внутренности ретривера наполовину выгоревшие, а у таксы живого места внутри не осталось после взрыва аккумулятора.

Лера включила свет над хирургическим столом, активировала сенсорные панели, из-под столешницы выдвинулись ящики с инструментами. Она надела на глаза очки с подсветкой и адаптивным увеличением.

Первого на гладкую поверхность стола по кивку Леры андроид перенес ретривера.

– Вот ведь гады, – покачала она головой, в очередной раз разглядывая повреждения собаки.

– Привет. Это ты о ком? – раздался позади голос Тани, традиционно забежавшей по дороге в бухгалтерию поздороваться с подругой. – О владельцах или догшерингах?

– Привет, – не оборачиваясь, вздохнула Лера. – Да обо всех. Одни собак уродуют, а вторым лишь бы денег с каждого робопса побольше снять. А ветеринарам потом лечить. Вот этого точно избивали, а потом еще и утопили.

– Так они ж не живые, чего им будет-то, – пожала плечами Таня, но быстро ретировалась, не желая вступать в спор. – Забегай на обед.

– Ага, дождешься здесь обеда, – сказала Лера и закусила губу, пытаясь удалить сожженный чип, к которому полвечера вчера подбиралась. Она задержала дыхание и смогла его подцепить микроманипулятором. – Все гады, – повторила Лера, но тут же подумала о Коле, о том, что он приготовит на годовщину их знакомства. И это удивительным образом помогло. Проклятые догшеринги, с которыми руководство подписывало контракты на обслуживание, двинутые на голову клиенты, которые совсем не заботились о собаках, и даже неимоверных размеров вселенская несправедливость отошли куда-то на второй план, растворились и исчезли. Лера улыбнулась и с новыми силами продолжила разбираться с ретривером.

– Чего такая довольная-то? – спросила Таня, насыпая в кофе очередную ложку сахара. – Медаль, что ли, дали?

– Лучше, – подмигнула ей Лера, пытаясь разобраться с автоматом, надевающим на ботинки антигрязевую защиту.

– Да оставь ты, – с нетерпением сказала Таня. – У нас в бухгалтерии и то грязнее, чем у тебя в кабинете. Чего светишься-то? Колька предложение сделал?

– Ну ты чего, Тань?! – вздрогнула Лера и, оставив в покое робота, вытерла ботинки о коврик и прошла на кухню. – Я еще сама не пойму, готова я или нет.

– Слушай, тебе уже двадцать шесть. Пока будешь дозревать, Коля твой учешет к какой-нибудь дамочке быстрого приготовления.

– В «Скибби» мы идем сегодня, вот.

– Ха! И ты будешь мне рассказывать, что он пробил место в таком ресторане не ради предложения? Ничего ты в мужиках не понимаешь.

– Да ну тебя, – закатила глаза Лера и распаковала обед, доставленный пять минут назад. – Ты же знаешь, что не могу я быстро решиться.

– Лерчик, то, что твой отец козлом был, еще не значит, что все остальные мужики такие же, но шансы есть, – пожала плечами Таня, но, заметив, что Лера перестала улыбаться и ссутулилась, тут же перевела разговор на другую тему: – А я вот тут собаку по подписке хочу взять.

– Робопса? И ты туда же? – нахмурилась Лера. – Друг на пять минут, пока тариф действует?

– Лерчик, ну ты и ретроград, никто, кроме тебя, собак так уже не называет, – покачала головой Таня и добавила себе в кофе коньяк из маленькой бутылочки. – Вон третий месяц уже, как государственную программу запустили при поддержке догшерингов. Если есть собака, то социальные баллы накапливаются в пять раз быстрее.

– Мозги промывают.

– Фиг с ними, было бы чего промывать. Ты лучше скажи, Лерчик, какую собаку мне взять. Ну так, на недельку. Больше не потяну. Причем так, чтобы можно было и в театре покрасоваться, и на набережной, а еще чтобы мужиков привлечь.

– Да им все равно, – ухмыльнулась Лера.

– Много ты понимаешь в мужиках.

– Ладно, бульдога или мопса, если подешевле. У них прошивка новая. Из крупных можно овчарку, им модельный ряд обновили не так давно. Из элитных – дога, но там ползарплаты уйдет за два дня. Правда, материалы, контроллеры и движок совсем другие.

– Ой спасибо, Лерчик, – протянула Таня, сразу открыв голограммы моделей собак. – Возьму на вечер дога. На меня кто-нибудь клюнет и подписку дальше оплатит.

– Смешная ты, Таня. Мужчины и так за тобой бегают.

– Это потому, что я не парюсь, как ты…

Лера нахмурилась и начала ковыряться в пюре с котлетой, оказавшейся явно куриной, а не говяжьей, как в заказе. Мама тоже такие когда-то готовила, говорила, что так больше нравится. Котлеты, Танька со своими мужиками… Воспоминания подхватили Леру и почти против воли понесли в холодную осень двадцатилетней давности. Сердце сжалось. В животе все свернулось в комок.

Теплые шершавые ладони обнимают меня, стоящую в одной тоненькой куртке на улице. Я выбежала искать Терри и просто набросила на себе первое попавшееся. Руки прижимают меня к доброму, безграничному, к целой вселенной с легким запахом табака, машинного масла и каких-то специй – к папе. Рядом с ним тепло. Никто не страшен. И Терри обязательно найдется. Вот папа сейчас согреет и почти сразу найдет его. Потому что папа умеет. Он волшебник.

Резкая боль. Пустота. Холод. Ненависть, захлестывающая и с каждым разом все больше вымывающая те самые крохи памяти о волшебстве и тепле. Она ненавидит его. Всем своим существом. Отец не только предал их с мамой, но и забрал Терри. Он…

– Эй! Ты меня слышишь, Лерчик? – ткнула ее в бок Таня.

– А? Чего? – мотнула головой Лера, пытаясь стряхнуть наваждение.

– Ты б лучше не в облаках витала, а про то, как к свиданию сегодняшнему готовиться, подумала бы.

Не успела Лера запустить в подругу остатками пюре, как в кухню ворвалась Светка:

– Ой, а вы слышали, что мы контракт с еще одним догшерингом заключаем?

– Откуда нам слышать-то? – поморщилась Таня. – Ты у нас главный новостной канал.

– Нам тех, что уже есть, мало? – побледнела Лера и замерла с остатками пюре на вилке.

– Шеф сказал, что клиника загибается. Люди своих собак уже не хотят заводить, поэтому надо заполучить еще одного постоянного клиента, – протараторила Светка. – Мне мой Толик сказал.

– Ага, клиента, который постоянно мозги выносит и платит ниже рынка.

– Зато стабильно, – сказала Светка. – Ой, Лерусь, забыла совсем. Вадим Палыч просил тебя зайти взять заказ.

– А чего я? Скворцов вон без работы сидит, его ж очередь, – возмутилась Лера.

– Да там старье какое-то, – поморщилась Светка. – Вадим Палыч говорит, что с такой рухлядью только ты можешь сладить. Ладно, побежала я, еще снабженцам про контракт не рассказала.

– Ага, давай, – махнула рукой Таня и, когда дверь на кухню уже закрылась, вздохнула. – Вот же Светка, хуже, чем всплывающая реклама в линзах. Лерчик, ты куда побежала? А кофе? У меня еще чутка на донышке коньяка осталось.

– Не, Тань, спасибо. Мне ж сегодня