для обмена информацией, сообщал о крайне положительных тенденциях. Многие оборотни на базе потеряли сон, все разговоры были только о таинственном монстре, зверски расправляющимся с охотниками и исчезающем без единого следа, меня называли злым духом и демоном. Кто-то даже уже успел собрать манатки и свалить с базы подальше от творящегося беспредела.

Было очевидно, что, хотя за все четыре дня от моих рук погибло всего около двадцати не самых сильных магов поселения из пары сотен, долго так продолжаться не могло. Смерти на центральных равнинах были делом обычным, но уж точно не в таких масштабах и не таким образом.

А потому на четвёртый день Глен принёс мне отличные новости. Рогу, как несложно было догадаться, появление “демона” не напугало ни капли. Наоборот, начавшиеся из-за меня на базе разброд и шатание его дико бесили. А потому он отдал приказ о переходе базы в режим боевой готовности.

Не осады, когда они заперлись бы за стенами и боялись нос показать. А, наоборот, максимальной мобилизации всех сил, которым был отдан единственный приказ: поймать неведомую тварь любой ценой. Количество патрулирующих территорию по ночам магов увеличивалось с двух-трёх до двух десятков, на стенах ставились дозоры, в самом поселении тоже организовывались патрульные смены.

На первый взгляд это были такие себе новости. Также скрытно, как раньше, устранять патрульных уже не выйдет, да и вызволить девочек из находящегося в состоянии перманентного ахтунга поселения должно было стать сложнее.

Однако это была лишь вторая фаза моего плана. Я не собирался ограничиваться полумерами, и уж точно не удовлетворился бы десятком-другим убитых подонков. К тому же моей главной целью было выманить из лагеря высшего мага, который пока что не собирался даже пальцем шевелить.

Нужно было поднять уровень опасности “злого духа” настолько, чтобы у Роги не осталось иного выбора, кроме как отправиться убивать его лично. А потому на следующую ночь я вновь заявился к лагерю оборотней, чтобы терроризировать местную падаль.

Правда, оставаться в своём оригинальном теле в данной ситуации было нельзя. Как бы хорошо я ни сражался и ни убивал, из такого количества участников потасовки точно останутся выжившие. И когда Рога поймёт, что я — человек, ситуация может резко повернуть в совершенно иное и при том крайне непредсказуемое русло.

А потому эти четыре дня я был занят не только охотой, но и созданием для себя нового сценического образа. И, как я обещал Глену, к стенам охотничьего поселения явился не Алистер-полуэльф.

По души грешных оборотней явился сам ДЬЯВОЛ!

Глава 10

Никогда не занимался таксидермией, да и вообще это была настолько специфическая сфера, что даже у Бафомета на этот счёт не было никаких воспоминаний. Однако мне не нужно было чучело для продажи, мне нужен был как можно более страшный образ, а для этого не требовалась филигранная точность работы с тушками.

Тем более что монстра для создания своей диверсионной марионетки я использовал не одного. В результате вышла тварь, выглядящая как помесь пантеры, Фреди Крюгера и козла. Раз уж решил быть Дьяволом — то нужно было делать это правильно.

Тушу не стал делать особо большой, только сложнее было бы управлять. “Всего лишь” метра два в холке и где-то четыре-пять длиной. Внутри — набивка из травы, длинные когти на передних лапах, рогатая башка с пастью, полной острых зубов, выглядящее мускулистым и мощным из-за набивки тело.

Глаза, правда, пришлось выколупать, они очень быстро потеряли “товарный вид”. И так как стеклянных заменителей у меня, очевидно, не было, глазницы я просто зашил, сделав чудище “слепым”. Также ему предстояло быть немым, ведь правдоподобного рычания у меня тоже бы не вышло. А ещё, очевидно, слепленное из мёртвых монстров тело не обладало ни собственной жизненной силой, ни маной.

Однако уже закрепившийся за “злым духом” образ невидимого ночного убийцы в этот образ вполне вписывался, так что особой проблемы не было. В каком-то смысле, возможно, это было даже страшнее: слепая безмолвная тварь, незаметно даже для магов выныривающая из темноты у тебя за спиной.

Изначально были мысли создать что-то наподобие костюма и забраться внутрь. Но, во-первых, из-за невозможности правильной обработки изнутри туша отвратительно воняла. Во-вторых, так было сложнее ориентироваться в пространстве. Ну, и в-третьих, в детстве на земле мне приходилось подрабатывать, раздавая листовки в ростовой кукле, и это был настолько неприятный опыт, что повторять его даже спустя столько лет мне не хотелось.

В итоге получился не костюм, а что-то вроде куклы на ниточках из Телекинеза. И, потренировавшись немного, я добился довольно плавных и естественных движений своей марионетки. Для представления в стиле того эпизода из “Парка Юрского Периода”, в котором нельзя было входить в высокую траву, всё было готово.

Ночью лагерь, обычно погружённый во тьму, оказался подсвечен множеством огней. На стенах стояли смотрящие, а территорию вокруг стен патрулировали несколько отрядов по четыре-пять оборотней в каждом. Определённо, действовать по старинке и вырезать патрульных втихую, было уже нереально.

Ну, что же, значит будем вырезать громко и со спецэффектами.

Вынырнувшая из пустоты рогатая марионетка мощным ударом длиннющих когтей снесла голову одному из оборотней — и тут же вновь скрылась в зарослях травяного леса.

Будь я на месте Роги, уже давно приказал бы вырубить всю траву вокруг лагеря. Да, это значительно снижало эффективность артефакта сокрытия. Так как он не делал лагерь невидимым, а просто уменьшал направленное на него внимание, после подобной “перепланировки” монстры и правда могли начать нападать на поселение значительно чаще. Тем более летающие, видевшие всё с высоты.

Однако это всё случилось бы потом. А тварь, жестоко и систематически убивавшая его подчинённых, была прямо здесь и сейчас, и никому не было известно, как далеко она зайдёт. В такой ситуации, на мой взгляд, лучше было всё-таки пожертвовать будущей безопасностью в угоду безопасности в моменте. Тем более что это всё-таки были не деревья, а трава, пусть и высоченная, и обратно она бы выросла всего месяца за два-три.

К счастью для меня, Роге, похоже, было либо лень о таком думать, либо просто наплевать. И возможность использования тактики партизанских нападений у меня осталась.

Правда, это не отменило поднявшейся тревоги — но тут уж, как говорится, ничего не поделать. Да и не нужно было ничего делать, на самом деле.

К тому месту, где я