не может такого быть… Я вспомнил, как в детстве любил рассматривать последнюю страницу газеты «Известия», где загадочная контора с красивым названием «Инюрколлегия» через объявления разыскивала родственников умерших за границей эмигрантов. А тут за несколько дней нотариус разыскала родственников из какого-то глухого села с живительным воздухом? Да нет, не может быть такого, чтобы сейчас так быстро найти родственников, тем более, не имея исходных данных.

Тем временем, ругаясь на надетые наручники, дамочка достала два потрепанных паспорта и протянула их мне. Действительно, супруги, проживают в селе Кривоглазово Томской области… Честно говоря, я даже о таком районе не слышал, думаю им выбираться неделю из тамошних болот до Большой Земли надо, а они уже здесь.

— Где фактически проживаете? — надо же, не ошибся, живут они фактически в Городе, в бывшем заводском общежитии, которое теперь передали районному жилкомхозу и там живут… Да кто там только не живет, кого комендант пустит, тот и живет. Работают, они, что самое интересное, в каких-то ООО и ТОО, он водитель, она кондитер…

— Так вот, граждане, слушайте меня внимательно. — я расстегнул браслеты и назидательно помахал перед носом у моих конкурентов массивными наручниками: — У этой квартиры и всего имущества Лены уже есть законный наследник и вам тут не рады. Еще раз сунетесь в квартиру — будете ночевать в камере. Ты, земляк, себе статью уже намотал, там следы взлома от твоей дурацкой проволоки любой эксперт обнаружит, свидетели попытки проникновения в чужое помещение тоже имеются, так что…

— Это наша квартира и нам ночевать негде…- мрачно буркнула женщина, являющаяся в этой паре, очевидно, ведущей.

— Я вам уже сказал — ночевать или в камере отдела милиции или в своем общежитии. Здесь ночевать вам нельзя. И все вопросы с наследством решайте в народном суде, и никак иначе. Как — вам ваша благодетельница, нотариус, расскажет.

Парочка уже исчезла в темноте, громко обсуждая ментов козлов и жуликов, наложивших уже лапу на квартиру дорогой племянницы и лишивших честных людей честно полученного имущества, а я стоял и думал, что соседское наблюдение — это хорошо, но надо сюда срочно заселять кого-то, пока эти или другие жулики не сумели проникнуть в квартиру. А может быть мне самому сюда заселиться? А что? Вещи Гришки и Елены я из квартиры вынес, у помойных контейнеров их мигом растащили, в квартире осталась только мебель. Вселиться сюда вместе с собаками, и желающие забудут о попытках проникнуть в запертое помещение…Да и Ирине будет отсюда ближе до работы добираться, всего семь минут пешком, в неспешном темпе. А то на даче ночевать уже зябко, и дрова улетают в трубу с огромной скоростью.

Дорожный РОВД.

Я при приеме на службу не бывал так часто в отделе кадров, как в этом месяце. Вот и сегодня утром, на совещании руководства начальник отдела кадров, несравненная товарищ майор строгим голосом потребовала моей явки в ее кабинет. Судя по блеснувшим глазам начальника криминальной милиции и заместителя по воспитательной работе, это мне прилетела за вчерашний побег из управления.

— Анна Гавриловна, когда вы наконец будете свободны? Я теряю всяческое терпение…- заявил я с порога кадрового кабинета, отчего сидящие за столами инспектора прыснули смехом.

— Павел, ты что вчера в управлении натворил? — красавица майор смотрела на меня с материнской грустью: — Вчера замполит лично из Управы привез. Сказали, чтобы ты обязательно сегодня расписался. Паша, ты понимаешь, что это уже не шутки?

С этим утверждением я был полностью согласен. «Неполное служебное» — это действительно серьезно. Это последний шаг, который тебе осталось сделать, чтобы улететь в пропасть увольнения. Если продраться через хитросплетения казенного канцелярского языка, то неполное служебное мне объявили за отказ дать объяснительную по вопросам, возникшим ко мне в ходе проведения служебной проверки.

— Анна Гавриловна, а на мне что, выговор висит, что мне сразу неполное служебное объявили?

— Паша, тебе выговор позавчера начальник вынес по факту нетактичного обращения с задержанными, просто я тебе вчера его подписать не успела дать…

— А вот сейчас я совсем ничего не понял. — я действительно ничего не мог понять, но чувствовал, что твориться какая-то несправедливая дичь, а значит, у меня есть шанс выкрутиться.

— Товарищ полковник мне позавчера выговор вынес, за который я не успел расписаться, правильно? — я даже был рад, что полковник Дронов быстро вынес мне взыскание, которое мне было, как слону дробина, тем самым пытаясь вывести меня из-под удара.

— Правильно.

— И вчера, за то же самое, мне вынесли еще и «неполное служебное», я правильно понял? За одно и то же нарушение два взыскания, так?

— Паша, ну ты же знаешь, что начальник управления имеет право…

— Имеет право отменить решения начальника нашего РОВД и провести новую служебную проверку и вынести новое решение? Вы про это говорите? Только я не расписывался в приказе о проведении ни первоначальной проверки, ни повторной проверки, а то, что мне вчера пытались подсунуть две ваши коллеги из городского управления — это извините, филькина грамота. Проверка не проводилась, а если и проводилась, то однобоко и необъективно, о чем я вчера отправил рапорт на имя начальника управления. И вообще, Анна Гавриловна, не хотел я этим козырять, но, видимо придется. — Я положил на стол справку из областной избирательной комиссии, что имярек Громов является зарегистрированным кандидатом на выборы депутата городского Совета: — Боюсь, что теперь любые проверки и прочие взыскания придется проводить в особом порядке. В Законе о гарантиях депутатов что-то про прокуроров говориться, я честно говоря два раза прочитал, но так до конца и не понял, но без прокурора меня теперь привлечь к ответственности нельзя.

— Паша, а это что? — видно было, что начальник отдела кадров с такой бумагой сталкивается впервые.

— Это, Анна Гавриловна…- я задумался: — Помните, как в «Собачьем сердце»? Окончательная бумажка. Фактическая. Настоящая. Броня. В общем, она меня делает неприкасаемым и немножко бессмертным. До свидания, Анна Борисовна, только скажите им, чтобы бумажку мою не потеряли.

Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

Пользуясь короткой передышкой и тем, что наше отделение за две недели записало себе три раскрытия, что считалось весьма приличным результатом, я решил выполнить три неотложных дела — переехать в квартиру покойной гражданки Маркиной, и желательно, вместе с Ириной. Вторым пунктом моего неотложного плана было установить связи антикваров, кто у них