Когда-нибудь Лакомка сможет заменить ее, но сейчас Диана необходима.

— Понятно-о-о, — протягивает блондинка. А я отправляюсь помедитировать. Лакомка сказала, что до завершения работы с Омелой осталось совсем немного. Технически это несложно, но процесс требует времени — и я это время ей дам. На Древнего Кузнеца всё же лучше идти с оружием, способным убивать полубогов.

* * *

Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона

Хоттабыч сидел за столом, разбирая очередную пачку сводок, когда в кабинет вошёл Спутник.

— Председатель, как вы и велели, я удалённо следил за миром дампиров.

— Видимо, произошло что-то интересное, — догадывается старик, не отрываясь от документов.

— Диана направлялась в Кузню-Гору к Древнему Кузнецу, — докладывает высший сканер. — А теперь её сигнатура пропала. Последнее зафиксированное положение — район Чёрной Равнины.

Хоттабыч тихо хмыкает. Он откидывается в кресле, переплетает пальцы на груди и наблюдает за советником внимательным, холодным взглядом.

— Чёрная Равнина — место само по себе ничем не примечательное, — бросает Председатель. — Но благодаря испарениям магматических трещин её легко использовать как ловушку. Ну… посмотрим, что у Древнего Кузнеца получится, — произносит он почти беспечно. В голосе нет тревоги, только аналитическая пауза. — А потом уже будем принимать меры.

Он разворачивается к карте мироздания на стене — полупрозрачной схеме астральных потоков, где линии движутся, перекрещиваются и пульсируют. На области Чёрной Равнины — два мощных энергетических импульса. Карта, конечно, учитывает далеко не всех сильных нужных для слежки существ, но за полубогами следить довольно легко. Они в астральной структуре сияют, как маяки.

* * *

Поместье Вещих-Филиновых, Москва

Лакомка по поручению мелиндо работала в лаборатории уже несколько часов подряд. На столе перед ней лежала партия листьев Омелы — каждый листок аккуратно разложен, промаркирован и отсортирован по степени испорченности. Она растирала листья, смешивала их с реагентами и наблюдала за тем, как постепенно меняется структура смеси. Наконец раствор начинает проявлять слабое свечение, заметное в друидском зрении. Лакомка слегка приподнимает бровь — именно такой реакции она и добивалась.

Она берёт пипетку, аккуратно втягивает часть получившегося вещества. Движения плавные, выверенные, будто она выполняет обычную лабораторную рутину, хотя смысл этого опыта давно уже вышел за пределы обычной алхимии.

Подносит каплю к магическому камню — специально подготовленному образцу для измерения духовной силы. Делает одно лёгкое нажатие.

Капля падает.

Камень гаснет мгновенно. Не мерцает, не трепещет, не сопротивляется — просто лишается внутреннего света, будто в одно мгновение разорвали связь с силой, которую он обязан был проводить.

Лакомка смотрит на это неподвижно, с той самой внимательностью, с которой она оценивает каждый сложный эксперимент. Потом уголки её губ поднимаются — тихая, уверенная улыбка.

— Ну всё, у мелиндо есть способ убить полубогов.

То, что сейчас блестит в её ампуле, способно изменить баланс сил в мире. И ее мелиндо будет доволен своей главной женой.

Глава 22

Помедитировать не удалось — Багровый спускался ко мне несколько раз да доставал своим: когда, когда уже? В итоге плюнул на это дело да порешал пару вопросов с Камилой по реформам — там сильно сосредотачиваться не надо было. Вскоре позвала к себе Лакомка.

Я нахожусь в лаборатории альвы и смотрю на ампулу с зелёной жидкостью, кручу её в пальцах и спрашиваю напрямую:

— Эта склянка может убить Древнего Кузнеца?

Лакомка, поправляя ворот белого халата, отвечает без пауз:

— Как минимум ослабить. Но на себе не пробуй.

Я отмахиваюсь:

— Да Диана хоть и считает меня полубогом, но у меня другая структура тела. Я сканировал себя и их, как геномант. Вообще, с полубогами у меня нет ничего общего — ни по строению, ни по пределам мощности. Их потенциал мне недостижим, что, впрочем, не помешало мне получить Пустоту. Так что, увы или к счастью, я обычный телепат.

Лакомка фыркает с улыбкой:

— Так уж и обычный, мелиндо.

Я пожимаю плечами:

— Ну, не совсем обычный, ладно. Демоны ведь готовили моё рождение. Поэтому моё тело и способно принять сильного Демона. Так я Бехему и смог поглотить, собственно. Но даже это не значит, что я способен переварить такого жирдяя, как Гора. Его жирная задница не поместится ни в одном физическом теле, оттого он и бесится.

Лакомка подаётся вперёд:

— Мелиндо, я поняла, но я вообще не об этом говорю.

Я убираю зелёную ампулу в теневой портал и Ломтик закрывает его.

— А о чем же?

— О том что ты достойный муж, отец и мелиндо, конечно же, — подлизывается альва уже обвивая меня руками за шею. — Ты не забыл обещание, которое дал мне когда-то?

Я вспоминаю вслух:

— Не давать Олежеку играться с Бегемотом за пределами дворца.

Лакомка хмыкает:

— Это хорошо, что помнишь. Но речь не об этом. Я о младших жёнах. Я говорила тебе, чтобы ты брал их с собой, когда дело касается полевых заданий.

Я вздыхаю, но соглашаюсь:

— Ладно. Возьму в Черную Равнину Свету, Машу и Настю.

— Ну а тем я заслужила награду… — и альва приподнимается на цыпочки, приближаясь к моему лицу.

* * *

После «награждения» своей остроухой блондинки я, на ходу застёгивая ремень камуфляжных брюк, покидаю лабораторию. Организм сбросил созревшее напряжение, но в голове всё равно витает лёгкое сожаление. Я, конечно, понимал, что рано или поздно столкнусь с Древним Кузнецом. Но хотел до этого успеть подтянуть Пустоту и усилить Легион. У меня внутри сидят Грандмастеры, и каждый из них требует внимательного изучения их структур силы — иначе толку от них куда меньше.

Того же Лорда Стали — развивать бы его талант, приспосабливать источник под его силу, раскрывать глубже. Или Комарина-дампира — с ним ровно та же история. Работы непочатый край.

Хотя, если подумать, я ещё и прибедняюсь. Уже неплохо, что они у меня в принципе есть — это колоссальное подспорье. Да и в лобовую на Древнего Кузнеца пойдёт Багровый. Пусть отдувается наш полубог. Да и ампула из Омелы, что вовремя нашла Лакомка, — очень даже неплохой бонус.

Я захожу в гостиную. Габриэлла играет с щупальцами Спрутика, которые лениво тянутся из её тени. Багровый Властелин вскидывается мгновенно, будто ждал меня в режиме боевой тревоги:

— Долго ещё?

— Да уже всё, — отвечаю. — Можем отправляться.

Я через мыслеречь зову Свету, Машу, Настю. В этот момент в комнату заходит Гепара и объявляет:

— Мой господин, приехал Григорий Калыйр!

Я оборачиваюсь:

— А он чего вдруг?

Гепара делает большие глаза — мол, откуда ж я знаю, мой господин дорогой.

— Ладно, — вздыхаю. —