надела перчатку и вытащила все деньги из сейфа. На это ушло секунд десять. Не скрою, пульс в этот момент зашкаливал, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Понимала, что Илья мог войти в кабинет в любой момент, но все обошлось, слава богу.

Выйдя из кабинета, выплюнула в руку таблетку, села в машину, отъехала от здания, остановилась на несколько минут у торгового центра, пересчитала деньги и поняла, что с этого дня мы с Кристиной очень богаты.

Отпечатков я не оставила, и Илья прекрасно понимает, что я не могла знать код, поэтому я вне подозрений. Чего не скажешь о его блондинке. Интересно‚ он уже начал подозревать ее в краже? Если нет, то я сейчас натолкну его на эту мысль.

— Из полиции нет никакой информации? — интересуюсь я, но он словно не слышит.

Откладывает мой телефон, закрывает лицо ладонями, и медленно ведет ими, стягивая вниз кожу. Видимо, все еще не может прийти в себя.

— Дрянь! — резко ударяет кулаком по столу. — Дешевка малолетняя!

— Неужели дошло? — усмехаюсь я, разделывая стейк на кусочки. — Я сразу предупреждала, что молодой девице от тебя нужны только деньги, а ты не верил. Теперь сам убедился в этом. Только поздно, Илюш, поздно, — кладу в рот кусочек мяса и с невозмутимым видом пожимаю плечами. — Денежки-то тю-тю.

— Думаешь, она их украла? — Хрипло произносит он, глядя на меня пьяными глазами.

— Я не могу это утверждать, но по поведению этой девицы можно сделать кое-какие выводы. Она любит деньги, понятно же. Хотела опустошить твой кошелек, об этом четко слышно на видео. Такие как она действуют по стандартной схеме: нашла себе богатого папика, обворожила его, влюбила в себя, а затем оставила без штанов. Хотя нет, — задумчиво смотрю на него, — навряд ли она обчистила твой сейф, учитывая, что он стоит в кабинете. Она же не могла пройти туда незаметно. Да и откуда ей знать код? Так что, скорее всего, деньги взял кто-то из твоих сотрудников. Возможно, взломали сейф, пока ты был в командировке.

Я нарочно так говорю, делая вид, что не знаю всей сути. От ярости на его покрасневшей шее вздуваются вены, лицо покрывается пятнами. В последний раз я видела его в таком состоянии, когда обанкротился банк, в котором у него был открыт вклад. Вот точно так же выглядел. Тогда ему удалось получить свои сбережения через суд, а в этой ситуации он уже ни-че-го не сможет сделать.

Белокурая будет обвинять меня, уверена в этом, но у нее нет никаких доказательств — ни звонков от меня, ни сообщений. А вот на нее имеется отличный компромат, где она ясно дает понять, что от Ильи ей нужны только деньги. Я обещала проучить их и сделала это. Потому что никто не имеет права так жестоко поступать со мной — с женщиной, которая отдала всю себя мужу и дочке. Которая была верной и любящей женой, заботливой матерью и ничего, абсолютно ничего плохого не сделала. Муж хотел вышвырнуть меня на улицу как ненужную вещь. Оскорбил, унизил, подтолкнув к зеркалу и указав на лишний вес, при этом он прекрасно понимал, откуда у меня появились лишние килограммы. Он знал о моей проблеме, но у него все равно повернулся язык наговорить мне кучу гадостей.

Этот новоиспеченный московский бизнесмен слишком высокого о себе мнения. Не вылезает из спортзала, посещает пикап-клубы, завел молодую любовницу, ведь так положено по статусу. А я кто? Няня, вырастившая его дочь? Домработница, которая гладила рубашки и готовила обеды? Нет, дорогой, так не пойдет. Я себе цену знаю. И не позволю по-свински с собой обращаться. За свои поступки нужно отвечать. Считаю, что он полностью заслужил то, что сейчас имеет. А его белокурой эта ситуация послужит хорошим уроком. Пусть знает, как лезть в чужие семьи. Куда она там не хотела возвращаться? В Зажопинск, кажется? Так вот туда ей теперь и дорога. Цигель, цигель, ай люлю, как она любит говорить.

— Она знала код... — невнятно произносит Илья и снова заливает в себя сорокаградусное зелье. — Я вводил его при ней.

— О-о, — протягиваю со вздохом, — вот это доверие. И ты еще спрашиваешь, куда делись деньги?

Илья с грохотом ставит на стол стакан, пытается встать, но тут же падает обратно на стул. Делает еще одну попытку и на этот раз ему удается выйти из-за стола.

— Убью! — рычит тихим зловещим голосом.

Пошатываясь, идет в коридор, я следую за ним, чтобы остановить, если вдруг соберется сесть за руль в таком состоянии. Илья распахивает гардеробную, срывает с плечиков куртку и достает ботинки.

— Куда ты собрался? К ней?

Понимаю, что он настроен решительно, поэтому на всякий случай подхожу к двери, запираю на ключ и убираю его в карман халата.

— Ты очень пьян. В таком состоянии вопросы не решаются. Поедешь к ней завтра и все выяснишь. А сейчас отправляйся спать.

Могу и отпустить его, конечно, но понимаю, что он доедет до первого столба. Как бы ни была зла на него, но все же не хочу, чтобы с ним что-то случилось.

— Если поедешь к ней сейчас, то все испортишь. Пусть этой девицей полиция занимается. В ее квартире должны провести обыск, причем сделать это нужно внезапно. А если ты завалишься к ней в таком состоянии, то наделаешь глупостей. Хотя бы сейчас включи мозги и послушай моего совета, раз ты не сделал это, когда я говорила, для чего ты ей нужен. Ты же понимаешь, что я тоже заинтересована в том, чтобы к тебе вернулись деньги, потому что я беспокоюсь за Кристину, и за то, где вы будете жить, — убедительно вру.

С трудом уговариваю его остаться дома, а затем — отказаться от очередного стакана коньяка, так как он уже на ногах не стоит. Илья падает на диван в гостиной, а я иду на кухню и перезваниваю Кристине. Дочь набирала меня пару минут назад.

— Мамуль, привет, как дела? — спрашивает веселым голосом.

— Привет, родная! Все отлично. Рассказывай, что сегодня было интересного.

Кристина без остановки делится эмоциями.

— ...И потом поехали в гостиницу. В общем, все было очень и очень круто! — восклицает она. — А ты что делаешь?

— А я только что пробовала стейк, приготовленный по твоему рецепту. М-м, — протягиваю я,