прямо между ними, на теле Мёртвого сложенного гармошкой Титана стоял… Автобус, Нет на самом деле это был даже не автобус, а какой-то боевой транспортник, продолговатый, полностью чёрного цвета с тремя пулемётными точками и замазанной кровью и кишками лицевой панелью…

Дверь с шипением открылась… Николай вместе с Аскелем тут же обнажили оружие…

Из транспортника, покачиваясь из стороны в сторону, вышел… Бот⁈ Только какой-то странный, корпус слегка ржавый, на лицевой пластине вместо стекла, какая-то зубастая пасть, а плечи прикрывает какой-то высокотехнологический плащ.

Тот осмотрелся… посмотрел на Аскеля, посмотрел на Николая, затем уставился на группу «Выживших», которые были в не меньшем шоке от всего происходящего.

Пасть бота тихо приоткрылась…

— Всё с вами ясно… — тихо проговорил-прошипел тот и резко развернулся, смотря внутрь транспортника. — «ДАЙ ПОРУЛИТЬ, ИЛЬЯ! НИЧЕГО СТРАШНОГО НЕ СЛУЧИТСЯ!» ВМЯТЬ! КАСИЯ! ДА ТЫ НАС В ДРУГОЙ МИР ПРИВЕЛА! А ЕЩЁ НА МЕНЯ ГОВОРИЛА! ЧТО ИМЕННО МОЯ ЗАДНИЦА ПРИТЯГИВАЕТ ВСЕ НЕПРИЯТНОСТИ! ВМЯЯЯЯЯЯТЬ! БЫСТРО РУЛЬ ВЕРНУЛА! НИКОЛЬ НАС НА ЧАСТИ РАЗОРВЁТ, ЕСЛИ УЗНАЕТ, КАК МЫ БАСТИОН УГРОБИЛИ! КАСИЯ! МЫ БЫЛИ В ПУСТЫНЕ! ТЫ МОГЛА СВЕРНУТЬ В ЛЮБУЮ СТОРОНУ! НО НЕТ ЖЕ! ТЕБЕ ПРИСПИЧИЛО ЛЕТЕТЬ НА «БАСТИОНЕ» ПРЯМО В ПОРТАЛЬНУЮ АРКУ!

Снова треск… Гравитация в зоне падения Транспортника словно отключилась, Бот снова выглянул из, как теперь выяснилось, «Бастиона» и словно с неимоверным облегчением выдохнул.

— Эй! Уважаемые! Вы это… простите, если что не так! Мы не нарочно! И сами в афиге, если честно.

Аскель сам не понял, но просто вытянул руку и показал большой палец с кривой улыбкой на лице, Бот, замявшийся на секунду, тоже показал свой, закрылся в своём Автобусе и спокойно поднялся вверх, к разлому, пролетел сквозь него, и тот… закрылся. Просто закрылся, словно края раны сжали между собой, и… всё? Женский утихающий шёпот снова раздался в голове…

А жаль… мне показалось ты станешь отличной заменой моему последователю… но, похоже, я ошиблась… найду другого.

Не стал обращать внимания на шёпот.

Аскель, скрипя шеей, посмотрел в сторону Жрицы, та, вся покрытая кровью с головы до ног, а между прочим кровь лилась и из глаз тоже… а также из ушей и носа… Была в не меньшем шоке.

— Аскель…

— Да, Николай Рал? Вы что-то хотели?

Демон, уже вернув свой нормальный облик… устало пнул останки Титана, больше походившие на гигантскую селезёнку, после чего отрицательно покачал головой.

— Я жаловался на то, что скучно жил последний месяц? Так вот… я забираю все свои слова назад. У тебя ещё остались накопители?

— Есть немного, тоже сожгли свои магические каналы?

— Практически напрочь сжёг…

— Я даже спрашивать не стану про то солнце и мощь в ваших руках, и мы все забудем, что тут вообще было. Идёт?

— Не возражаю, теперь иди и помоги той Жрице, как-никак это именно она призвала этого… этого… Блин, да кто это вообще был⁈

— Не знаю и знать не хочу, идём, и, пожалуйста, не нужно сейчас угрожать Тёмным, они тоже помогали.

— Я в курсе, пару раз отвлекли на себя внимание, и не переживай, буду держать себя в руках.

В стихийно образовавшемся лагере было неспокойно, охи и ахи раненных. Пришлось Аскелю и самому взять процессы исцеления в свои обгоревшие руки, не побрезговав и, можно даже сказать прямо, нарушив закон, помогая встать на ноги самим Тёмным.

Правда, сначала помог Жрице, уже потом она вместе с Аскелем помогла Николаю Ралу, а уже после Аскель принялся исцелять сам себя, в очередной раз подкрепляя мысли местных о том, что он является не самым обычным чародеем, показательно расходуя магию из накопителей.

Никто ни на кого не напал этой ночью, но и Аристократы не сомкнули глаза… Аскель сидел на опушке недалеко от костра и просто смотрел в тихое ночное небо, без каких-либо трещин или намёков на них.

И всё-таки… кто это вообще был?

— «Арокур… я знаю гадина! Ты читаешь мои мысли в данный момент! И если ты сейчас же со мной не поговоришь, я начну искать ответы там, где точно не надо! Быстро отвечай! Какого хрена тут творится⁈»

Вспышка!

Аскель проморгался, едва устояв на ногах. Напротив, на белоснежном стуле, в совершенно белой комнате сидел лысый «Гад» с виноватой улыбкой на лице.

— Присаживайся, Аскель, думаю, нам действительно нужно об этом поговорить.

Глава 8

Арокур спокойно улыбался, как и много раз до этого момента, только в этот раз улыбка была… чуть более виноватой, что ли. Очень-очень виноватой… Аскель с каменным лицом, стараясь не слишком сильно нервничать, приблизился к деревянному стулу из белого дерева… Опёрся о его спинку руками, внимательно уставившись в лицо своего собеседника.

Так и молчали минуты три, пока Аристократ не заговорил первым.

— В этот раз даже пытаться убить не стану… не вижу в этом никакого смысла.

— Это радует.

— По крайней мере, не буду пытаться это сделать привычным способом. Арокур… что за дела? — голос Аскеля был как никогда спокоен и холоден, вот только глаза полностью контрастировали, в них буквально полыхало пламя! Причём синее.

— Может, для начала присядешь? И не переживай, время остановлено, сейчас с объектом по имени: Николай Рал тоже ведётся беседа, и нет, про тебя ему никто ничего не скажет. Это не в наших интересах.

Аскель кивнул, неспешно сел за стол, сжимая и разжимая собственные кулаки, успокаиваясь.

— Хорошо, теперь ответишь на мой вопрос?

Лысый мужчина кивнул, после чего взмахнул своей рукой, заставляя появиться вокруг себя многочисленные проекции, с изображениями лиц людей и не совсем людей. Изображения носили явный ознакомительный характер, на это прямо намекал многочисленный текст на неизвестном языке.

— И что это такое?

— Анкеты всех кандидатов, которых мы послали в этот мир. И вынужден признать… Генератор случайностей порой может… давать сбой.

— Как например, тех психов, которые на меня напали? Ах нет… например, этого последователя «Кровавых рек»? Или тех безумцев, которые жаждут власти и влияния чисто ради собственной силы? — с каждым словом, ярость в груди бушевала всё сильнее и сильнее! Аскель мог едва себя сдерживать, чтоб не придушить этого гада!

— Верно, — ответил Арокур совершенно спокойно, не обращая внимание на реакцию своего собеседника. — Всё именно так, как ты сказал. И за это я лично прошу у тебя прощение.

— Не у меня нужно просить прощение, а