реальном бою бронекомпозит разрушился именно сейчас. Мичман Глебов тут же нажал спуск станкового рейлгана и принялся поливать длинной нескончаемой очередью баррикаду из легкой пластиковой мебели. Эта гора не создавала никакого препятствия даже для учебных пуль, но затрудняла противнику ведение точного огня. «Медведи» использовали любую возможность, что бы нанести «Мечам» хотя бы минимальный урон!

С другой стороны баррикады после небольшой паузы (укровцы спешно меняли опустевшие снарядные короба) Глебову ответили сразу три ствола. Сквозь шелест разогнанных до космических скоростей полимерных шариков был слышен металлический цокот: боты не стояли на месте. Они хаотично перемещались в своих секторах, имитируя борьбу с точным целеуказанием. В реальном бою подобные маневры не дали бы существенного выигрыша во времени: может лишь пару сотых секунды — системы управления огнем просчитывали упреждение и для более маневренных и скоростных целей! Но в «Тактических Играх» боевые процессоры не применялись, и против мичмана Глебова такая тактика действовала вполне успешно: среди сполохов пассивного щита и свечения АКО человеку было трудно уследить за целями.

Что бы подавить последнюю серьезную огневую точку «Мечам» потребовалось пять секунд. Поле рейлгана вспыхнуло в последний раз и отключилось. Мичман Глебов был буквально сметен десятками практически одновременных попаданий. Темп огня станкового рейлгана РСС-42К достигал 50 выстрелов в секунду. «Медведи» понесли первую потерю в живой силе.

— Давайте, давайте… Идите сюда… — зло прошептал Саросовский. Он расставил своих бойцов так, что бы их не смогли поразить из коридора. Что бы уничтожить команду ВКУ, «Мечам» нужно войти в зал — а уж там, под перекрестным огнем хоть одного-двух «Медведи» снимут!

Но противник опять показал свой класс. Тяжелые боты в ограниченное пространство зала не полезли. Вместо них через развалины баррикады перескочил «Меч» в черном скафе. Его знали все, кто хоть как-то следил за ходом Игр. Ылша Мечев, капитан «Разящего Меча». Кстати тоже мичман…

Саросовский только собрался отдать приказ покинуть укрытия и открыть огонь, как укровец расплылся смазанным пятном и бросился вперед. «Медведи» не дожидаясь приказа вскочили на ноги и открыли огонь по капитану противников… И тут же поплатились за это: в коридоре опять ожили рейлганы и их очереди хлестнули по правому и левому флангу обороняющихся. Система учета попаданий разом отрапортовала о «выбивании» еще пяти бойцов ВКУ.

Мичман Саросовский в ярости зарычал и попытался поймать в прицел смазанный силуэт Мечева, но тот и секунды не стоял на одном месте. Огонь «Медведей» не достигал своей цели. Вдруг капитан «Мечей» подлетел к самому потолку (высота 6 м.), оттолкнулся от него ногами и камнем упал на Саросовского. За пол секунды полета вниз Мечев успел короткой очередью попасть мичману в голову.

— Хедшат! — завопила судейская система. Требуны в восторге взревели. На некоторых панелях вновь и вновь прокручивали эффектный прыжок.

Под весом рухнувшего на него скафа Саросовский опрокинулся на спину, но «Медведь» защитил его от возможных травм. Мичман попытался задержать противника и дать «своим» расстрелять его, но руки не смогли ни за что зацепиться. Мечев прямо из положения «лежа» подлетел на пару метров вверх и в сторону, пропуская под собой несколько очередей. ИМП «Меча» снова коротко плюнул короткой очередью.

— Хедшат!!!

Из команды ВКУ осталось только два действующих игрока. Саросовский по внутренней связи слышал их яростную нецензурную брань и тоже рычал сквозь зубы. Ему осталось только наблюдать, как Мечев расправляется с его бойцами.

Зачистив левый фланг Ылша на секунду присел у стены выставив перед собой штурмового «Сокола». За макетами штабных пультов послышались клацающие удары: «мишки» меняли магазины.

«Самое время», — ухмыльнулся парень. По его расчетам у них должны было остаться примерно до трети магазина. — «Прям не профи, а нубы голимые!» Ылша долго боролся со своей командой: парни начинали менять магазины после трех-четырех очередей. Нубская привычка…

Он решил не затягивать: «Сокол» отправился в оперативный зажим на груди скафа, а его место в руке занял штурмовой тесак. Насколько Ылша знал в «Тактических Играх» еще никого не «снимали с ножа». Пора это исправить!

Трибуны замерли: все видели как капитан «Мечей» поменял оружие и стал подкрадываться к двум последним противникам. Многие даже встали со своих мест — фанаты напряженно ловили каждое движение игроков.

Подобравшись вплотную к укрытию «мишек» Ылша снова замер, дожидаясь пока парни сделают свой ход. От перевозбужденных и злых бойцов было трудно ожидать адекватных действий и поэтому лучше реагировать на них предварительно собравшись, чем «на ходу», ломая свои планы.

Наконец за макетом коротко взвыли выходящие «на режим» пассивные защитные поля и два «Медведя» как подорванные перепрыгнули свое укрытие. «Ну вот. На фига им, спрашивается, прыгать на открытое пространство и подставляться под огонь затаившегося противника?» Нет ответа.

Ылша не стал долго рассуждать над странностями тактических изысков противника и просто подсек опорную ногу одному из них: завершив прыжок парни оказались как раз за его спиной и похоже даже не заметили его! Удар не мог причинить повреждения — штурмскаф трудно даже поцарапать режущим ударом! Но боец потерял равновесие и упал на своего друга. От неожиданности оба нажали на спуск и штурмовые комплексы взвыли, впустую расходуя боеприпасы.

Мичман пропустил над головой длинную очередь и угрем проскользнул вплотную к оставшемуся на ногах противнику. Дистанция сократилась настолько, что зажатое в руке оружие «Медведя» оказалось у Ылши за спиной. Вскинутые высоко вверх руки парня с силой опустили рукоять тесака на лицевую пластину шлема. Силы «разогнанных» мышц Ылши и сервоприводов скафа вполне хватило, что бы ошеломить и дезориентировать бойца. «Мишка» полетел в одну сторону, а его штурмкомплекс в другую.

— Хедшат! Комбо 3, хедшат! — завопила судейская система. Организаторы явно не внесли специального обозначения для «убийства с помощью ножа, ударом в голову».

Ылша только пожал плечами и ногой отбил в сторону ствол оружия последнего противника. Единственный не выбитый «Бешеный Медведь» опять потерял равновесие и оперся на «три кости». Диспозиция для последнего удара оказалась идеальной: противник внизу и «смотрит в пол», а сам Ылша на ногах прямо над ним. Мичман Мечев снова воспользовался «пяткой» тесака, но в этот раз опустил ее на затылок врага.

— Хедшат! Чистая победа!!!

Вся рукопашная схватка заняла чуть больше восьми секунд. А общее время штурма — полторы минуты.

Главный зал стали заполнять бойцы УКРа. Парни ликующе вопили и свистели, размахивая над головой своими десантными тесаками. На трибунах тоже творилось что-то невообразимое: часть зрителей бешено радовались за «самую харизматичную команду турнира» (так выразился комментатор спорткомплекса в интервью какому-то журналисту). Другие недоуменно гудели: на их