дополнительно порепетировать или сыграть в парке, а у нас домашка. Вот и говорил про всякие тесты да проекты. Всегда прокатывало.

– И часто вы играли?

– Постоянно! На школьных концертах, дискотеках, в парках опять же. Знаешь, какие классные штуки получались! Я тебе покажу.

Захар достал мобильный и нашёл запись одного из выступлений.

– Я видела, – после просмотра сказала Маша. – У тебя на страничке выложено.

– Всё-таки читаешь? – сощурившись, спросил Захар. Внутри у него что-то радостно подпрыгнуло. И тут же опустилось: сейчас там читать нечего – после загруженных Серёгой видео он ничего не выкладывал.

– Скучаешь?

– По группе?

– По всему. Здесь же всё другое, новое.

Захар кивнул. Его обрадовал Машин вопрос. Она будто напомнила: скучать – это нормально. Даже если вокруг творятся необычности.

– Мне понравилась твоя идея, – снова похвалила Маша.

– Какая?

– Про проект: сделать его о работниках музея.

– Я на ходу придумал, – отмахнулся Захар.

– Идея правда хорошая! Мама и Андрей Евгеньевич всегда говорят: надо не к теням привлекать внимание, а к музею, к раскопкам. Музей – это его работники. О них и расскажем.

– Мы о Добрыне расскажем. И покажем.

Маша насупилась. Хвостик возмущённо закачался из стороны в сторону.

– Оставь ты это! Сам понимаешь: Добрыня привязан к скалам.

– Поэтому мы попытаемся его отвязать, – спокойно ответил Захар.

– Допустим, у тебя получится. Как объяснишь, кто это?

– Робот, Дядушкина разработка, голограмма, в конце концов. Мало ли… Мы сможем показать, как мамонты двигались, как вели себя. Успех и музею, и нам обеспечен!

Маша сощурилась. И стала сразу удивительно похожа на бабушку. Только хвостик её был не баклажанного цвета.

– Только не говори, что собрался идти к цыганам, узнавать, как тени отвязывать. – Маша сложила руки на груди.

– Хорошо, не буду, – пожал плечами Захар. – Легче?

Захар свернул направо – в сторону табора. Маша последовала за ним.

– Валерий Михайлович объяснил: сказки это! Зачем время тратить?

– Бегающие по холмам первобытные люди в двадцать первом веке тоже сказки. И что?

Захар поднял голову к небу: в вышине парил ястреб. «Тень или из нашего времени?» – подумал он. А вслух сказал:

– Давай так: если выяснится, что способа не существует, начну работать над другой темой проекта. Той, что придумал. Или какую ты предложишь. Лады?

Маша неуверенно кивнула.

Ребята спустились к табору. Там, точно как в прошлый раз, всем многообразием красок кипела цыганская жизнь. Шуршали пёстрые юбки, ржали кони, смуглые детские ноги перебегали от палатки к палатке, от арбы к арбе.

Цыгана Георгия нашли на прежнем месте. Он полулежал на траве, облокотившись на руку, и посасывал краем рта трубку. В метре от него плясали языки пламени. Захар вдохнул носом воздух: пахло костром.

– Здравствуйте, дядя Георгий, – поздоровалась Маша.

– Ну, здравствуй, Мария! – Цыган указал трубкой на ботинки Захара с разноцветной шнуровкой. – И ты к нам в гости наведался – за обувью пришёл?

– Добрый день. Нет, я не за кроссовками. У меня вопрос.

– Во-о-опро-ос, – протянул Георгий. – Не на всякий ведь вопрос ответ существует. И не всякий ответ вопрошающего обрадует. Ты точно готов?

– К чему? – не понял Захар.

Георгий повёл рукой в сторону.

– Не получить ответ. Или получить. Но не тот, что ждёшь.

Захар посмотрел на Машу. Она пожала плечами. Перевёл взгляд на цыгана и кивнул.

– Хорошо. Только сначала засунь руку в костёр.

– Что? Не буду я этого делать. Обожгусь.

Цыган улыбнулся уголком рта.

– Стало быть, мы настоящими для тебя сделались. Ты действительно можешь обжечься. Но иначе на вопрос не отвечу.

Захар вновь посмотрел на Машу. Та покачала головой:

– Не надо, Захар, пойдём!

Но Захар приготовился окунуть руку в выплясывающее, как цыганские юбки, пламя.

Георгий его остановил. Громко расхохотался, обнажив золотые зубы. Они заблестели на солнце.

– Как же сильно распаляет любопытство, если пожечь себя готов!

– Надеялся, что ничего не почувствую. Как в прошлый раз. Я не всегда ощущаю тени.

– Почувствовал бы. Да ещё как, – продолжал посмеиваться цыган. – Давай спрашивай что хотел.

Захар и Маша хором выпалили вопрос.

Георгий выслушал и цокнул языком.

– Нет, не знаю таких способов. Не к тому цыгану пришли. Вам к Раде надо. Но станет ли отвечать – не ведаю. Вам во-о-он к той арбе, – цыган указал трубкой на телегу с навесом в стороне. – Что же вас, читателей теней, так тянет к Раде? Никто мимо не прошёл. Одного спасти пришлось и дар пробудить, другой вообще украсть из табора пытался. И ты теперь, приезжий юноша, к Раде интерес проявил.

«Георгий тоже меня читателем теней назвал. Странно…» – мысленно отметил Захар.

Ребята поблагодарили цыгана и направились к указанной им арбе.

– Рада, видимо, та цыганка, что Валерия Михайловича из реки спасла, – шепнула Маша Захару на ухо. – Говорил, она самая сильная в таборе. Осторожнее с ней.

Рада будто ждала их прихода. Стояла, не двигаясь, с корзиной в руках, пока Захар и Маша не приблизились.

Тогда она дёрнула головой и откинула кучерявые волосы за спину. Золотые серьги и ожерелья на груди забрякали и затряслись.

– Надо же, опять одарённый ко мне пожаловал. Думала, в таборе не появишься после прошлого визита, – улыбнулась Рада. Зубы у неё, в отличие от большинства других цыган, были белые, ровные.

Она облокотилась на арбу и оценивающе посмотрела на Захара из-под густых, почти сросшихся бровей.

– Ну, что хочешь? По всему видно: что-то необычное, раз Георгий ответить не смог.

Захар растерялся. Ему виделось что-то гипнотизирующее, чарующее в облике Рады. Угольного цвета непослушные волосы выглядели змейками, сползающими из-под красной косынки. Губы расплывались в насмешливой улыбке. Пламенная юбка танцевала при движении. Рада стояла, гордо распрямив спину, задрав острый подбородок вверх. И ждала, пока Захар заговорит.

Но первой нашлась Маша:

– Захар… то есть мы хотели узнать, существует ли способ отвязать тень.

Рада расхохоталась. Украшения пустились в звонкий пляс.

– Как же часто читатели теней хотят отвязать нас! Вам и так доступен огромный дар: проникнуть в прошлое через его шёпот. А всё мало. Больше хотите.

– Шёпот? – переспросил Захар.

– Мы, тени, – шёпот прошлого. Временны́е отражения. – Рада положила руку на сердце. – С нашей помощью ты можешь проникнуть сквозь время. Но вместо этого хочешь управлять им.

– Не хочу я ничем управлять…

Цыганка закачала головой, нахмурила брови. И резко взмахнула руками в браслетах.

– Нет такого способа. Был, но сгинул.

– Расскажите! Пожалуйста, – попросил Захар.

– Давно это было. Полтора века уж минуло. Житель местный нашёл камень. Много лет тот под землёй пролежал. Древний кочевой народ его закопал. Камень непростой: помогал людям звёзды читать и время контролировать. Потерялись те знания, нет их больше. Но одну особенность всё же удалось