— Я тебе верю. Просто не могу не думать о всех травмах, которые ты получила за эти годы.

Наклоняюсь и прижимаю свой лоб к ее лбу.

— Это то, кто я есть, Пиппин, и я обожаю то, чем занимаюсь. Знаю, как тебе тяжело, так что если хочешь вернуться в дом на колесах и подождать, пока я закончу, — не обижусь.

Она глубоко вдыхает, и я отстраняюсь, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Нет, ты права. Я просто веду себя глупо.

Она встает и разглаживает футболку.

— Пойду посмотрю, как ты порвешь всех.

— Точно?

— Точно. Но оставляю за собой право выблевать всё из желудка позже.

— Учту, — уголки губ дергаются в усмешке.

Как бы мне ни хотелось ее утешить, прямо сейчас нужно сосредоточиться на трюке. Терять концентрацию нельзя — это может стоить мне жизни.

— Ладно. Схожу за напитком и чем-нибудь сладким для тебя на случай, если после выброса адреналина захочется перекусить.

— Отлично.

Провожаю ее взглядом, пока она идет к фургону, и вдруг кто-то кашляет у меня за спиной. Оборачиваюсь и вижу Джека, координатора трюков.

— Она в порядке? — кивает он в сторону Невеи.

— Первый раз на съемочной площадке. Знать, чем я занимаюсь, и видеть это своими глазами — две большие разницы.

— Моя жена тоже так реагировала.

— Стало легче? — спрашиваю, пока мы идем к пастбищу, где будет проходить съемка.

— Ни капельки. Она грозится подать на развод минимум раз в неделю, обвиняя меня в каждом новом седом волосе на своей голове, — отвечает Джек с усмешкой.

Я морщусь.

— Ух, сочувствую.

— Эта работа не для слабонервных, но для любителей адреналина вроде меня — лучше не придумаешь.

— Понимаю, о чем ты. Плюс, мы ведь делаем кучу вещей, за которые в обычной жизни нас бы давно арестовали.

Он громко смеется, привлекая внимание режиссера Стефана и актрисы Моники.

— Точно подмечено.

— Джек, Эмити, — окликает нас Стефан, махнув рукой.

Мы подходим к ним.

— Как раз обсуждал сцену с Моникой. Она убегает от группы бандитов, которые буквально дышат ей в спину, так что, Эмити, хочу, чтобы ты скакала на полном ходу.

— Без проблем.

— Сначала пройдем сцену вхолостую, чтобы ты знала, где стоят маркеры. Первый маркер — точка, где нужно немного замедлить лошадь и встать. Второй — всего в нескольких шагах от первого. Твой сигнал спрыгнуть и ухватиться за ветку дерева. Я разместил несколько матов вокруг дерева, их потом уберем на монтаже. Но самый опасный момент — конечно, галоп40, особенно когда ты встанешь.

— Знаю. Не переживай. Этот трюк мне знаком. Обычно, правда, приходится падать на землю, а не взлетать на дерево, — я усмехаюсь.

Моника бросает на меня раздраженный взгляд.

— Ты следовала диете, которую я тебе отправила? Ты не можешь выглядеть толстой на экране, если ты мой дублер.

Джек напрягается рядом, но молчит, понимая, как и я, что мы здесь — расходный материал, а Моника — нет. Хотя беспокоиться ему не о чем. Это далеко не ново для меня.

— Да, но я немного похудела и уже ношу размер меньше твоего, так что мне пришлось немного «добрать массы». Но спасибо за заботу, — отвечаю с улыбкой. Джек с трудом сдерживает смешок.

— Ладно, начну репетицию с Джеком, а вы обсудите детали, — добавляю я.

Беру Джека под руку и веду его к тропинке, по пути останавливаясь, чтобы приласкать Жасмин.

— Привет, красавица, — шепчу я, почесывая ее за ухом. Лошадь довольно вздыхает.

— Никогда не видел, чтобы человека так изящного ставили на место, — смеется Джек. — До сих пор не уверен, поняла ли она, что это был троллинг41, или решила, что это комплимент.

Смеюсь в ответ:

— Спасибо. Оттачивала это мастерство годами. Когда только начала работать в индустрии, жизнь была похожа на возвращение в старшую школу с ее «королевами бала». Но со временем поняла, что все эти красивые, уверенные в себе женщины на самом деле так же неуверенны, как и все мы. Тогда я стала жестче, научилась держать удар, но больше никогда не позволяю никому обижать меня или зайти настолько далеко, чтобы попасть в черный список42.

— Да, понимаю, о чем ты. Мужчины, конечно, не такие токсичные, как женщины, но...

Фыркаю, перебивая его:

— Не спеши с выводами. Некоторые самые большие «дивы» в моей жизни были мужчинами.

Даю Жасмин последний ласковый шлепок по шее, и мы с Джеком направляемся к первому маркеру.

— С парочкой таких я и сам сталкивался, — соглашается Джек. — Но, по крайней мере, мужчины прямолинейны. А вот женщины — коварные, с подковырками, говорят за глаза…

Он резко замолкает и смотрит на меня, его щеки заливает румянец.

— Жена сильно достает, да?

Он стонет и кивает.

— Впрочем, это не оправдание. Извини. Клянусь, я не ненавижу женщин, хотя, возможно, прозвучало именно так.

— Не нужно передо мной извиняться. Я тебя понимаю. Как ты и сказал, эта работа и отношения — вещи не всегда совместимые. Кто-то пугается из-за риска, на который иду каждый день, а кто-то чувствует себя ущемленным, потому что я каскадер.

— Извини за весь мужской род. Мы — идиоты.

Я усмехаюсь.

— Не знаю, Джек, по-моему, ты довольно классный.

Он расправляет плечи, явно польщен моими словами.

— Но, чтобы сразу всё прояснить — я не собираюсь с тобой спать. Как и с режиссером, оператором или главным актером. Не смешиваю работу с удовольствием. Но друзей собираю, как другие собирают магнитики на холодильник. Считаю, что их много не бывает.

— Кого, друзей?

— Нет, магнитиков, — серьезно отвечаю я, и он снова смеется.

— Ладно, значит, друзья. И к слову, я бы с тобой всё равно не переспал. Грустная правда в том, что я всё еще люблю свою жену, хотя она, похоже, меня ненавидит.

— Сочувствую.

— Сам виноват. Она меня предупреждала, а я не слушал.

Больше ничего не говорю, потому что, ну, а что тут еще скажешь?

Мы останавливаемся у первого маркера — неоново-желтой линии на земле, которую легко заметить издалека. Осматриваю местность, проверяю, нет ли выбоин, корней или других препятствий. Всё выглядит чистым.

— Здесь всё в порядке. Если Жасмин будет послушной, без проблем встану на ноги в нужном месте.

— Мы так и думали. Второй маркер вон там, — он показывает на ближайшее дерево.

— Почва здесь ровная, но сразу после второго маркера начнутся небольшие холмы и выбоины. Так что если нужно будет прервать трюк, просто прыгай на маты или садись обратно в седло.

— Поняла. Можно пройтись с Жасмин для репетиции? Хочу снова почувствовать ее и дать привыкнуть ко мне.

— Не вижу