палатки были повалены, ткань их разорвана, а на полу пещеры виднелись следы кровавой бойни.

— Вот мы и нашли клан Бранки…

Валяющееся на полу пещеры оружие, пятна крови, куски доспехов или даже целые части… Здесь явно была бойня, достойная сравнения с последней битвой Балина, сына Фундина. Жаль, что меня никто здесь не поймёт. Переиздать что ли для местных жителей бессмертную классику? Хотя… Она будет выглядеть как руководство к действию, для некоторых. Ещё и обязательно найдутся психи, которые захотят порождений тьмы размножать и себе на службу ставить…

Я ожидал подвоха, ожидал ловушку от Бранки. Чего я не ожидал, так это того, что она совсем кукухой двинулась. Стоило только замыкающей шествие Шейле сойти с тропы на камень пола, как я почувствовал дрожь камня под ногами.

— Это что за…

— СВЕРХУ!

На каменную тропу, по всей её длине до самого поворота стали падать здоровенные каменные глыбы. Я мог бы удержать часть тропы целой и невредимой от подобного надругательства, но всю и сразу⁈ Хотя… Наверное и смог бы, но из-за поворота так же доносился грохот, так что я даже и пытаться не стал, махнув на это рукой и поднимая взгляд. Из-под самого потолка пещеры, на меня надменно пялилась рыжая гномка.

— Смотри-ка, Огрен. И правда, живая.

— А? Чо? Бранка⁈

Когда осела пыль, и прекратился грохот камней, падающих вниз и стучащих по стенам, мы увидели остатки пути назад. Именно остатки — большая часть тропы была безнадежно испорчена. Хотя, у некой рыжей твари наверняка есть запасной путь, раз она так легко уничтожила этот…

— Позвольте мне быть с вами немного грубоватой. А то у меня все эти ваши реверансы поперёк горла всегда стояли. Надеюсь, вас это не смутит.

— Да чтоб у меня зад облез! Чтобы я эльфом стал! — Зевран на это только хмыкнул. — Святой Камень, ты что натворила⁈

— Огрен. Значит, ты нашёл путь сюда. Тогда тебе не составит труда найти путь и отсюда. Правда, как же мне обращаться к твоему спутнику? Ландскнехт Эндрина, решившего меня поискать? Или просто тот первый, кого не смутил перегар Огрена?

— По-моему, той первой, кого не смутил его перегар, была именно ты.

— Так требовали наши законы. Я сама бы ни за что не согласилась терпеть его в своей постели.

— Эй! Женщина! Ты говоришь со мной, своим мужем, и моим другом, Серым Стражем! Будь почтительней!

Я удивлённо поднял бровь, косясь на Огрена. Это когда я успел его другом заделаться? Или он опять бухой?

— Пф… Твой голос ничто по сравнению с моим. Что же касается Серого Стража… Сколько стоило его нанять? Раз он здесь, раз вы ищите что-то, полагаю, что меня, то случилось что-то из ряда вон выходящее? Полагаю, что Эндрин наконец-то умер. А этот мелкий крысёныш, Белен, умудрился выгнать из королевства своих дражайших братьев?

— Эй!

— Надо же, кого я вижу. Сам принц Дюран, собственной персоной. На побегушках у Триана? Очень врядли. Значит, твой брат всё же исполнил свою заветную мечту…

— Ты… Ты знала о его планах⁈

— Все в королевстве знали и видели это. Просто твой бесхребетный папаша и ты слишком слепы, веря в святость семейных уз. Хотя, помнится мне, Эндрин и сам приложил руку к их осквернению… Что же сделал Белен? Убил брата и подставил другого? Слишком банально, слишком не для него… Скорее, нанял кого-то, чтобы убить брата. А затем оболгал другого. Судя по твоему лицу — я права. Так зачем же вы здесь? У вас ведь есть новый король гномов.

— Белену противостоит лорд Пирал, — зло бросил Дюран. — Они никак не могут прийти к соглашению.

— И вы проделали весь этот путь, чтобы я решила этот вопрос? Я скажу вам то, что и любому, кто думает, будто бы я буду решать что-то за них: Совет может посадить на трон хоть пьяную мартышку, хоть Огрена, что в сущности одно и то же — мне будет совершенно всё равно. Гномьего королевства давно уже нет! Мы потеряли всё! Мы потеряли тейги, гномов, наше величайшее изобретение, способное сокрушить всех порождений тьмы! Не просто потеряли, а почти что отдали в лапы тех самых порождений тьмы!

— А вот мы и подошли к сути, — пробормотал я негромко. Бранка же, занятая своей речью, на меня внимания не обратила:

— Наковальня Пустоты! То, с помощью чего древние гномы создавали свои армии и не позволяли Первому Архидемону даже подняться на поверхность! Она здесь! Так близко, что я могу её почувствовать!

— Но ты всё ещё здесь, а не там, — уже громче заметил я, обращая на себя внимание Бранки.

— Наковальня сокрыта на другом конце полосы ловушек, установленных самим Каридином. Мы с моими подчинёнными отдали тело и душу, чтобы раскрыть их секреты.

— Я так понимаю, многие сделали это буквально.

— Необходимая жертва. Наковальня — вот, что важно. Это всё, что важно, единственное, что имеет значение! Если у меня получится, то весь народ гномов останется в выигрыше! А короли и политика — это эфемерно. Хотите моей помощи? Я помогу. Но вы приведёте меня сперва к Наковальне! Тем более, что у вас теперь нет иного пути, кроме как вперёд.

— Ты чокнулась, — задумчиво оценил её способности к мышлению я.

— Я прозрела и стала той, кем меня считают в народе гномов. Я — Совершенная! — С этими словами Бранка скрылась в толще горы.

— Что нам теперь делать? — Оглядываясь по сторонам, спросил Алистер. — Я бы не хотел идти в куда-то, где есть много разных острых штук, желающих меня проткнуть.

— Ты же находишься в одном отряде с Зевраном.

— О, уверяю тебя, моя штука не настолько остра, да и протыкать ею Алистера я как-то не слишком стремлюсь. Я бы нашёл себе цель поинтересней…

Несколько секунд Алистер усиленно соображал, а затем, пробурчав что-то про озабоченных личностей, отошёл на пару шагов. Не поворачиваясь, впрочем, к Зеврану спиной.

— Но вопрос остался в силе. Мы действительно намерены идти на поводу у этой гномы? — Мне на плечо легла рука Винн.

— Знаешь, мне уже и самому интересно, что нас там впереди ждёт. Я могу попытаться восстановить эту тропу, но где гарантии, что у этой придурочной нет ещё одной груды камней, которая упадёт уже нам на