не возражал. Так что вечерами я посиживала над расчетами, а днем продолжала экспериментировать в мастерской академии и придумывать все новые задачи по левитации для адептов. Выходной же традиционно проводила у вампиров.

В один из таких дней во дворе замка неожиданно открылось окно динамического портала и оттуда вышел чем-то крайне довольный Тэль. Волосы эльфа были распущены, и я не сразу заметила на его шее бурые разводы.

— Что случилось? Ты ранен? — с тревогой спросила я, оглядывая мужа с ног до головы.

— Где? — удивленно вскинул он брови, но отрицать ничего не стал.

Я отвела волосы в сторону и осторожно дотронулась до раны в основании черепа. Эльф вздрогнул и отшатнулся.

— Вот же, не заметил, — поморщился он. — Ничего, сейчас подлечу.

— Тэль, что происходит? Тебя пытались убить? — занервничала я.

— Успокойся пожалуйста, все уже закончилось. И это было не покушение, а крайне авантюрное мероприятие на старом континенте. Но оно того стоило. Райн, у тебя поесть найдется или лучше к нам пойдем и я там все вам расскажу?

— Найдется, — заверил вампир. — Так куда ты там влез и почему без меня?

— Скажи, как бы ты отнесся к идее разграбления ваших клановых замков на старом континенте? — поинтересовался Владыка.

— Думаешь, там еще что-то осталось неразграбленным? — хмыкнул Райн.

— Кое-что осталось, — заверил эльф. — Мародеров в первую очередь интересовали драгоценности, оружие и артефакты. Мне же нужны были книги, особенно медицинские справочники, а еще истории болезни. Кстати, несколько скелетов в остатках одежды разной степени ветхости возле тайника главы клана наглядно свидетельствовали о том, что он до сих пор успешно хранил свои тайны. Мы в первый заход даже пытаться не стали его вскрыть, артефактора потом с собой привели. Даже вспомнить страшно, сколько он за пятичасовой поход запросил, но дело свое сделал. И помимо прочего в тайнике нашелся один очень интересный дневник с координатами лаборатории небезызвестного Дралиса.

— Погоди-ка. Но это ведь тот самый вампир, из-за которого погибли мать и отец Райна. Или я что-то путаю?

— Все верно, — кивнул помрачневший хозяин замка. — Надеюсь ты не собираешься проводить такие же эксперименты, как эта мразь?

— Ни в коем случае, — заверил Тэль. — Но несмотря на чудовищность этих экспериментов, именно их результаты помогут нам понять особенности процессов вашей жизнедеятельности и развития. Не хочу тебя обнадеживать, но я надеюсь, что при помощи этих сведений все же удастся сохранить жизнь твоему сыну.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — покачал головой Райн. — Даже если координаты верны, вам не попасть в лабораторию. Этот Дралис был не просто параноиком, а настоящим психом. Лаборатория окружена сотнями ловушек. Там настоящий лабиринт смерти, потому никому и не удалось спастись из нее. Ты же не думаешь, что мой отец был единственным, кто пытался…

Вампир удрученно покачал головой и умолк.

— Полностью с тобой согласен. Поэтому нам и понадобилось целых шесть попыток, чтобы в нее попасть. Но сегодня мы это сделали! — довольно улыбнулся эльф. — Не без оплошностей, конечно, но главное, что все живы. А уж сколько мы оттуда оборудования вынесли. Про архив я вообще молчу, за ним четыре раза с концентраторами возвращаться пришлось.

— Райн, ты куда? — окликнула я вампира, который молча встал и направился к выходу из столовой.

— Сейчас вернусь, — коротко бросил тот и скрылся в коридоре.

Мы с Тэлем недоуменно переглянулись.

— Думаешь зря рассказал? — вздохнул муж.

— Не знаю. Не понятно даже расстроен он или это что-то другое. Скорее в смятении.

Вернулся вампир действительно быстро, неся в руках кувшин необычной вытянутой формы и два хрустальных фужера.

— Да ладно… Это же фарлийские грезы! Где ты их достал⁈ — опешил Владыка. — Даже у меня такого уже пара столетий как нет. Винодельни находились как раз возле источника и во время катастрофы были полностью уничтожены. Я специально посылал группу проверить, не уцелело ли хоть что-то. Только не говори, что ты нашел того, кто владеет секретом изготовления, иначе я от зависти умру.

— Нет, — усмехнулся вампир. — У меня оно еще со времен переселения. Вообще случайно вышло, что с собой его прихватил. Тогда ведь и представить нельзя было, что все так обернется. Думал, за мое знакомство с Милиэной его откроем. Она же обо мне до этого только слышала от Элтара. Но не сложилось. А дальше все повода достойного не было. Когда Таль предложение сделал, хотел его на нашей свадьбе открыть, но тоже не сложилось.

— Райн, послушай, я, конечно, сделаю все возможное и даже невозможное, чтобы спасти твоего сына, но никакой гарантии, что все получится, нет. Понимаешь? — осторожно подбирая слова начал говорить Тэль.

— Понимаю. И выпить хочу не за это, — кивнул хозяин замка, откупоривая кувшин и наливая в фужеры по паре глотков вина. — Всю свою жизнь я был одиночкой, привыкшим рассчитывать только на себя. Мне казалось, что иначе и быть не может. Я даже не думал, что когда-нибудь у меня появятся друзья, способные рискнуть собственной жизнью ради призрачного шанса спасти моего нерожденного ребенка. И уж тем более представить не мог, что это будут человек и эльф. Поэтому выпить я хочу за вас, за то, что вы сейчас здесь, рядом со мной.

Я дождалась пока мужчины пригубят вино, чтобы не портить торжественность момента, и только после этого заметила:

— Вообще-то я не только ничем не рисковала, но и понятия не имела о всех этих похождениях.

— Таль, я ведь знаю, что ты очень любишь мужа, а сейчас еще и беременна. Но ты ни словом, ни взглядом не упрекнула его, узнав, что он рисковал собой ради чужого ребенка. И это говорит о многом.

— А еще ты вся извелась бы от того, что не можешь пойти с нами, если бы знала, чем я по выходным занимаюсь, — усмехнулся эльф. — Поэтому я тебя сюда и отправил.

— Вот же ты… Владыка, — насупилась я. — Но хоть в артефактах-то ты мне дашь покопаться?

— В тех, что будут признаны безопасными, сколько угодно, — кивнул эльф.

Я только вздохнула. Вот когда уже эта беременность закончится? Нет, я очень хочу появления на свет нашего с Тэлем малыша, но как же надоел этот постоянно протекающий резерв,