И чем дольше он пытался не думать о ней, тем сильнее крепли эти мысли.

* * *

— Ты зря беспокоишься насчет него, — спокойно сказал Сиобан, в очередной раз заметив, что Ингрем старается держать Альдрима в поле зрения. — Он не станет бить в спину.

У девушки было свое мнение на этот счет, но спорить с Сиобаном она не стала. Мужчина, увидев её такой серьезной, невольно ухмыльнулся и потрепал её по голове, заставив ту тут же покраснеть.

— Ну не на людях же… — буркнула она.

Сиобан отлично помнил день их первой встречи. Девочка-беспризорница, маленький грязный мышонок, в руки которой каким-то чудом попал древний артефакт, и который она при этом открыть смогла.

В такие моменты начинаешь невольно верить в судьбу.

— Ингрем, послушай… — начал бог, затем нахмурился, решая внутренний конфликт, и все-таки достал спрятанную в кармане фигурку, которая начала менять форму в его ладони. Через секунду это уже был небольшое, простое на вид кольцо. — Возьми.

— Нет! Ты не можешь! Да и я… не хочу такого. Не хочу лишать тебя свободы.

— Так не лишай, — улыбнулся он, вспоминая момент, когда девочка сама протянула Сиобану его темницу, тем самым освобождая его. — Но я правда хочу, чтобы оно было у тебя. Твои модификации должны выдержать умеренный поток Света, и все же используй эту силу с осторожностью.

Девушка шмыгнула носом и прижалась к груди мужчины, крепко его обнимая.

— Забудь о Владетеле, забудь обо мне. Сейчас важно спасти мир, Ингрем. И ты это сделаешь.

* * *

Арбетос загудел и стал неторопливо подниматься в воздух. Ингрем заняла позицию на одном его плече, Шенна, немного осмелевшая после схватки с опустошителями, разместилась на другом. Самому Теону никакая опора была не нужна, и в воздух он поднялся самостоятельно, предварительно забрав копья, которые теперь как крылья парили за ним.

Гигантский Опустошитель несколько часов назад покинул Бонхард и начал двигаться на север. Из-за этого всем пришлось немного ускориться, так как первоначально генеральное сражение ему хотели дать через несколько дней.

«До пробного выстрела двадцать секунд», — прозвучало в наушнике. — «Десять».

«Залп!»

Вначале все было тихо, но уже через несколько секунд тишину разорвал грохот. По чудовищу ударил пущенный рельсотронной пушкой снаряд. Опустошитель почувствовал удар, слегка покачнулся, но на этом все. Как и было предсказано, энергетическое поле вокруг него заблокировало большую часть урона.

Орудие было установлено на один из кораблей в паре десятков километров. Учитывая его размеры и необходимое постоянное питание, варианты перевозить его по земле отпали сразу.

— Смазали, — тихо пробормотал Теон, пронаблюдав, куда именно попал снаряд.

Спустя несколько минут был произведен второй выстрел, на этот раз гораздо более точный. Опустошитель разъярился от такого неуважения к себе и даже дал ответный залп, но энергетический снаряд прошел слишком далеко от судна.

«Все! Двадцать секунд до настоящего. Второй попытки не будет. Всем приготовиться».

Теон и так был готов.

Грохот, свист, и прежде, чем снаряд ударил в Опустошителя, Арбетос ринулся в бой. Владетель последовал за ним, немного уступая в скорости боевой машине на реактивной тяге. В руках у меха было массивное боевое копье с урталевым основанием, которое напрямую подпитывалось от Ингрем.

Снаряд ударил чудовище прямо в грудь, в то место, где предполагаемо находилось ядро, а спустя секунду Теон ощутил едва уловимую волну, разошедшуюся во все стороны. Она походила на порыв ветра, такая же легкая и неуловимая.

Это означало, что план сработал. Снаряд из урталевой оболочки и кренталевой начинки достиг цели и временно заблокировал «зону опустошения», существенно ослабив монстра.

Первой в схватку вступила Шенна. Она вскинула лук и выстрелила сияющей стрелой, угадив монстру в место удара и окончательно уничтожая треснувшую костяную броню. Следом ударил Теон, используя копья. Он расширил рану, давая возможность копью Арбетоса пронзить сердце Опустошителя.

Боевая машина на полной скорости врезалась в тело исполина, пронзая его плоть урталевым оружием, отчего Опустошитель заревел от боли и пошатнулся.

«План провалился! На ядре второй слой брони!» — внезапно прозвучал голос Зиммера. — «Он гораздо прочнее наружного!».

— Раскол! — зарычал Теон, собираясь ринуться туда и попытаться помочь машине.

Возможно, объединив силы, они смогут пробить броню на ядре, но чудовище не собиралось давать им такой возможности. На них уже неслась массивная лапа опустошителя, которая с легкостью могла прихлопнуть Арбетоса словно назойливую муху.

— Уходите оттуда!

«Мы почти пробились!» — услышал Теон в ответ, но в голосе не было слышно уверенности. Скорее, Зиммер просто не хотел отступать, ведь если уйти, то монстр восстановит наружный слой, и его снова придется пробивать, и они вряд ли быстро найдут столько кренталя, чтобы вновь погасить зону опустошения.

Выругавшись, Теон встал на пути лапы опустошителя и зачерпнул столько силы из темницы Шенны, сколько было возможно. Поскольку источник силы у них был один, это сделало богиню беззащитной и бессильной. Следовательно, помочь пробить броню ядро она уже не могла.

Сосредоточившись на конечности, Теон с помощью своей силы остановил её, хотя даже со Светом это оказалось очень сложно. Чудовище было невероятно сильно. Даже просто удержание лапы, не давая той раздавить машину Зиммера, давались Владетелю с трудом.

* * *

Когда лапа опустошителя подобно гигантской скале начала приближаться к ним, душа у Ингрем ушла в пятки. Эта атака могла раздавить их как букашек, какими они и являлись для этого исполинского чудовища.

Но их спас Владетель.

Альдрим встал на пути чудовищной конечности и с помощью своей силы остановил её. Но даже с его силами вряд ли получится долго удерживать её, поэтому нужно было действовать и срочно, пока план окончательно не провалился.

Ингрем взглянула в черную зияющую дыру, из которой хлестала кровь и куда именно уходило копье Арбетоса, и поняла, что должна рискнуть. Сиобан был прав. Она всех спасет!

Отпустив контур, через который она подавала силу на копье, девушка спрыгнула на древко оружия и ринулась прямиком в рану.

«Ингрем, стой! Ты куда!» — послышалось в наушнике, но она не стала отвечать, устремившись внутрь. Все, что ей сейчас было нужно, это лишь клинок в руках.

Быстрым движением руки она сбросила повязку со своего правого глаза и зачерпнула силу, что была в кольце, которое передал Сиобан. Свет хлынул в неё, выжигая внутренности, пространство вокруг девушки стало искажаться и плыть, словно мир вокруг был нарисован красками на холсте, и этот холст она