Отдохну пару часиков.

Глава 20

Проснулся я сам, по ощущениям поспал едва ли минут тридцать. Барут ещё не пришёл, но заняться было чем. Пора изучить свой статус.

Статус.

Уровень: 19.

Опыт: 2650/28657.

Свободных очков: 4.

Навык: «Обнаружение» — поиск полезных ресурсов в радиусе 15 метров.

Особенность: Экспериментальная эволюция, Похититель связей.

Похититель связей — Возможность разрывать потоковые нити связи магических существ. Ситуативно.

А ведь у Григора тоже была своя особенность. Как и у Эрики, а за ним и у того друида Крови.

— Ну конечно ситуативно, да, приятель? — пробормотал я и взял в руки Красавчика, который дремал, свернувшись калачиком на подоконнике.

Горностай сонно потянулся и взглянул на меня умными чёрными глазками. Я решил, что пора усилить своего разведчика. Открыв интерфейс Звериного кодекса, я вложил накопленные зверьком очки в его характеристику «Сила», доведя её до восьми пунктов.

В тот же миг Красавчик резко выпрямился. Через связь я почувствовал волну странных ощущений интенсивного покалывания, которое пробегало по всему телу горностая. Он встал, потряс головой и вдруг разинул пасть в широком зевке.

Характеристика «Сила» достигла первого порога «8».

Резцы горностая усилены. Мускулатура тела укреплена. Общая выносливость и физическую мощь выросли.

Первое, что я заметил — зубы. Там, где раньше были обычные, хоть и острые резцы грызуна, теперь поблёскивали клыки с едва уловимым жемчужным оттенком. Они стали заметно крупнее и острее, а их поверхность словно покрывала невидимая магическая аура. При определённом освещении резцы отливали лёгким серебристым блеском.

— Чёрт возьми… — выдохнул я, наклоняясь ближе.

Красавчик, словно понимая моё изумление, осторожно приоткрыл пасть. Но дело было не только в зубах — весь горностай изменился. Его тело стало заметно более мускулистым, движения обрели новую уверенность и силу. В глазах появилась какая-то хищная острота, которой раньше не было.

Ну-ка, проверим.

Я протянул палец, и горностай деликатно коснулся его резцом. Кожа едва не лопнула от прикосновения — зуб был острым, но не холодным, как металл, а тёплым, живым.

— Осторожнее, приятель, — я усмехнулся, отдёргивая руку и достал из рюкзака тонкий гвоздь.

Горностай взял его в зубы и с видимым усилием сомкнул челюсти. Раздался скрежет, и гвоздь согнулся, а затем переломился. Красавчик удовлетворённо фыркнул и с гордостью взглянул на меня.

Я поднял половинки гвоздя. Место излома было неровным, с зазубринами, но сам факт того, что он перекусил металл, впечатлял.

— Невероятно, — пробормотал я. — Это же… Твои зубы стали… они усилены магией. Чёрт, неужели?

Я задумчиво смотрел на довольного собой горностая.

Теперь понятно, как работает система. До конца понятна. Я пытался размышлять и адаптировать прокачку характеристик под питомца, руководствуясь логикой. А кто бы не стал?

Но суть проще. Система адаптирует усиление характеристики, выдавая всё новые и новые улучшения, подходящие питомцу.

Поток отвечает за магию и, соответственно, навыки. А сила и ловкость меняют само тело, перестраивают физиологию. Чёрт, это очень странно. Ну не может же быть, что я должен прокачивать поток в надежде на то, что прокачается то, что мне нужно?

С другой стороны, навыков у моих питомцев слишком много. Если у других Звероловов питомцы росли естественно, без системы, то у моих явный перебор с возможностями.

Я вспомнил чудовищную мускулатуру Афины после того, как её Сила достигла порога. У неё ведь навык усилился от силы.

И тут меня осенило.

Нет, всё не так.

Ведь порог ловкости у Афины усилил её физиологию, у Красавчик это сделала Сила. Вот в чём дело!

Если у питомца не существовало навыка, который можно было бы усилить характеристикой, то тогда порог характеристики прокачивал физиологию. Во всех остальных случаях — подходящие навыки!

Магически усиленные резцы Красавчика подтверждали мою теорию.

— Получается, что каждая характеристика работает по-своему, — прошептал, почёсывая горностая за ушком. — Все вы уникальные и развивать вас нужно уникально. Теперь я уверен. А это значит, что пора бы тебе и в силу, дружище. Понимаю, что ты из «полезных», но звучит неплохо, а? В одиночку бы того медведя завалил.

Красавчик довольно замурлыкал, демонстрируя, что новые зубы нисколько не мешают ему. Напротив — что питомец держался совсем по-другому. В его позе появилась уверенность.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Макс, не спишь? Мы вниз пошли, есть хочется, — послышался голос Барута из-за двери.

— Скоро буду.

Едва мы покинули комнату, как снизу донеслись гул голосов, звон посуды и чей-то громкий смех. День был в разгаре, и таверна полнилась посетителями. Живот напомнил о себе громким урчанием — последний раз мы нормально ели… Когда вообще?

Я спустился в общий зал. Барут и Стёпа уже сидели за одним из столиков у окна, с интересом разглядывая происходящее вокруг.

Едва присоединился к ним, как меня окутал плотный, насыщенный воздух таверны. Аромат жареного мяса смешивался с пряными травами, свежеиспечённым хлебом и какими-то незнакомыми специями. Даже эль пах по-другому — более чисто и благородно.

— Ты видел меню? — спросил Стёпа, показывая на деревянную дощечку, которую им принёс служка.

На ней аккуратным почерком был выведен добрый десяток блюд: тушёное мясо вепря в пряном соусе, жареная рыба с травами, пироги с начинкой из дичи и грибов, курица с овощами, бараньи рёбрышки, свежий хлеб с маслом и мёдом.

— В городе всегда такое разнообразие? — изумился Стёпа.

— Должно быть, — ответил я, вспоминая рассказы Тимофея о городской жизни. — Здесь же торговцы со всех концов королевства. Вот ведь, а дичи-то сколько. Похоже охота здесь крайне развита.

— Не скажи, — усмехнулся Барут. — Поставщики из хороших Звероловов да Мастеров, Макс, вот и всё. Дичь поймать не каждый сумеет.

К нам подошёл служка — тот самый худощавый парень, что помогал с вещами. Он с уважением взглянул на наши с Барутом татуировки.

— Что будете заказывать?

— Жареную курицу с овощами, — сказал я после недолгих размышлений.

— То же самое, — поддержал Барут.

— И мне, — добавил Стёпа. — И по кружке эля.

— Светлый или тёмный? — уточнил служка.

Мы переглянулись. В деревне эль был либо свежий, либо прокисший.

— Светлый, — решил я.

Служка кивнул и отошёл к другому столику. Вокруг нас за столами сидели люди самого разного вида — торговцы в добротных кафтанах, ремесленники в рабочей одежде, несколько Звероловов с характерными татуировками. И всем не было до нас