собиралась выйти и попросить накрыть на стол, как услышала жалостливые речи служанки. Но что еще хуже, ее благоверный не проявил к ним никакого интереса! Это бесчеловечно…

Тетушка Чжао с опаской посмотрела на принцессу и, боясь ее гнева, смущенно опустила взгляд. Однако вопреки ожиданиям, Хань Юньси не стала ее отчитывать. Несмотря на то, что ноги девушки по-прежнему болели, она, прихрамывая, подошла ближе к Лун Фэйе и поклонилась.

– Ваше высочество…

Нахмурившись, великий князь окинул супругу взглядом. Уголки его губ опустились в недовольной гримасе, но как бы он ни смотрел, все никак не мог понять, что именно смущает его в Хань Юньси.

– Тетушка Чжао, я голодна, накрой на стол, – сказав это, девушка повернулась и проследовала в боковую комнату, даже не взглянув на супруга.

Лун Фэйе нахмурился еще сильнее, чем испугал служанку настолько, что та не осмелилась больше находиться с ним в одной комнате и выскользнула за дверь.

Спустя некоторое время тетушка Чжао принесла еду, но, не решившись снова проходить мимо великого князя, сделала крюк и отнесла ее принцессе в боковую комнату. Хань Юньси тут же принялась за еду, но стоило ей проглотить пару кусочков, как что-то с глухим стуком упало перед ее ногами. Она оглянулась и встретилась с холодным взглядом Лун Фэйе.

Глава 15

Настоящее мастерство

Великий князь расправил одежды и уселся напротив Хань Юньси.

– Тетушка Чжао, принесите еще одну миску и палочки, я буду ужинать здесь.

– Ваше высочество, принцесса, пожалуйста, подождите немного, я попрошу приготовить еще несколько ваших любимых блюд и принесу кувшин вина. – Служанка поставила посуду, собираясь направиться на кухню.

Лун Фэйе никак не отреагировал на ее воодушевление. Все внимание великого князя было приковано к Хань Юньси. Почувствовав напряженную атмосферу между ними, тетушка Чжао молча скрылась за дверью. Только тогда девушка отвела взгляд и посмотрела на сверток перед собой. Отложив палочки, она с укором сказала:

– Ваше высочество, негоже разбрасываться вещами!

Неважно, что за вещи были завернуты в этот сверток, этот парень слишком грубо вел себя с ней.

– Верно, это явно не те вещи, которые ты можешь оставлять где ни попадя, – парировал он.

Хань Юньси удивленно посмотрела на великого князя. Неужели в парчу были завернуты ее вещи, но откуда и какие?

– Мои вещи? – только и смогла произнести она.

Лун Фэйе поморщился и промолчал. Девушка поспешно подняла сверток и развернула его. Ее взгляду открылись туфли и носки, которые она впопыхах оставила во Дворе уединенности. Вчера ноги настолько опухли, что не влезали в обувь, поэтому весь оставшийся день она проходила босиком. Разве могла Хань Юньси предположить, что великий князь так разозлится из-за этого и швырнет вещи прямо ей под ноги?

Конечно, замужней женщине не пристало оставлять свою обувь и уж тем более ходить без нее, но это явно не оправдывало поведение Лун Фэйе. После всего пережитого ей не хотелось препираться из-за подобных пустяков, поэтому Хань Юньси, выдержав его властный взгляд, смиренно ответила:

– Спасибо, ваше высочество, я запомню.

– Почему ты не надела их? Получается, все это время ты босиком ходила по темнице и в усадьбе семьи Хань?

Ох… Хань Юньси уже порядком устала от нравов этого парня. Все-таки Лун Фэйе был настолько старомоден, что порой выводил ее из себя. Ведь если говорить начистоту, великому князю было абсолютно все равно, к тому же он никогда не воспринимал девушку всерьез. Что же побуждает эту ледышку стоять на страже традиций?

– Да, – коротко ответила она, глядя на нахмурившегося Лун Фэйе.

Если бы взгляд мог убить, она давным-давно была бы при смерти. Что ж, в конце концов, в этом мире женщина всегда уступает мужчине. Вспомнив об этом, принцесса тяжело вздохнула и пояснила:

– Из-за повязки на лодыжке я не смогла надеть носки и обувь. Если не верите, посмотрите сами. – Хань Юньси испугалась, что этот парень вновь не поверит ей, поэтому не особо задумываясь о последствиях, подняла тяжелую юбку и показала свои ноги.

Проследив за ее движением, Лун Фэйе наклонился и увидел, что травмированная нога Хань Юньси от щиколотки до самых пальцев действительно была обмотана плотной тканью. Повязка выглядела как гипс. Удовлетворенный, князь отвернулся, кашлянул и спросил:

– А то лекарство, что я принес тебе вчера, не помогло?

Хань Юньси усмехнулась. После вчерашнего он еще смеет делать вид, будто заботится о ней? Девушка с вызовом посмотрела на Лун Фэйе, и тот, ошарашенный внезапной сменой настроения, отстранился.

– Благодаря вашему высочеству моя нога не заживет так быстро, как вы того хотели.

Сама по себе та мазь действительно быстро справлялась с растяжениями, но вчера этот парень чуть не переломал ей все кости! Если бы он надавил еще чуть сильнее, то вывих превратился бы в перелом. А теперь она была вынуждена терпеть его бахвальство? Еще чего!

– Спасибо за заботу, ваше высочество! – съязвила она.

Только теперь Лун Фэйе понял, в чем причина ее странного поведения. Бездонные глаза изучающе смотрели на принцессу. Как же Хань Юньси ненавидела подобные моменты! Даже сейчас, когда великий князь вел себя по-свински, она не могла не восхищаться им.

Внезапно Лун Фэйе встал. Неужели он снова оставит ее одну? Хань Юньси опустила глаза. С одной стороны, девушку раздражало отношение Лун Фэйе, но каждый раз, когда тот уходил, на душе становилось пусто. Да что с ней было не так? Почему она так привязалась к этому холодному парню? Ведь ничего другого она и не могла от него ожидать. Если он хочет уйти, то пусть уходит. Однако Лун Фэйе сел рядом, вызвав у нее неподдельное изумление.

– Ногу! – скомандовал он.

– Что… что вы делаете? – смутилась Хань Юньси.

Лун Фэйе молча потянулся к травмированной ноге принцессы и устроил ее у себя на коленях.

– Отпустите! – попробовала возмутиться девушка, но великий князь настойчиво держал ее ступню.

– Не двигайся.

Все ее усилия пропали даром. Лун Фэйе не дал ни единой возможности отстраниться, и спустя мгновение Хань Юньси затихла. Ее взгляд изучающе скользил по лицу наглеца. Вдруг подумалось о его безупречном профиле и притягательных глазах…

На сей раз, казалось, великого князя нисколько не смущал вид обнаженных ног. Одной рукой он придерживал ступню принцессы, а второй разматывал уже изрядно поистрепавшуюся повязку, подобно змее опутывающей лодыжку девушки. В отличие от прошлой ночи, движения Лун Фэйе были мягкими и осторожными, он, словно профессиональный врач, терпеливо освобождал стопу от сковывавших ее пут. Наконец, ткань упала на пол.

Если бы не вчерашнее наказание от Лун Фэйе, то