Уилла чувствовала на себе взгляд лорда Аларика, это вызывало у нее непонятное волнение. В самом его внимании было нечто пьянящее, и не только потому, что его внимания жаждали так много женщин. Она говорила себе, что он несолидный, к тому же его волосы на лбу не растут в форме вдовьего мыса, означающего, что он умрет раньше жены. В детстве вдовий мыс был одним из ее требований к будущему мужу, хотя сейчас это казалось глупым и легкомысленным.

— Мистер Стерлинг, — поспешно сказала она, — расскажите же нам, что произошло, когда вы добрались до Кантона?

— Мы показали себя двумя молодыми глупцами, кем, собственно, и являлись, — ответил он.

— Я уверена, вы не были глупцами, — возразила Лавиния.

— Мы были пустоголовыми, но в свое оправдание могу сказать, что нам еще не было и девятнадцати лет.

— Мы всерьез ожидали, что нас пригласят встретиться с императором, — вставил лорд Аларик, откидываясь на спинку стула. В это время лакей принес блюдо с сэндвичами с огурцами. — Вообразите наше удивление, когда нам ясно дали понять, что, с точки зрения Его Императорского Величества, сын английского герцога — не лучше и не хуже какого-нибудь парня из доков.

— Дело кончилось тем, что мы дали взятку местному губернатору, чтобы он пригласил нас в свой дом, — сказал мистер Стерлинг. — Нам дали по чашке чая и велели возвращаться домой.

— Этим чаем, — мечтательно произнес лорд Аларик, — был пеко. — Он поднял свою чашку и поднес к Уилле. — Тот самый чай, который сейчас стоит перед вами, мисс Ффинч.

Рассказ продолжил мистер Стерлинг:

— Мы решили отправиться в горы, туда, где выращивают пеко, но поскольку мы были на голову выше всех местных мужчин, то не могли оставаться незамеченными.

Лавиния засмеялась:

— Я помню эту часть книги.

— Единственное, что мы могли сделать, — это стать людьми, которых все избегают.

— Нищими прокаженными? — предположила Уилла.

— Хорошее предположение, но вы не угадали, — ответил мистер Стерлинг. — Золотарями. Теми, кто собирает содержимое ночных горшков и вывозит. Худшая работа на свете, но идеальная для нарушителей закона вроде нас.

Уилла засмеялась:

— Вы стали дурно пахнущими троянскими конями?

В спокойном состоянии лорд Стерлинг выглядел суровым, от этого его улыбка была неожиданно приятной.

— Мы разъезжали по округе на повозке, чтобы люди могли выбрасывать экскременты из окон. Это означало, что на нас никто не обращал внимания. — Лорд Аларик бросил на друга острый взгляд. — Вся работа делалась ночью. И у нас был отличный повод замотать лица шарфами.

Представив, как это выглядело, Уилла снова улыбнулась, а потом увидела, что взгляд лорда Аларика переместился на ее губы. Она резко стерла с лица улыбку. Он издал низкий грудной звук, такой тихий, что только она могла его слышать. Уилла прерывисто вздохнула. У нее было такое чувство, будто лорд Аларик ее погладил и поцеловал долгим поцелуем, а он всего лишь пристально посмотрел на ее губы. А жар внизу живота, который она чувствовала? «Это просто потому, что он возмутительно красив», — сказала себе Уилла. Любая женщина на ее месте почувствовала бы то же самое.

— Мы бродили по Китаю три или четыре месяца, — продолжал мистер Стерлинг, — продвигаясь по ночам от деревни к деревне, и от нас страшно разило.

— Мы сумели найти чайные рощи, — вмешался лорд Аларик. — Пеко — это разновидность чая бохе, который смешивают с крошечными белыми цветочками до тех пор, пока чайные листья не пропитаются их ароматом. По сравнению с тем, как пахло в то время от нас, — добавил он с невеселой улыбкой, — аромат того чая был просто божественным.

— Могу себе представить, — сказала Лавиния, давясь от смеха.

— Вернувшись в Кантон, мы нагрузили наш корабль чаем пеко и облачным чаем[2], который я когда-нибудь вам заварю, — сказал он, глядя прямо на Уиллу.

У нее возникло ощущение, что он наклоняется вперед, хотя он не шевельнул ни одним мускулом.

— Вряд ли у нас будет для этого время, — сказала она и взяла с тарелки сэндвич с огурцом.

В это время павлин направился через лужайку к ним. Даже со сложенным хвостом он был великолепен, Уилла никогда не видела более величественной птицы. Грудка у него была ярко-синего цвета, столь же ослепительной была и корона из перьев.

— Павлины показывают хвосты, чтобы привлечь пару, — медленно произнес мистер Стерлинг, глядя на Лавинию так, словно предполагал, что у нее есть что-то общее с павлином. Уилла сдержала усмешку. Можно было бы сказать, что бюст Лавинии подобен хвосту павлина, только противоположного пола. На ней не было голубого платья, но ее лиф был довольно откровенным.

— Я снова вас оскорбил, — Уилла услышала голос дьявола-обольстителя. — У меня не было такого намерения. Я запутался, что можно говорить в приличном обществе, а что нельзя. Кстати, вы не будете возражать, если я стану звать вас по имени?

— Буду, — просто сказала Уилла.

— А вы можете звать меня Алариком.

— Нет, спасибо.

— По-моему, формальности скучны.

— А по-моему, скука указывает на недостаток старания. — Уилла говорила ровным голосом, но у нее было такое чувство, будто она вся дрожит. — Жизнь всегда интереснее, если обращать внимание.

— В данный момент мне совсем не скучно, — сказал он.

Его взгляд, казалось, прожигал Уиллу до позвоночника, она почувствовала, что краснеет. Но она сумела сказать:

— Это к делу не относится.

— Вы же не намекаете на то, что мужчинам и женщинам следует флиртовать, чтобы избежать скуки?

Лавинию явно раздражал мистер Стерлинг, она вскочила со стула и взяла у лакея немного зерна. Теперь она перегнулась через балюстраду и пыталась подкупить Фитци, чтобы он развернул свой хвост.

— Нет, не намекаю, — сказала Уилла. — Общество интересно, потому что интересны люди. Всегда есть чему поучиться, что узнать, какие выводы сделать — правильные или неправильные.

Они смотрели, как к Лавинии присоединяется лорд Питерс.

— Не уверен, что Питерс хоть чем-то интересен, — сказал лорд Аларик, понизив голос. — Между прочим, не пример ли это того, как мисс Грей распускает перья?

Уилла нахмурилась.

— Это не просто неприлично, но откровенно грубо, — прошептала она. — Я понятия не имею, о чем вы говорите.

Аларика ее отповедь нисколько не смутила.

— Вот об этом, — ответил он и ткнул Уиллу локтем.

Лавиния наклонилась к Фитци, тот разглядывал ее своими глазами-бусинками, но ничто не указывало на то, что он собирается распустить хвост. Уилла снова посмотрела на Аларика, не понимая.

— Посмотрите на Парта, — сказал он.

Мистер Парт Стерлинг пока что не показывал никаких признаков того, что он очарован Лавинией, скорее наоборот. Но теперь, когда она перегнулась через перила, он пристально смотрел