— Кстати, это моя чашка.

Перевожу взгляд на свои руки. Ой! Кажется, я попалась. Что же придумать в своё оправдание?.. Да не хочу я ничего придумывать. Пусть знает. Больше не хочу скрывать…

— Да, Савицкий, я пью из твоей чашки, а когда ты уходишь, я забираюсь в твою постель. Потому что я скучаю по тебе. Безумно скучаю, — с вызовом говорю, встаю и, приблизившись вплотную, тихо добавляю: — И что ты мне за это сделаешь?

Про то, что я, как одержимая сталкерша, периодически ворую его футболки из стирки и сплю в них, я умалчиваю. Думаю, это уже слишком.

Внимательно слежу, как различные эмоции, сменяя друг друга, пробегают по лицу Демида. Его взгляд скользит по моим губам и замирает на них. Он тянет руку к моему лицу.

Уже представляю, как Демид погружает руку в мои волосы, резко притягивает к себе и впивается в мои губы.

В сантиметре от моего лица его ладонь зависает. Кожей щеки чувствую жар его тела… Но муж сжимает пальцы в кулак и опускает руку.

Физически ощущаю, как он борется с самим с собой. Демид нервно сглатывает и, судорожно стиснув челюсти, делает глубокий вдох, а за ним и шаг назад.

Опускаю голову и шепчу:

— Так я и думала…

Разворачиваюсь и иду к раковине. Мою чашку. Закрываю воду и слышу хриплое:

— Я уехал.

Решительно удаляющиеся шаги. Хлопок дверью.

Не знаю, что на меня нашло. Ведь я же сама сказала Демиду, что всё понимаю…

Но иногда мне кажется, что ничего я не понимаю. И не хочу понимать. Хочу как раньше, чтобы он заигрывал со мной, сладко наказывал за дерзкие выходки, целовал, занимался со мной любовью. А не то, что происходит сейчас.

Но выбора нет. Его сделал Демид, а я поддержала. И сегодня я просто позволила себе маленький срыв. Подозреваю, что не последний…

* * *

Демид

Поздний вечер. Возвращаюсь домой. В коттедже темно. Наверное, Ида уже спит. Приму ванну и с кайфом упаду в постель.

Гостевая кровать, жутко неудобная, нужно поменять. На такую же, как в спальне… у жены. А может дело в хозяйке постели. С Идой везде хорошо. И на диване, и на покрывале у моря… Уверен, и в гостевой спальне с женой под боком я спал бы как младенец.

Моя девочка спит в моей неудобной постели, когда я ухожу…

Раздаётся сигнал мобильного телефона. Сообщение от Алекса. Брат — настоящий трудоголик, работает круглыми сутками, без выходных. Пишет про отчёт на почте. Требует, чтобы я срочно с ним ознакомился. Не вопрос.

Варю кофе, наливаю его в свою любимую чашку и усаживаюсь за ноутбук. Делаю первый глоток крепкого напитка и вспоминаю признание Иды.

Я тоже очень скучаю, малыш.

Это пи**ец как тяжело жить в одном доме. Но я хочу принимать активное участие в жизни своих детей, даже на этом этапе и в жизни Иды, кого я обманываю… тоже хочу. Мне охренеть как непросто, но нравится, что она рядом. Мучаю себя, её. Знаю… Но слишком многое поставлено на карту.

Я и так слишком расслабился неделю назад. Признался Иде, что по-прежнему о*уеваю от неё и вот итог. Жена сегодня в открытую провоцировала меня. А если она снова начнёт на что-то надеяться. Но я не мог иначе. Ида была такая расстроенная тогда. Бл**ь. Замкнутый круг…

Спустя час, заканчиваю работу и выключаю ноутбук. Захожу в ванную комнату. Моё внимание привлекает маленькая, ночная рубашка жены, лежащая на мраморной столешнице.

Руки сами тянуться. И вот я уже как озабоченный маньяк, пальцами сжимая бледно-розовый шёлк, зарываюсь в него лицом и вдыхаю нежный, едва уловимый аромат любимой женщины.

— Демид, что ты здесь делаешь? — слышу за спиной недовольный голос жены.

31. Тебе показалось

Демид

Бл**ь. Ну почему я снова не закрыл дверь.

Выпрямляюсь. Опускаю руки и разворачиваюсь к Иде.

Делаю недовольное лицо и невозмутимо отвечаю:

— А что обычно люди делают в ванной комнате?! Я пришёл принять ванну!

— А мне показалось… — начинает говорить жена, красноречиво поглядывая на ночную рубашку в моих руках.

— Тебе показалось, — рычу и швыряю тряпку ей в руки. — И нечего раскидывать свои шмотки.

Злюсь. На себя, что не закрыл дверь и позволил себе лишнее. На неё, что заметила эту слабость.

Ида вспыхивает. Начинает заводиться. А я остывать.

Жена, скрестив руки на груди, делает шаг в мою сторону, останавливается и злобно шипит:

— А нечего ошиваться в моей ванной, Савицкий! Почему ты снова здесь?

Спокойно отвечаю:

— Потому что, только здесь есть джакузи, — делаю шаг вперёд и встаю вплотную к своей недовольной девочке. Наклоняюсь к её лицу и небрежно добавляю: — А ты что подумала? Что я извращенец и прихожу сюда трогать твои вещи?!

А я бл**ь, и есть извращенец. Растаял, как тёлка от куска шёлка. Да ещё и нагрубил жене. Ну а что оставалось делать? Признаться, что как последний изврат стоял и нюхал её бельё?! Тогда сразу же можно подписывать смертный приговор…

— Или решил отомстить и почистить зубы твоей щёткой?! — говорю и киваю в сторону раковины.

Немного смутившись и покусывая губы, бормочет:

— Я была бы не против…

И я, чёрт возьми, не против.

Ну вот как она, так умудряется?! Почему так действует на меня? Секунду назад я был в бешенстве, а теперь хочу обнять её и прижать к себе…

Мне придётся проявить твёрдость, только бы не перегнуть палку.

Выпрямляюсь, вяло потираю глаза и устало выдыхаю:

— Ида, что ты хотела? Я могу уйти и вернуться через… Сколько времени тебе нужно?

Жена обиженно смотрит на меня. За секунду её глаза наполняются слезами, и она шепчет:

— Я… я не помню, — разворачивается ко мне спиной, смахивает слёзы и сдавленно произносит: — Ты набросился на меня и всё вылетело из головы.

Подхожу к любимой, обнимаю руками её животик, кладу голову ей на плечо и мягко говорю:

— Прости. Тяжёлый день. Давай вместе подумаем, зачем ты сюда пришла?! Почистить зубы?

Ида накрывает своими маленькими ладошками мои руки и шепчет:

— Нет. Я точно помню, что почистила их.

— Тогда, может быть, за ней? — отстраняюсь от жены, поднимаю с пола ночную рубашку и протягиваю её любимой.

Малышка берёт её в руки, внимательно рассматривает и неуверенно бормочет:

— Не знаю. Кажется, нет.

— Тогда всё понятно, — твёрдо говорю, решительно подхожу к джакузи и начинаю выбирать настройки.

— Что понятно? — с любопытством спрашивает Ида и придвигается ко мне.

Разворачиваюсь, подмигиваю и игриво