В общем, компания возле нас собралась хорошая. Не то что прошлая. И вдоволь наговорились. И уху сварили. И поели. И обменялись байками. И душевно посидели. Большую часть ненужной нам рыбы, отдал им. Взамен нам подарили ведро, бутерброды с чаем, запасные сланцы. Дали подержать в руках дорогие удочки.

В этой компании мы не делились на богатых и бедных, на своих и чужих, на начальников и подчинённых. В общем, замечательно провели время на природе. Гуань успел искупаться и позагорать на солнышке, с удовольствием растянувшись на песочке. Танук оказался лучшим рассказчиком страшных историй, а также провёл кучу времени за играми в карты и нарды. Я даже перестал жалеть, что отправился в эту поездку.

Получив звонок от Андрея, тепло попрощавшись с новыми знакомыми, с которыми вряд ли снова когда-нибудь встретимся, мы отправились к условленному месту на трассе, где нас уже ждал парень и нанятая им машина.

— Вот, передаю в целости и сохранности, — парень с облегчением избавился от странного мешочка.

— Спасибо.

Легко раскрыв старинный кошелёк, его шнурки моментально ослабли, и будто бы сами раздвинулись. Далее прямо на глазах изумлённого Андрея я принялся перекладывать рыбу из ведра в этот маленький мешочек. Не на коленях же неудобное ведро везти домой, боясь по пути расплескать содержимое. Кроме того, грязная речная вода и свежая рыба пахли не самым лучшим образом. Следом из всё того же кошелька достал абсолютно сухие, чистые запасные кроссовки. Ещё пачку влажных салфеток и даже запасные штаны.

— Не понял. Он что, безразмерный? — обалдел Андрей, наблюдая за такими фокусами.

— Почти. Но я его больше ценю не за это, а за то, что вечером в него кладёшь грязные носки с носовыми платками, а утром достаёшь чистые, постиранные, аккуратно поглаженные и сложенные стопочками. Ещё в нём не остывает чай и не черствеют печеньки… оставленные дома, на полке. Как они в нём оказываются, загадка природы.

Шутливо пожал плечами.

— Тоже мне, бином Ньютона, — пёс ревниво посмотрел на раздувшийся от похвалы кошелёк.

Это была не похвала.

— Покупаем килограмм сладостей. Вечером кладём в холодильник, а утром достаём из кошелька в лучшем случае половину. Действительно, и как они там оказывались? — демон спросил максимально ехидным голосом, не сводя недовольного взгляда с этого обжоры. — И ведь ни одни напольные весы его не выдали. Если бы от кошелька не было пользы, его бы уже давно пустили на заплатки для штанов.

Кошелёк в ответ метко плюнул десятирублёвой монетой, попав обидчику в правый глаз.

— Ах ты… — вспыхнул от злости демон, не ожидавший такой подлости.

— Уймитесь, — тихо приказал, скосив взгляд на оставшегося в машине наёмного водителя.

Разумеется, все эти фокусы я проделывал в посадке, за деревьями, а не на обочине оживлённой трассы. Я ещё не настолько сошёл с ума.

— Дома разберётесь, кто прав.

Злопамятный кошелёк, когда демон отвлёкся, ещё раз неожиданно плюнул монетой, целясь уже в другой глаз. Наверное, для симметрии. Молниеносно перехватив на лету метательный снаряд, я грубо засунул его туда, откуда он вылетел, зажав в кулаке.

— Успокойся, говорю. Эх, — огорчённо вздохнул. — Хотел получить такой же верный сундук на ножках, как у Двацветка, а зачем-то завёл жадную, прожорливую, обидчивую мошонку на паучьих ножках. Я что, в прошлой жизни сжёг целое государство? Откуда столько плохой кармы?

Несмотря на наигранное сожаление, после короткой экзекуции, словно играясь, принялся ласково чесать ему пузико. С учётом только что высказанного определения, выглядело это довольно двусмысленно, и в чём-то даже пошло. В ответ на щекотку внутри мешочка что-то задёргалось и захихикало.

— Ладно, побаловались и хватит. Поехали домой. Спасибо, что забрал, — безо всяких кривляний поблагодарил смутившегося Андрея, совсем не ожидавшего от меня благодарностей.

Привык, что я постоянно всё критикую.

— Пару рыбин возьмёшь? Дарю. Порадуешь родителей. Скажешь, сам поймал.

— А…? — внезапно забеспокоившись, он замялся, не осмелившись требовать больше, чем дают.

Подумал, что хочу откупиться от него этой мелочёвкой.

— Да помню, я помню, — поморщился. — Послезавтра со своей бандой загляни в гости. Посмотрим, на что вы способны. Не обещаю, что научу летать или стрелять лазером из глаз, но парочку простеньких техник, думаю, подобрать смогу. Опоздали вы, ребята, с началом занятий духовными практиками. Лет на десять. Поэтому вам бы для начала хотя бы с дыхательной гимнастикой разобраться. Проще говоря, с тем количеством маны, которое сейчас наберётся в ваших телах, максимум, что сможете выдать, если хорошенько напряжётесь — это громкий пук.

Хотя объяснение прозвучало немного обидно, зато честно. Я не пытался его обмануть или равнодушно отмахнуться, что проще всего, и он это сразу почувствовал. Искренность всегда подкупала.

— Поэтому пока не повысите основные характеристики своих персонажей, — воспользовался понятным ему игровым сленгом, — бессмысленно тратить время на изучение высокоуровневых навыков. Да и зачем они вам в нашей мирной жизни? Где вы их собираетесь применять? Тут шаг влево, шаг вправо — статья Уголовного кодекса. Даже если нападает грабитель с кулаками, а у тебя нож, и ты ещё применил его по назначению, пусть и не довёл дело до убийства, всё равно сядете оба. Прецеденты уже были. С духовными техниками ещё сложнее. Они намного опаснее огнестрельного оружия.

Предупредил на случай, если ребята мечтали сразу стать супергероями. Хотели быть прохожими на учеников секты Меч заката. В мире Белой реки это правило работало точно так же. Подавляющее большинство людей там тоже мечтало обрести бессмертие, но не могло. Вне зависимости от приложенных усилий. Конечно, если очень постарается, любой человек мог добиться хоть каких-то результатов в чём угодно, однако обойти законы природы у него всё равно не получится. Рыб нельзя научить летать по небу, а птиц гнездиться на морском дне. У всего есть ограничения и пределы. Однако у одних получалось их сломать, а у других нет. Всё зависело от везения, а оно, в свою очередь, плотно переплетено с нитью судьбы.

— Найдём, — упрямо пообещал Андрей, — отвечая на вопрос, зачем им это нужно.

Похоже, ребята слишком глубоко вбили себе в голову эту идею. Их уже не отговоришь.

— Как знаете. Вы уже большие мальчики и девочки. Я не собираюсь принимать за вас решения, как и нести за них ответственность. В личные ученики не возьму, даже не надейтесь, — вновь повторил.

— Почему? —