когда мы оформим документы, и слухи об этом дойдут до кланов, я предсказать не могу. Скорее всего, тебя попытаются сначала уговорить, потом принудить, а потом могут и шантажировать или даже попытаться похитить. Так что к признанию ты должна не только овладеть силой, но и уметь себя защитить.

— Я умею, — возразила на это Розмари. — Меня учили самозащите, да и кое-что из пространственной можно применять в сражении.

— Для этого тебе сперва нужно взять силу под контроль. — С этим было не поспорить. С текущим контролем боевой маг из неё был не просто никакой, а совершенно безнадежный. — Тут применённое тобой Право играет нам на руку. Я очень надеюсь, они решат, что ты бескланница. То есть до признания была таковой.

Откровение было… неприятным. Но Мари не могла не признать, что определённая логика в этом есть. Бескланники обычно были слабыми магами и мало что умели, просто потому что в отличие от клановых магов их как правило некому было учить полноценно использовать свою силу. Чему-то родители или нашедшиеся наставники, конечно, учили, но уровень знаний и умений их в большинстве случаев был существенно ниже.

— Плохо, что Сортэне, Ренис и Вестриай в курсе, что ты из клана Кримос. Не думаю, что Грегор будет об этом распространятся, но шантажировать нас он может попробовать. В конце концов он сам уже в возрасте, а клан из обреченных. С Томасом Вестриай чуть легче, этот с принципами, но начальству он сообщить обязан, а кому те сообщат предсказать сложно. Обреченных сейчас много. Пожалуй, слишком много, чтобы проблем у нас с тобой совсем не было.

С вернувшимся в столицу Леонардом Герберт встретился следующим же после его возвращения вечером. Наследник выглядел устало, похоже, дела в клане или, что даже вероятнее, безумная эскапада с поисками Мари, выжали из него все силы.

— Как она? — после того, как вокруг них повисло защищающее от подслушивания заклинание, поинтересовался следователь.

— Уже лучше, — успокоил его приятель.

— Целителю удалось избавить её от проблем с угрозой выплесков?

— Лучше. Ему удалось вернуть ей силу. Пока Мари ещё адаптируется…

Герберту показалось, что он ослышался.

— Хочешь сказать, она снова стала магиней⁈

— А я не говорил?

Следователь покачал головой. Новость была ошеломляющей. Он не думал, что подобное вообще возможно.

— То есть теперь она — полноценная наследница клана со всеми вытекающими последствиями?

— Да. Бумаги они ещё не оформили, но это формальность, сам понимаешь. Только из-за проклятья последствий у этого, кажется, больше отрицательных, чем положительных. Ты говорил с Тиберием?

Огневик кивнул и пересказал выясненное у начальника. Пока только у начальника. Дополнить его версию истории Леонарду было особенно нечем, разве что сообщить некоторые детали, о которых Тиберий Истре попросту не знал или забыл упомянуть.

Информация о гибели связанных кланов заставила Герберта нахмуриться:

— Я выясню, как так вышло, но как-то слабо верится, что это проклятье. Даже усиленное применено оно было против конкретного клана, а значит его и должно пожирать. В крайнем случае, оно могло забрать мать и бабушку, может быть их ближайших родственников. Но кланы целиком?

— Меня это тоже смутило. Тем более как я понял, внешне смерти были не похожи на смерти от проклятья.

— Я спрошу у Тиберия и посмотрю, что у нас есть по Тертис и Осольте. Что-то наверняка должно быть. Но, Лео, может статься, дело тут вовсе не в проклятье. Я пока не уверен на сто процентов, но, возможно, это не просто совпадение.

— Что ты нашёл? — подобрался приятель.

Поколебавшись, Герберт пересказал ему обнаруженное. Всё-таки две головы — это хорошо, а три лучше, тем более что у наследника клана и члена Младшего совета были знания, которых у них с Дельфиной не было. К тому же Герберту был нужен доступ к архивам Герт, а в идеале не только к ним.

— Подожди, где-то у меня был расширенный гербовник с родословными, — Леонард отошёл к книжному шкафу. Пальцы заскользили по корешкам, пока наконец на одной из нижних полок не нашлась толстая книга в кожаном переплёте.

Внутри она оказалась рукописной и богато иллюстрированной. Родословные древа, связи между кланами, герба тех…

— Да это настоящее сокровище! — восхитился следователь.

— Устаревшее век назад сокровище, — заметил на это Леонард, осторожно листая старый фолиант. — Но для проверки того, что ты там нарыл со своей тайницей, должно подойти. Думаю, начать стоит с Ластре.

Вирмар, и более того, Сортэне, действительно оказались в родстве с Ластре. Клан артефакторов вообще был достаточно крупным и породниться успел со многими.

— Ластре были артефакторами, с ними охотно заключали браки. Как раз шла тенденция на увеличение числа специализаций, — пояснил это наследник.

— Тогда зачем им было заключать браки с обреченными?

— Надеялись получить наследство? Обычно ведь обреченные кланы долго не существуют.

— Это сейчас. Тогда ещё существовали целых три клана, представители которых могли это изменить, — возразил на это Герберт. — Тут что-то другое. К тому же обоим кланам Ластре сделали артефакты, блокирующие всю чужеродную силу, тем самым защитив их от каскада.

— Тогда не знаю. Хотя… — Леонард перелистнул несколько страниц и указал на родословную вымерших артефакторов.

— И? — в сложных переплетениях линий и имён следователь к стыду своему понимал мало.

— Брак был, но не Ластре вошли в кланы Сортэне и Вирмор, а наоборот. Как Алия Ренис вошла в клан Сортэне.

— Они боялись, что каскадом заденет их⁈

— Вероятнее всего. Примерно в те годы как раз было несколько многочленных каскадов, которые с трудом и дорогой ценой остановили.

— Тогда определенная логика в создании артефактов есть, — согласился Герберт. — Хотя, если предположить, что у них был ещё один такой же, то глобального смысла в том не было: они-то наверняка могли принимать супруг в клан.

— Возможно, они не знали, защитит ли артефакт подобного рода от каскада, особенно большого, когда маркером служит уже не сила, а кровь, и решили подстраховаться?

— Что возвращает нас к вопросу, зачем вообще было родниться с обреченными?

— Не знаю. Видимо, зачем-то было нужно. Тут надо смотреть брачный договор. У Сортэне мог и сохраниться.

— В архивах Совета могут быть копии.

— За тот период? Едва ли. Проще сразу обратиться к Сортэне, меньше времени и нервов потеряешь. К тому же, они тебе и так нужны, как я понял.

Нужны, спорить тут было сложно.

— А что с Севри, Майно и Ренис? В наследство остатками имущества после уничтожения Ластре вступили именно они, так что вероятно, родство было ближе, чем у Сортэне.

Палец Леонарда заскользил по строчкам родословного древа, потом он кивнул. Родство действительно было ближе. На