К этому моменту Адам, Кэтрин и Люси уже бросили нас ради праздничных телепередач в гостиной, поэтому я отодвигаю стул, собираясь к ним присоединиться.

Уилл хватает деревянную ножку моего стула и притягивает обратно.

— Погоди...

— О нет-нет-нет, — перебивает Рейган, не дав вымолвить ни слова. — Извини, Калли, но предложить тебе абсолютно нечего, — она переводит взгляд на брата. — Если хочешь удержать ее, чтобы и дальше пялиться каждые пять секунд, так и скажи, пусть посидит рядом, пока ты сам не продуешь. Из игры Калли выбыла.

У Уилла сжимаются челюсти, и он отпускает стул. Воцаряется гробовое молчание, и дело, кажется, совсем не в игре. Честно говоря, я нахожусь на седьмом небе от счастья: когда красавчик тайком на тебя поглядывает – не одна я такая! – подобное определенно льстит самолюбию. Вот только вряд ли Уилл хотел, чтобы я заметила его взгляды... а может, и сам толком этого не осознавал?

Из гостиной доносится громкий сигнал таймера на чьем-то телефоне, и пока Рейган с Уиллом устраивают безмолвную дуэль взглядов, остальные потихоньку возвращаются в столовую.

— Прямо-таки по расписанию, — замечает Люси, подходя к сестре со спины. — Проходит два часа, и под конец партии вы обязательно цапаетесь. Пожалуй, в следующий раз придется ставить ограничение на полтора часа.

— Следовало сразу предупредить, Калли, — со смешком отзывается Кэтрин, наклоняясь и отодвигая доску на противоположный край стола. — Я всегда завожу таймер, иначе Уилл и Рейган просто поубивают друг друга.

Я тихонько усмехаюсь.

— Все в порядке, у нас подобное и представить невозможно, так что это чудесное разнообразие.

Адам одаривает меня сочувственной улыбкой и ободряюще сжимает плечо.

Напряжение, исходившее от Уилла, бесследно тает, стоит ему подняться из-за стола.

— Как насчет десерта?

— Я помогу, — отзывается Адам, убирая руку с моего плеча, и шагает вслед за Уиллом. За столом остается чисто женская компания.

Пока Рейган собирает карточки недвижимости, я принимаюсь аккуратно складывать оставшиеся игрушечные купюры и передаю Люси.

— Хотела сказать огромное спасибо за то, что разрешили нам с Адамом присоединиться к празднику. С семьей давно натянутые отношения, поэтому безумно приятно видеть, каким веселым и душевным может быть Рождество. Надеюсь, не слишком вас стеснили.

— Ой, глупости какие! — Кэтрин всплескивает руками, отмахиваясь от извинений. — Мы несказанно рады вашему приезду. Живя в Сиэтле, Уилл существовал на автопилоте. Здорово, что переход в другую команду сблизил вас. Приятно видеть, как мой мальчик наконец-то улыбается.

От ее слов сердце сжимается куда сильнее, чем я могла ожидать.

— А вы с Уиллом общались в Сиэтле? — интересуется Люси, накрывая игру крышкой и сдвигая коробку на край стола.

— Нет, честно говоря, я и сама весь прошлый год прожила на автопилоте, деля квартиру с Адамом. С Уиллом мы толком не пересекались: он играл за команду, а я уходила со стадиона сразу после окончания матча. Я вообще долгое время держала обиду на бейсболистов. Паршивые отношения с бывшим напрочь отбили желание заводить романы со спортсменами — поняв, как это прозвучало, я торопливо добавляю: — Да и находиться в их компании в принципе.

Рейган и Люси обмениваются взглядами, но расшифровать подтекст их безмолвного диалога не получается. Глупо, конечно, забивать этим голову, но мне действительно очень хочется понравиться.

Позади раздаются звуки поздравительной песенки. Обернувшись, я замечаю Адама, бережно держащего круглый торт, а следом шагает Уилл. Все тут же подхватывают мотив, и, когда Адам опускает передо мной торт, на глаза наворачиваются слезы: наконец доходит, что все это устроили специально ради меня.

Наверху красуется надпись: «С (первым) днем рождения, Калли». Бока украшают изящные цветы из глазури, а в центре горит свечка-единичка.

Когда хор голосов стихает, я быстренько смахиваю со щеки набежавшую слезу и только потом задуваю пламя. Я загадываю лишь одно: взять себя в руки. Если сию минуту не совладаю с эмоциями, то буду выглядеть жалко, – впрочем, кажется, я и так терплю сокрушительное поражение.

— Адам, ну зачем, вовсе не обязательно было покупать торт, — тихонько смеюсь я сквозь слезы счастья.

К моему удивлению, Адам лишь отмахивается.

— О, тут нет моей заслуги, Калли.

Люси робко поднимает руку.

— Испекла его я, но вообще-то идея Уилла. Он сказал, что ты любишь шоколадный торт с шоколадным кремом. Надеюсь, понравится.

Уилл? Это придумал Уилл? Я медленно поворачиваю голову в его сторону, но тот упорно отводит глаза.

— Вообще-то Адам подсказал со вкусом, но... — пытается вставить он.

— Он идеальный, спасибо, — я не позволяю игре в гляделки, а точнее, его нежеланию смотреть в глаза, испортить момент. Просто не могу себе этого позволить: я снова перевожу взгляд на торт, и теперь совершенно неважно, кто что делал, – для меня этот жест бесценен.

Я вытаскиваю свечку и слизываю крем с основания. Господи, до чего же вкусно!

— Раз уж у меня «первый» день рождения, требую кусок со своим именем.

— Сию минуту, — Рейган подхватывает торт и уносит на кухню.

Люси поднимается, собираясь пойти следом, и на секунду наклоняется ко мне.

— С днем рождения, Калли. Только не пойми превратно, но у тебя под глазами немного размазалась тушь.

Превосходно. Самое время провалиться сквозь землю.

— Наши с Рейган спальни соединены смежной ванной, — добавляет она. — Мы частенько тут ночуем, так что косметики полно. Пользуйся чем угодно.

— Ты просто ангел, — шепчу я. — Спасибо.

Чертова тушь. Слегка подтирая пальцами разводы под глазами, я вежливо извиняюсь и поднимаюсь наверх, но на верхней ступеньке до меня доходит: Люси ведь не уточнила, какие именно комнаты принадлежат им. Я наобум толкаю первую дверь справа и, судя по всему, с ходу попадаю в бывшую комнату Уилла.

На стенах красуются плакаты с бейсбольными матчами и мотокроссом, а медали и кубки оккупировали едва ли не целый книжный шкаф. Ради интереса я заглядываю за дверь: обнаружить плакат с какой-нибудь полуголой девицей было бы пределом мечтаний, но изнанка девственно чиста.

До безумия хочется пошпионить, но здравый смысл подсказывает, что не стоит. Прикрыв дверь, я решаю проверить комнату напротив и оказываюсь в царстве ярких девичьих красок – вот это уже определенно владения Люси.

Быстро приведя себя в божеский вид, я мысленно настраиваюсь спускаться прямиком в гостиную, но импульсивная натура внезапно перехватывает управление