей взгляд в комнате оказывается она.

— Ты поэтому заманил меня к себе домой, да? — Мой взгляд падает на огромную кровать, стоящую в центре огромного пространства. — В ресторанах такое даже в приватных зонах не устанавливают!

Нет, я, конечно, догадывалась, что вряд ли такой крупногабаритный дядя, как Таир, спит на типичной полуторке. Он и на моей двуспалке даже по диагонали не умещался. Но этот монстр? Это что? Гигантомания? А с виду такой приличный мужчина…

Ладно. Нарыков даже с виду неприличный, хоть и пытается таковым прикидываться.

— Не совсем. Сейчас покажу. Экскурсия только началась…

Закатываю глаза.

— Тут и смотреть не на что. Ты совсем не готовился к свиданию, — язвлю я.

— Не скажи. Сейчас кое-что покажу, и ты убедишься, что это не так.

Глава 29

— А ты уверен, что я захочу это лицезреть? — Я настроена скептически.

Знаем мы этих парней, и что именно они всегда готовы показать. Ничего там интересного нет. Я уже видела у своего первого. Экскурсия — слишком громкое слово для того зрелища.

— Без этого дальше нам никуда, — уверенно отвечает Таир. — И если что, это эксклюзив. Такое тебе ни один мужчина добровольно показывать не будет.

— Из соображений здравомыслия? — уточняю я.

— Из соображений здравомыслия я решил, что тебе нужно это увидеть.

Нарыков усаживает меня на кровать, а сам берет в руки два валяющихся на покрывале пульта. После нажатия первой кнопки тяжелые блэкаут портьеры закрывают выход на балкон, погружая комнату во мрак. Лишь с первого этажа пробивается немного света, чтобы можно было угадать очертания предметов.

— Устраивайся поудобнее, — советует Таир, когда на той стене, где я приглядела место для полок под сумки, появляется световое прямоугольное пятно.

Хм. Проектор. Прикольно. Дан тоже хочет установить в гостиной, но мама сказала, что он у себя в квартире может хоть на каждой стене смотреть, а она не даст снять картины, которые так тщательно подбирала.

— Если у тебя там видео для взрослых, то это плохой выбор, — предупреждаю я.

— Нет, Алсу. Там не видео. И оно не для взрослых, а конкретно для тебя.

Это он так намекнул, что я еще маленькая?

Ну-ну. Лапает Нарыков меня как большую.

Пока Таир ковыряется в смартфоне, я пытаюсь понять, как реализовать «устраивайся поудобнее» в комнате, где абсолютно все неудобно. Посопев, я расстегиваю ремешки босоножек и, стряхнув обувь, располагаюсь на кровати в позе русалочки. Платье хоть и эластичное, но не настолько, чтобы сесть по-турецки без риска, что молния, вшитая от копчика до края подола,