— Я тогда очень спешила по своим делам… Ехала на высокой скорости… Молилась о том, чтобы успеть.

— О, господи, тетя…

— Мой путь проходил по дороге, на которой было не очень много машин. Время было вечернее… Освящение было плохое. Только лишь автомобильные фары более-менее спасали ситуацию. Но и тогда нужно было очень внимательно следить за дорогой.

— То есть, свидетели того случая должны были быть?

— Да, они были. Возможно, если бы не они, то мне удалось бы избежать всего того, что со мной происходит.

— Ясно…

— В общем… — Алисия крепко сцепляет пальцы рук, немного тяжело дыша. — Я ехала по дороге, ехала… Думала о своем… В какой-то момент оказалась в городе, где уже было побольше людей и машин. Решила включить радио, чтобы не проводить время в полной тишине. И пока я нажимала на кнопки, пытаясь найти что-то хорошее… Произошло то, что… Что повергло меня в глубокий шок. Из-за которого я… Перестала понимать, что делаю…

— Случилось то, что вы кого-то сбили?

— Да… — дрожащим голосом произносит Алисия. — В какой-то момент я посмотрела на дорогу и… Мне не хватило времени понять, как на лобовом стекле оказалась какая-то девочка. На вид ей было десять или одиннадцать лет. К несчастью, я не успела затормозить…

— О, господи, тетя… — приходит в ужас Ракель.

— Но она не виновата. Она переходила дорогу по пешеходному переходу. Это я не отреагировала вовремя и не затормозила, когда светофор переключился на красный свет.

— Ничего себе… — качает головой Ракель.

— Когда я все-таки затормозила, моя машина еще метр-два провезла ту девочку на лобовом стекле. А затем она упала на асфальт. Я ждала, что она встанет. Параллельно смотря на кровь и трещины на стекле… Но… Те несколько секунд, что я смотрела на нее шокированным взглядом, она так и продолжала лежать без движений. Без сознания. В неестественной позе.

— Она была жива?

— Да, жива. Вокруг нее тогда столпились люди. Всем было интересно, что произошло. Все ли с ней хорошо… Они требовали немедленно вызвать скорую. Кто-то начал оказывать ей первую медицинскую помощь.

— А вы что делали?

— Спустя несколько секунд я все-таки нашла в себе силы выйти из машины и подойти к той маленькой девочке. Я отчаянно молилась о том, чтобы она не умерла и осталась жива. И не обращала внимание на то, как меня… Проклинали… За то, что я чуть не убила несчастного ребенка.

— Тетушка…

— Какие-то мужчины и вовсе начали орать, что бабе вообще нельзя садиться за руль. Мол, какого черта я вообще подошла к машине. Надо было вместо этого сидеть дома и готовить мужу и детям ужин.

— Представляю, как вам тогда было больно.

— Нет, на самом деле я тогда вообще не обращала внимания на то, что мне говорили. Я думала лишь о том, чтобы та девчушка выжила. Чтобы она не умерла. Ведь… Если бы это случилось, то меня посадили бы в тюрьму. А я… — Алисия нервно сглатывает. — Я совсем не хотела проводить свою жизнь в заключении по собственной невнимательности.

— И что же было дальше?

— Когда люди стали требовать позвонить в полицию, я поняла, что дело совсем плохо. Я отчаянно запаниковала и отказывалась верить, что это происходит со мной на самом деле. Мол, я всего лишь сплю, и это мой ночной кошмар.

— Мне кажется, я догадываюсь, что было дальше.

— Если ты подумала о том, что я решила сбежать, то это правда.

— Вы сбежали?

— Да. Я была в таком отчаянии, что совсем перестала соображать. Мне лишь хотелось спасти себя от той участи, что мне грозила в случае смерти той девочки. Я не хотела проводить свои дни в тюрьме. Да и у меня не было денег на ее лечение.

— Вот как…

— В общем… — Алисия пожимает плечами. — Пока народ беспокоился о девочке и делал все, что им сказали диспетчер скорой помощи, я наблюдала за происходящим. А когда услышала, что девочка перестала дышать, а ее сердце вдруг остановилось, и увидела, как ей начали делать массаж сердца и искусственное дыхание, я поняла, что дело плохо. В какой-то момент я очень медленно подошла к своей машине. Немного поколебалась… Убедилась в том, что меня никто не видит… Молниеносно открыла дверь водителя, села за руль и собралась со всей силы жать на газ,.

— Вы уехали оттуда?

— Да. Народ тут же начал кричать, что я хочу сбежать. Они пытались перекрыть мне дорогу и кричали, что не дадут мне уйти. Но я каким-то чудом смогла вырваться из той ловушки и продолжила жать на газ. Ехала куда глаза глядели.

— Ого… — широко распахивает глаза Ракель.

— Я была одержима адреналином… — Алисия на секунду замолкает и крепко сцепляет пальцы рук. — Сердце бешено колотилось, дышать было тяжело, руки не слушались, ноги дрожали… Я гнала как сумасшедшая… Не соблюдала правила дорожного движения… Не боялась, что сама куда-нибудь врежусь. Что карма настигнет меня… Что Бог накажет меня за то, что я сделала.

— Но вы ведь сказали, что на лобовом стекле были трещины и кровь. Если бы их кто-то увидел, то к вам сразу же появились бы вопросы.

— Тогда мне хватило ума остановиться в каком-то тихом укромном местечке и отмыть кровь со стекла с помощью всего, что лежало у меня в багажнике. К счастью, с этим проблем не возникло.

— Простите, тетя, а дедушка Тимоти и бабушка Тиффани знали об этом?

— Нет, они ничего не знали о том, что я сбила человека. Хотя они видели те трещины и вмятины, которые появились на машине после того случая. Правда я сумела выкрутиться и сказала, что просто попала в небольшую аварию. Мол, врезалась в какой-то столб. Не увидела его, когда… Парковалась…

— И они поверили?

— По крайней мере, ко мне вопросов больше не было. Хотя меня и поругали за разбитую машину и пару штрафов, которые я получила, за превышение