– Как я могу вспомнить то, чего никогда не знала?!

– Тебе передалась моя магия, идиотка! Все мои силы, знания, память – твои. Ты не врубилась, дура? Думаешь, сама драконам противостояла, пигалица недоделанная?! – орал маньяк.

– Как это? – охнула я.

– А вот так это! Непознанный юморок папочки! – Теннет зарычал.

Я аж присела. И тотчас хищная стрекоза чуть не протаранила меня на манер старинных автоматонов Ключ-Королевства, что раскинулось на древесной планете в любимом Теннетовом мире… И точно.

Я же помню. И знаю.

До пепла много всего, чего не должна помнить и знать – и дело не ограничивается «чертом».

И дневная паника моя – не паника, а пресловутая чувствительность хозяина времени…

Теннет развернулся и мечом отрубил стрекозе башку. Голова насекомого грузом упала к моим ногам.

– Приди в себя, Тинави! – заорал маньяк. – Шутки кончились! Ты замедлишь это чертово время?

– Хорошо… А ты подскажешь, если что?

– Нет! У меня другое дело! – гаркнул маньяк и рубанул очередного мясистого мотылька. – И еще: не лезь на рожон! Ты все еще смертна – просто с доступом к моим файлам, как сказал бы Карл!

И Теннет убежал от меня, перебежками, к лагерному костру, к ребятам, на ходу убивая направо и налево.

Там, среди шалашей, Кадия всеми силами пыталась не подпустить тварюг, расстреливая их из лука. Полынь бок о бок с ней плескался магией – Старинная Кара Табахати, его любимое заклятье, гремело и тряслось над лагерем. Мелисандр хлопал ртом под защитой маленькой и злой драконьей королевы; Андрис зашвыривала приспешников горючими смесями Иноземного ведомства; Дахху что-то усердно, но, кажется, не вполне по-военному колдовал…

Я с трудом оторвала взгляд от ребят и отыскала Карла на поле брани.

Он стоял неподалеку. Все новые и новые приспешники пытались напасть на него, но хранителя оберегал дозор из нескольких драконов, метко плюющихся пламенем. Карл не смотрел на врагов. Он смотрел на небо и бесконечно дорисовывал, как кистью, полотно кромена там, где оно лопнуло трещинами.

Я Прыгнула к учителю, ласково прижав искорку-Лиса к себе. Она грела и щекотала, светлая и доверчивая, как и сам Лиссай.

– Ты тут? Умница. Ускоряй меня, – кивнул Карл, когда я очутилась подле него.

Я исполнила этот приказ. Руки сами знали, что и как плести.

– Почему я – вместо Теннета? – спросила я, не прерывая колдовства.

Из-под моих пальцев вырывались миражные галактики, мириады громко тикающих часов, смерчи из песка времени – все они вспыхивали и гасли, растворяясь в заклинаниях Карла. Нас с хранителем тишиной отрезало от остального мира.

– Кто-то должен был – баланс восстановился. Нэт не мог – дискредитирован, – обрывочно объяснял Карл. – Странно, что так быстро. Но почему бы и нет, в конце концов.

– Но отчего именно я? Из-за крови?

– Кровь – глупость. Крохотная фора. Первый из шагов. Ты – из-за твоей практики. Из-за того, что ты в курсе. Из-за того, что ты сейчас здесь – где и нужна сила Теннета. Из-за того, что веришь во все это. Тысяча причин. Всегда есть тысяча причин.

– И что теперь?

– Боремся до конца.

– А потом?

Карл скосил на меня грустные глаза. Поджал губы:

– И поэтому тоже ты. Из-за надежды… Потом будет потом. Ускоряй, Тинави.

Я повиновалась.

Прошла, наверное, тысяча лет. Или всего лишь несколько секунд. Черт его знает. В смысле, прах. Прах его знает – как бесят эти новые слова в моей голове! Чертово… прахово наследие Теннета!

Мы с Карлом были сосредоточены на западном секторе кромена, когда в восточном что-то пошло не так.

– Вот и пробили нашу прошивку… – буркнул мальчик, всем корпусом развернувшись туда.

Я невольно прижала руку ко рту.

Одна из трещин кромена разорвалась, брызнув во все стороны осколками, будто ее снесло тараном. За образовавшимся окном на мгновение мелькнуло синее небо. Потом в окно полезла сама смерть.

Огромная. Подрагивающая. Хлюпающая. Причмокивающая. Заполненная роем мух – миллиардами, триллиардами мух и мотыльков. Гадина.

Мухи жужжали, скучивались, даря несчастному зрителю очертания узко посаженных глаз, толстого носа, кривого рта Зверя. Короткие, жирные руки, массивные ноги – каждая размером с башню. Отсутствующая шея.

Да, он действительно подрос со времен Святилища… Плюс эффект уменьшенной Лайонассы.

Красный огонь горел в груди Зверя, где-то там, за непробиваемым слоем мошек и мотыльков. Целая мушиная страна нависла над нами в облике Зверя. Целая прорва ненависти и безнадеги. В мозгу мелькнуло очередное приобретенное воспоминание – Гойя, «Великан» и «Сатурн».

– Дану, Селеста, уводим драконов в другой мир, – скомандовала Авена. Пусть богиня и сражалась далеко от меня, ее было превосходно слышно. Тонкие настройки божественного эквалайзера.

– Карл, Тинави, дождитесь конца.

– Есть, – хором ответили мы.

Богини-хранительницы исчезли вместе с частью драконов. Оставшиеся ящеры трогательно столпились в западной части плато, прикрывая друг друга кожистыми крыльями.

– Карл, давай накроем их щитом? – предложила я.

Зверь сделал исполинский шаг, одним махом перешагнув далекий гребень Перепончатых гор. Я поперхнулась, осознав, как быстро он преодолеет расстояние в сотню километров… Голова монстра упиралась в купол. Ноги монстра врастали в бедные земли Лайонассы. Красный маяк в корпусной черноте змеился раскаленным оком.

– А лучше переведем их в другой мир, вслед за драконами… – передумала я. – Мы можем эвакуировать всю Лайонассу? Есть такая опция? Карл? Карл?

Карл застыл, глядя на Зверя, под чьими исполинскими ступнями крошились тысячелетние горы моего мира. Старшие приспешники рванули к своему хозяину лебезящей, шуршащей и стрекочащей свитой, оставив нас в покое. Временно.

Я посмотрела на Карла. Глаза хранителя поблекли от тоски. Россыпь родинок-созвездий на носу горела, как августовский Млечный Путь.

– Опять я виноват, Тинави, – грустно сказал он. – Уже отнюдь «не дважды моя вина»…

– Вот уж точно не время для скорби! – Я задохнулась от возмущения.

Зверь сделал еще один шаг.

Надеюсь, это не старинный Асулен превратился в труху под его левой ступней… Я все пыталась как-то замедлить Зверя, что ли. Безуспешно. Он продолжал стирать из бытия дальние горы и приближался, неумолимо приближался. Его разраставшаяся тень черным покрывалом укрыла весь север Лайонассы.

Карл повернул ко мне свое юное лицо:

– Тинави. Убей меня.

Я сбилась с заклинаний и моргнула:

– Что?!

– Убей меня. – Хранитель вложил мне в руку ученический меч, болтавшийся до того на поясе комбинезона.

Я вяло попыталась вернуть оружие.

– Убей – и сразу Прыгай в Зверя. Прямо в него. В ту красную точку. Это квинтэссенция его бытия. Небытия… Блин. Неважно. Туда прыгай. И держись за нее. Она материальна, в отличие от всего остального.

– Но п-почему бы нам просто не зарядить т-туда